Чтение онлайн

Ничего не понимающий спросонья Шмаков, хлопал глазами и мычал в своё оправдание что-то невнятное.

— Как ханку жрать, по разбитным бабёнкам бегать, да в картишки половину жалованья просаживать, так тут у нас Шмаков в передовиках, а то, что у нас чуть было Знамя не спёрли… — продолжал бушевать Выскребенцев, — Ваше персональное дело завтра же будет разобрано на комсомольском собрании полка! Подотрите слюни, Шмаков и наведите, наконец, должный, уставной порядок!!! И прочитайте наконец-то Устав. На то, что сможете что-то выучить, даже не надеюсь.

С этими словами комиссар повернулся на каблуках и вышел из штаба.

«Вот это я попал! Комиссар — зверь, с живого меня не слезет. Надо как-то выкручиваться. Ладно, утро вечера мудренее». — подумал Шмаков.

Пройдясь по коридорам, осмотрев взбодрившегося часового, Михаил вновь прошёл в комнатку дежурного, сел за стол, открыл, безразлично полистал и вновь закрыл Строевой Устав. Комиссар же не сказал ему, какой именно устав нужно изучить, посмотрел на телефон и вновь погрузился в мечтания.

«А как бы здорово было, позвони сейчас сюда товарищ Нарком обороны Маршал Климент Ефремович Ворошилов! Ошибся, например, или телефонистка случайно с нашей частью соединила, и спросил, какие соображения есть по улучшению уровня боевой подготовки? И тут я бы ему каааак выдал. А он такой:

— Замечательный Вы стратег, товарищ Шмаков! Вот Вы то и нужны Генеральному штабу, а не те выскочки, которые работают сейчас. Пойдёте ко мне советником? Для начала — полковником? Квартиру Вам дадим в Кремле, автомобиль блестящий, чёрный, иностранный, с шофером.

— Пойду, тащ Маршал, отчего бы не пойти. Заодно и Генштаб почистим, отправим служить за Урал, а то ишь!…».

Дальше пофантазировать Шмаков не успел, глаза вновь начали слипаться, голова — клониться к столу. Всё же ночь, проведенная накануне с разбитной разведёнкой Авдотьей и полулитр «выкушанного» самогона, давали о себе знать.

Неожиданно, словно материализовавшись изо сна, противно затрезвонил телефон.

— ДежурныйпополкустаршийлейтенантШмаковслушаю! — скороговоркой выпалил Михаил.

— Москва на связи. У аппарата Нарком обороны товарищ Ворошилов. Соединяю! — из трубки раздался ровный голос телефонистки.

Михаил вскочил и проорал в трубку:

— Дежурный по части…

— Что так кричишь? Оглушишь. — раздался из аппарата спокойный, властный голос, явно принадлежащий очень большому начальнику. — Пригласите к аппарату командира или комиссара вашей части.

— Дык ночь на дворе, спят ещё все. — растеряно пробормотал Шмаков.

— Точно, у вас же ночь. Так отправь за ним посыльного, дело срочное и важное.

— Посыльный!!! — заорал Михаил, не убирая ото рта телефонную трубку.

— Ох уе… — отозвался московский абонент.

— Что Вы сказали, товарищ Маршал?

— Нет, ничего. Я через полчаса перезвоню. — ответил Нарком, и абонент отключился.

Михаил положил трубку, только сейчас обнаружив, что он весь мокрый от выступившего пота.

— Посыльный! — вновь прокричал в гулкую темноту штаба Михаил. — Где ты там дрыхнешь?

Десятиминутные поиски посыльного увенчались успехом. Боец действительно спал в неприметной комнатке для уборочного инвентаря.

— Посыльный! Бегом к командиру части, от него — к комиссару. Скажешь, звонил Нарком обороны товарищ маршал Ворошилов! Минут через пятнадцать будет звонить повторно.

— Тащ старлейт, а товарищ Калинин ещё не звонил? — равнодушно, с ленцой, зевая поинтересовался красноармеец, кутаясь в шинель и поворачиваясь на другой бок.

— Бегом!!! — прорычал Шмаков. — Одна нога здесь, а две другие — оторву!

Начальственный рёв подействовал. На сей раз, очумевший посыльный, вскочил, нахлобучил на голову будёновку, и, пытаясь на ходу попасть в рукава шинели, ринулся на выход.

— То-то же! Будете знать! — довольно пробурчал под нос возвращающийся в дежурку Михаил.

Сев за стол и уставившись на телефон, он начал ждать, не то звонка, не то командование части. Никогда в жизни Шмакова минуты не пролетали так быстро. Ровно через полчаса раздался звонок.

— Москва. Нарком обороны…

— Дежурный по части…

— Ворошилов. Ну, где там командир или комиссар?

— Сей минут будут здесь, тащ Маршал Советского Союза!

— Хорошо, я подожду. Уж больно сложно до вас дозвонится. Впечатление, что у вас там полный бардак, а не служба.

От таких слов лейтенант чуть не онемел. Узнай комполка о том впечатлении, которое сложилось у Наркома обороны после единственного разговора с дежурным, Шмакову несдобровать.

А время летело вскачь. Таяли, мелькая секунды, пауза затягивалась, но никто из командования на пороге штаба так и не появился.

Шмаков начал мысленно прощаться со званием. «Интересно, до кого меня разжалуют? Лейтенант? Младший лейтенант? Старшина?». В тот момент, когда Михаил в своих подсчётах добрался до ефрейтора, дверь распахнулась, и в штаб влетел комполка. Он вихрем пронёсся по коридору, заскочил в дежурку, бросил на стол скомканную будёновку, выхватил телефон у бледного, мокрого дежурного и скороговоркой доложил:

— Командир стрелкового полка майор Бурцев у аппарата.

— Медленно ходите, товарищ майор. — донесся из трубки голос Наркома, — Слушайте меня внимательно…

Командир полка погрозил Шмакову кулаком, жестом показав, чтобы он убирался из дежурки, закрыв за собой дверь.

Через несколько минут разговор завершился, комполка положил трубку, вышел из комнаты дежурного, постоял несколько секунд, задумчиво покачиваясь с пятки на носок, наконец поднял взгляд и сказал:

— Дежурный, командуйте: полк — в ружьё! Тревога! — отвернулся и тяжелым шагом пошел в свой кабинет. Пройдя несколько шагов остановился, повернулся к Шмакову и сказал: