Испытание
Шрифт:
Руки жадно сжимали неистовое счастье хрупкими плетями бренной жизни. Впивалась, таяла и казнила себя.
Нельзя, нельзя поддаваться мечтам…
Но поздно.
Я уже там. Там… за горизонтом правды…
Бережно уложил меня на ковер и тут же повис сверху… Сладкие, манящие поцелуи… Касания, ласки лепестков его губ. Умираю, умираю! И снова возрождаюсь…
Луи нежно скользнул ладонями по моему телу… Сорвать, сорвать, уничтожить! Жадно расстегнул штаны и спешно стянул вниз.
Поцелуи в губы… веки, шею…
Властвовал, властвовал надо мной, сводил с ума… А я безотговорочно отдавалась… Сдавалась…
БРАЛА!
Уцепившись пальцами в пиджак, гневно дернула его – отлетели пуговицы. Прочь! Сорвала…
Рубашку, рубашку снять … и впиться жадным поцелуем в отвоеванные услады.
Целовала, целовала любимого, словно он – мой воздух, моя жизнь…
Еще движения, еще сражения – и крепость пала. Пала… А разве кто-то сопротивлялся?
Жадно обвилась ногами вокруг его поясницы. Прижалась... Прижалась. Но на мгновение…
Луи немного подался назад, малость приподнял меня выше… Резкое, повелительное движение – и…
… застонала, закричала от невыносимого удовольствия.
Мальчик мой… МОЙ.
Он двигался во мне, лишая последних капель рассудка.
В глазах темнело, бралось черной, повелительной пеленой, а яркие, золотисто-желтые, бело-серебристые вспышки, звездочки, капельки выплясывали во тьме, погружая, втягивая меня с собой в феерию счастья.
И было уже совсем неважно… что, когда и зачем…
Глава Тридцать Девятая
***
(Мария)
– Черт, осталось десять минут у меня. Значит, слушай. Запоминай.
– Хорошо…
– Лети в Рим. Оттуда приедешь в порт Циватавеккии. Там любого спросишь, как можно добраться до острова Эйзем. Подскажут… Эйзем, запомнила?
– Да. Эйзем…
– Деньги я дам.
– У меня есть…
– Хорошо. Тебе нужно будет попасть в Монастырь клариссинок на этом острове, - торопливо снял с правой руки золотую печатку и протянул ее мне. – Бери… Как только доберешься, сразу требуй поговорить с матушкой-настоятельницей, Клариссой Марией Брадау Висконсе. Только ей и раскрой правду. Только ей… Вот эту печать предъявишь как доказательство своих слов. Скажи, что ты – жена Луи-Батиста Матуа. Поверенного Искьи. Она поймет. Передай, что прошу для тебя убежища. Тебя и нашего ребенка, полукровки. Этот монастырь – твердыня Ордена, некогда союзного для нас, Искьи, а нынче - под вопросом, Ордена Полукровок – полувампиров, полулюдей. А потому они недосягаемые для власти нашей Конфессии. Отныне, как мать полукровки, ты часть их мира. Так что Кларисса не сможет отказать. Да и не одним долгом передо мной эта женщина красна. Так что… Просто, храни все в секрете, в тайне от других. Кто… ты. И от кого ребенок. Это пока… Но ничего не бойся. Слышишь? Кларисса защитит тебя. Там ты в безопасности будешь, ты и наш малыш... Как только примут в Орден…
– А ты?
Нервно хмыкнул.
– А я… попытаюсь разобраться со своей ношей.
– Ты приедешь?
И снова нервная, болезненная улыбка.
– Постараюсь, любимая, постараюсь. Береги себя… и малыша нашего, прошу,... береги.
Нежно обнял за плечи. Прижал к груди.
– Прости меня за всё…
Вдруг резкое, невнятное движение. Молниеносное, так что едва уловила…
Зато отчетливо отбился в моем сознании итог: протянул ко мне окровавленное свое запястье.
– Тебе нужна моя кровь. Тебе и ребенку… Пей.
– Я же усну?
– Нет. Это же - не укол в вену. Не будет мгновенного эффекта. Так… Кровь будет неспешно рассасываться в желудке,… но нужные вещества все равно попадут тебе в кровь. Хоть в каком количестве,… тебе хватит на пару дней.
– Но зачем…?
– Мария, без крови вампира тебе не выносить полукровку.
– Может, …
– Мария, пей. Прошу, у меня нет больше времени…
Ручейки сбавили ход. Раны затягивались на моих глазах.
Пришлось Луи снова разрывать себе кожу. Укус – и вновь хлынула бешеная кровь…
Кислая, соленая, едкая…
***
Потеряла из виду… Растаял силуэт Луи, лишь мгновение просверкав мне собой на прощание.
***
– Билет до Рима.
– А назад?
– Нет, спасибо. В один конец.
Глава Сороковая
***
(Луи)
Виттория неспешно опустилась рядом на пол, у самой кровати. Бережно сложила руки у меня на коленях и сверху умостила подбородочек.
– Я же вижу, что что-то произошло. Что-то серьезное. Не молчи, Луи.
– Думаю, здесь ты мне не помощник. Прости, Виттория, но…
Нервно закусила губу. Глаза в глаза.
– Это из-за Искьи? Из-за Нее ты не можешь мне рассказать?
– Ты же знаешь, что я не верю в Божество Искью. Так что дело не в ней.
Нервно фыркнула. Знаю, знаю, как ее бесит мои упреки в том, что она заблуждается. Ну, хоть убейте. Не верю я во всепоглощающую силу Божества Искьи.
Как по мне, сама Виттория, будучи сто лет погребенная заживо под землей, просто открыла в себе что-то невероятное. Обрела не только способность выходить духом из своего тела, управлять видимыми иллюзиями, но и творить еще уйму невероятных чудес и проклятий.
Древняя. Может, ей всего-то около полутысячи лет, но трудностей и испытаний хватило, чтобы сделать из обычного вампира нечто неведомое доселе. И уж точно это не Оракула, Жреца Божества или Хранительницу Богини Вампиров.
– И долго я буду ждать ответ?
– Что? – удивленно уставился на девушку.
– Делаешь вид, что не слышишь?
– Я задумался.
– Задумался, не задумался, а ты как мой друг, обязан все рассказать.
– Чтобы ты попыталась мне помочь?
– Да.
– Вот этого я и не хочу, - резко встал. Виттория немного отдернулась назад, выпуская меня из своего плена.
– То есть, семьдесят лет нашей дружбы… Это – так… Свист в пустую?
– Конечно же Нет. Наша дружба очень много для меня значит. И потому я не буду тебя впутывать во все это.
– Луи, хоть я и обещала никогда не читать твои мысли, Но…
– Да ты что?
– Да. Искья прорвет твой ментальный щит за долю секунды… Просто… Я бы не хотела… против твоей воли…
– Вот и не надо.