Чтение онлайн

Алексей Добашин

ген­ди­рек­тор кон­цер­на «КРОСТ»

Конечно, сотрудники в этот предвыборный период возбудились, но не настолько, чтобы это создавало какие-то производственные сложности. С точки зрения текущих проектов тоже изменений нет, бизнес развивается. Притормозить проект — значит долго им не заниматься. Я понимаю, что у некоторых бизнесменов из-за этой кампании могут быть задержки на месяц или больше, но по большому счету это мелочь. Когда у нас запускаются долгоиграющие проекты — а они действительно такие, с горизонтом реализации от года, — задержки в месяц мы бы и не обнаружили. Я не слышал ни от кого из своих коллег, что стало сложно работать. Вот когда кризис был, тогда да, многие проекты действительно останавливались, резались бюджеты, а реализация некоторых вещей перекладывалась на последующие периоды.

Сергей Андреев

ге­не­раль­ный ди­рек­тор Груп­пы ком­па­ний ABBYY

В российском сельском хозяйстве занято более 30 процентов населения России, поэтому все политические силы стараются тем или иным образом задействовать этот потенциал в своих интересах. В связи с этим предвыборная суета неизбежно отражается на жизнедеятельности близкого мне аграрного сектора, ситуация в котором традиционно влияет на результаты выборов. Часто это приносит положительные результаты и для бизнеса.

Андрей Даниленко

пред­се­да­тель прав­ле­ния Наци­ональ­но­го со­юза про­из­во­ди­те­лей мо­ло­ка

Однозначно не помешала. Интересно было бы узнать, у кого возникли проблемы... Если посмотреть на статистику оттока капитала в январе, там получается колоссальная сумма, особенно при сравнении с более чем 80 миллиардами долларов за весь прошлый год. Наверно, какой-то бизнес реагирует нервно. Мой бизнес совсем отделен от власти (нет ни госзаказов, ни госклиентов, ни господрядчиков), и мы работаем чисто в коммерческом поле, а посему и не ощутили снижение спроса на нашу продукцию. Из моих знакомых бизнесменов тоже никто не пострадал. Вообще мне кажется, что в нашей стране политика бурлит и шумит именно в столицах, регионы же более пассивные и инертные. Да даже в Москве я не слышал, чтобы кто-то ощущал на себе негативное или позитивное влияние предвыборной кампании. Возможно, если речь идет о долгосрочных проектах с большими капитальными затратами, то инвесторы могли взять паузу, чтобы понять, что будет после выборов. Хотя мне кажется, результат очевиден.

Андрей Хартли

вла­де­лец фаб­ри­ки «УралМин»

Очень помешала. Сейчас все встало и не двигается. Инвестиции прекратились, все до одного взяли паузу и ждут. Нет никого, кто бы сказал, что это не важно. Наши клиенты ждут, как российский народ воспримет результаты выборов, насколько он посчитает их легитимными. Но лично я об этом не сожалею, поскольку понимаю, что на самом деле все россияне сейчас активно работают над улучшением инвестиционного климата в стране. Чем честнее пройдут эти выборы, тем легче мне будет потом объяснять клиентам, что, мол, да, у нас есть проблемы, но мы стоим на правильном пути и когда-то все эти проблемы будут исправлены. Лучше сейчас принести жертву, но для того, чтобы не превратиться, не дай бог, в Нигерию. В общем, я отношусь к текущей ситуации с пониманием.

Денис Саклаков

уп­рав­ля­ющий пар­тнер кон­сал­тин­го­вой ком­па­нии Eurasia Investment Solutions

Любые выборы, вне зависимости от того, в какой стране они проходят, оказывают влияние на бизнес и инвестиционный климат. И инвесторы, и бизнесмены с опасением относятся к возможным управленческим рискам, связанным с приходом к власти новых людей следующей после этого кадровой ротации. В воздухе действительно присутствует некая нервозность. Например, мы почувствовали определенную стагнацию в общении с рядом административных структур... Многие процессы объективно затормозились. Есть ощущение ожидания новых сигналов для определения векторов дальнейшего взаимодействия власти и бизнеса.