Шрифт:
глава 1
В огромном пустом холле перед приемной таких, как она, было еще пять человек. Алена получалась последняя. А время уже к семнадцати, рабочий день скоро закончится, и, скорее всего, она не попадет на собеседование.
Но еще оставался шанс успеть. Если повезет.
Алена неслышно вздохнула, и перевела взгляд с двери приемной на стеклянную стену в торце. За витражами, дорогими и основательными, как все здесь, был виден город. Высотные дома, транспортные развязки, где-то вдалеке сквозь дымку поля, лента реки, Там, снаружи, было ветрено, ветер гнал красноватые облака по небу.
Здесь в холле было тихо. Только иногда слышались шаги и звук открываемых дверей. Иногда приглушенные голоса. Алене подумалось, что в этом огромном офисном здании из стекла и бетона можно было потеряться. Наверное, очень престижно работать в такой большой компании. Неважно, ей просто нужна была работа. Срочно, позарез.
Болезнь мамы, смерть отца, огромные долги по кредитам, все свалилось разом на ее плечи.
Она потерла лоб, стала разглядывать свои руки, потом сложила их перед собой и прищурилась. Ей очень нужна была работа. А тут вакансия, освобождается место секретаря, сотрудница уходит в декрет.
Она не слишком надеялась на удачу, все-таки двадцать шесть человек было на это место. Но – да, она надеялась.
Дверь приемной открылась, оттуда вышла высокая девушка в деловом костюме, оглядела всех поверх очков, потом просмотрела что-то в своем блокноте и назвала имя.
Нет, вызвали не ее. Алена проводила взглядом девушку, которую пригласили на собеседование и медленно выдохнула. Их теперь осталось четыре. И если сегодня повезет…
Это будет сродни чуду.
Но у нее аховое положение, ей необходимо найти работу в кратчайший срок. Если не срастется здесь, завтра с утра нужно будет идти пробоваться в другую компанию. Вот если бы у нее был сертификат… Сейчас не надо было думать об этом.
Она медленно выдохнула и пригнулась, скользнув взглядом в торец холла. Туда, где был виден город. Всего три человека до нее, у нее есть шанс. Если все срастется, и у нее получится занять это место, Алена уже мысленно прикидывала, что сделает в первую очередь.
В этот момент резко открылась другая дверь напротив, послышался мужской смех, обрывки разговора.
– Набираешь персонал?
Что-то неясное, сказанное низким голосом в ответ.
– Да ладно.
Ужасная догадка мелькнула, Алена вскинула голову и застыла, словно парализованная.
Там был он, Руслан Захаров. Ее бывший жених. Тот, кто опозорил ее и бросил.
Первым побуждением было бежать, но он уже стал поворачиваться и уперся взглядом в нее. Заметил. Губы презрительно дернулись.
Казалось, она сейчас просто сгорит и провалится под землю.
Однако встать и уйти она не могла, ей нужно было это место. Алена просто замерла без движения. И наконец разглядела того, кто стоял за его спиной.
Это был старший брат ее бывшего жениха Вадим.
Наверное, это было еще хуже, учитывая то, как старший брат жениха к ней относился. В его глазах она всегда была пустое место. Хуже. Грязное пустое место.
И сейчас в его взгляде был только холод. Ледяная стена.
Алена невольно сглотнула, опуская голову, а про себя взмолилась: пусть только уйдут. Пусть не заметят ее, сделают вид, что незнакомы, и уйдут. Ей ведь совсем немного осталось, только три человека до нее, она еще может успеть, и тогда есть мизерный шанс, что она получит эту работу. И тогда…
Но нет.
Руслан уже направился к ней. Несколько медленных тяжелых шагов, и остановился. А в холле вдруг повисла мертвая тишина. Мертвейшая, пропитанная какой-то неотвратимой опасностью. Вокруг Алены как будто образовалось кольцо вакуума. Казалось, все теперь смотрят только на нее.
Как было досадно, что все-таки не повезло… Но Алена не дрогнула, смотрела перед собой.
– Что ты здесь делаешь? – в мертвой тишине прозвучало презрительно и громко. – После того, что ты вытворила. Совсем нет совести?
Как будто ледяной порыв пронесся, она просто кожей ощутила, как в коридоре повисло колючее напряжение. Вакуумное кольцо вокруг нее стало еще больше. Теперь те, кто ждал здесь своей очереди вместе с ней, смотрели на нее, как на прокаженную.
Хотелось закрыться, стянуть у горла полы пиджака. А Руслан хмыкнул. Он ведь делал это специально, кажется, доставляло извращенное удовольствие добивать ее. Алена все-таки дрогнула, подняла на бывшего жениха взгляд.
Лучше бы она этого не делала. Потому что в его прищуренных глазах было только желание размазать ее, уничтожить. Он едко проговорил, растягивая слова:
– Решила преследовать меня? Так и будешь бегать за мной и ловить в разных местах?
Алену стало заливать холодом, горло свело от несправедливости.
За что? – хотелось крикнуть. Она же ничего ему не сделала. То обвинение, что на нее навесила его семья, было полностью сфабриковано. И он знал это, не мог не знать.
Но достаточно было вспомнить, как на нее смотрела его мать, которой она не нравилась. И как цедила:
н- Птицу видно по полету. А ты шалашовка. Недостойна моего сына. И ты не будешь позорить нашу семью, твое место в грязи, откуда вас, похоже, никогда не вытащить. К счастью, мой сын понял это вовремя.
Все это яркой вспышкой мелькнуло в сознании и тут же угасло.
Она все-таки смогла взять себя в руки и проговорила:
– Я для того, чтобы устроиться на работу.
Руслан хмыкнул.
– Это теперь так называется?
И как раз в этот момент открылась дверь приемной, вышла та, кого вызывали на собеседование, и вместе с ней высокая девушка в деловом костюме с бейджем - сотрудница. Обе как будто запнулись. Но секундное замешательство прошло, девушка поправила очки, поздоровалась:
– Господин Захаров, - и выдала дежурную улыбку.
– Чем я могу вам помочь?
Вадим сухо кивнул, а Руслан развернулся к ней, уперев руки в бока.