Чтение онлайн

– Ну, и каков твой ответ? – оставшись в проёме, спросил похититель.

– Мне нужно помыться, – тихо, щадя горло, ответила ему.

По всему было видно, именно такого ответа он ожидал. Признаться, я и сама не знала, что делала бы, не будь у меня браслета. Сдалась бы? Сопротивлялась?

И мне совсем не хотелось даже представлять этого.

Посторонившись, мужчина жестом пригласил пройти в дверь. Со вздохом я встала с лавки и медленным шагом приблизилась к нему. Мне было очень страшно, от чего немного подрагивало тело. Поравнявшись с похитителем, я несмело подняла на него взгляд. Моя макушка доставала до уровня его груди.

– Проходи, Хиония, – с лёгкой улыбкой произнёс он, будто я в гости к нему пришла, а не в плену находилась.

Опустила голову, чтобы не выдать своих чувств. Ещё рано это делать.

За пределами камеры оказался слабо освещённый коридор. Видимо, мы находились в заброшенном здании, или у него запущены только его подземелья. Паутина и мусор создавали именно такое впечатление. Коридор уходил в две стороны: тёмную, неосвещённую, и светлую. Не спрашивая, я направилась по высвеченному пути. Возражений от похитителя не последовало.

Коридор не имел развилок, и вскоре мы подошли к лестнице, ведущей наверх. Нерешительно остановилась перед ней.

– Передумала? – с весельем спросил мужчина.

– Нет, – не оборачиваясь, ответила ему.

Сделала первый шаг.

Что-то не так было во всей этой ситуации. Будто я упустила какую-то важную деталь. И это тормозило меня. Но дельной мысли так и не пришло.

Наверху тоже была дверь. Запертая. Встав рядом со мной, мужчина отпёр её одним из ключей, что был в связке, ранее не замеченной мной. После раскрыл, но первым прошёл сам.

Яркий свет, ударивший в глаза, заставил зажмуриться. Солнце будто специально направило свои лучи в моё лицо. Вместе с резью в глазах усилилась боль в голове. Я покачнулась. Чужие руки тут же подхватили меня. Пыталась стереть выступившие слёзы, но они лились снова и снова. Как же не вовремя! Мне бы осмотреться для понимания, где я, и как убираться оттуда, а не слепнуть так глупо.

Спина коснулась мягкой поверхности. А зрение все никак не возвращалось ко мне.

– Пожалуйста, – тихо попросила я.

– Что? – не понял он просьбы.

– Сделайте что-нибудь с глазами. Мне больно.

Конечно, я не надеялась на снисходительность. Ждала насмешек или что-то в этом роде. Даже допускала мысль о намеренной лишении меня зрения. Но похититель удивил. Не прошло и минуты, как мне на лицо легла ткань, пропитанная чем-то. Следом к губам что-то прикоснулось.

– Пей, Хиония, – пояснил мужчина, а я даже не подумала сопротивляться.

Не стал бы он поить меня ядом, не успев ничего получить. Да и если так, то противоядие находилось все в том же браслете.

Я сделала несколько глотков, тут же по вкусу отмечая, что входило в состав. Моё обучение практически закончено, и умение не такое уж редкое. Успокоилась, мигом различив в напитке общеукрепляющий и болеутоляющий сборы.

– Лежи и не снимай примочку, – услышала указание.

– Хорошо.

Странный похититель. Слишком заботливый. Хотя в моей жизни он первый, не мне решать, правильно ли его поведение или нет.

Кажется, я задремала. Очнулась тогда, когда ткань покинула мои веки. Но поднимать я их не спешила, боялась, что снова испытаю боль.

– Можешь открыть глаза, – сказал мужчина, слишком заботливо для преступника.

Но все же поспешила выполнить распоряжение. Быть может, он был из тех сумасшедших, которые знали только две грани поведения – забота и жестокость. Но выяснять это не хотелось.

Первое, что я увидела, раскрыв глаза – это грязный потолок, исчерченный трещинами. Значит, оказалась права, мы находились в каком-то заброшенном знании. Но понять, в какой части Эльпиды я была, это не помогало. И в столице ли мы вообще. Я даже не бралась предполагать, сколько времени прошло со дня моего похищения. Переведя взгляд вправо, увидела похитителя, стоявшего со сложенными на груди руками. Я уселась и огляделась. Судя по всему, мебель появилась в этом помещении недавно – слишком нелепо новые шкафчики, стулья, стол, кресла и кровать, на которой я сидела, смотрелись в окружении облупленных стен. Несколько совершенно одинаковых дверей так же не отличались приглядным видом. Какая же из них ведёт к выходу?

Мужчина молчал, давая мне возможность познакомиться с обстановкой. Хотя я не была уверена в правильности этого вывода.

– Нравится? – спросил он с непонятной для меня интонацией, то ли с усмешкой, то ли с раздражением.

Я не ответила. Даже не посмотрела на него, потому что ждала следующей фразы, в которой непременно будет издёвка. Так и оказалось.

– Это наше жилище на следующие несколько дней. Хотя… – мужчина не договорил, очевидно, ожидая, как я заинтересуюсь окончанием фразы или хотя бы спрошу, что со мной станет потом.

Но он ничего из этого не дождался. Хмыкнув, похититель прошёл к одному из трёх кресел и уселся в него. Закинув ногу на ногу, мужчина сложил руки на коленях и несколько мгновений рассматривал меня. Как бы я ни храбрилась, страх всё больше захватывал моё сознание. А вдруг не сумею, не успею? Как жить потом? Новые вопросы возвращали улёгшуюся не так давно панику.

– Раздевайся, Хиония, – тихо приказал похититель.

Дрожащими руками я схватила подол ночной рубашки и по-детски потянула его вниз, пытаясь закрыть свои ноги полностью. А после уткнулась в колени и разрыдалась в голос. Я думала, что уже все выплакала, но осознание новой ситуации бесконтрольно вылилось в слёзы. Наверное, такое поведение очень раздражало мужчину, но он никак этого не высказывал, терпеливо ожидая тишины.

– Вода, скорее всего, уже остыла, – сказал, когда я замолчала. – Если не поспешишь, придётся принимать очень холодную ванну.

Недоверчиво подняла голову и посмотрела на похитителя. Он не менял позы и изучал меня все тем же спокойным взглядом. Точно псих – ни один мужчина не может терпеть женские слёзы. Даже Грегори однажды, когда я расстроилась из-за несправедливой оценки, попросил не плакать при нем, так как не знал, что ему делать в подобной ситуации. Мысли о женихе чуть ли не вызвали новый поток рыданий. Если я не выберусь и покорюсь желаниям этого ненормального, не будет больше у меня жениха. Такое не прощают, несмотря на обстоятельства. И в первую очередь я сама не прощу себя.