Чтение онлайн

Спросите у Каддафи

Муамар Каддафи, какие бы ярлыки ему ни приклеивали при жизни, держал под своим контролем всю обширную зону Сахеля — от Судана до Мавритании. Когда «жандарма Сахары» зверски казнили, рухнула вся создававшаяся десятилетиями система сдержек и противовесов. Эксцентричного Каддафи можно было боготворить или ненавидеть, но нельзя было не признавать за ним умения ладить и с туарегами-кочевниками, и с берберами, и с африканскими племенами. Разбомбив Джамахирию и рассеяв по пескам ее армию, Запад распахнул ящик Пандоры, содержимое которого ему еще предстоит оценить.

Французская пресса обвиняет в развязывании войны в Мали ливийское оружие. Оставленное без присмотра после развала Джамахирии, оно в изобилии попало в руки «неуправляемых элементов». Прежде всего — исламских фанатиков, близких к «Аль-Каиде». «Теперь, — как пишет парижская «Фигаро», — существует риск превращения малийской ситуации в близкую к афганской». То есть в патовую, кровавую и непрограммируемую. Как будто американские спутники-шпионы, висевшие в космосе над Ливией и отслеживавшие каждый чих Муамара Каддафи, в упор не замечали груженные под завязку караваны туарегов, методично увозившие в Сахель целые арсеналы.

Если бы не исход из Джамахирии воинственных и свободолюбивых «князей пустыни», пользовавшихся демонстративным покровительством бывшего лидера ливийской революции, не было бы ни гражданской войны в Мали, ни самопровозглашения государства туарегов Азавад, занявшего две трети территории страны. Кстати, его армию возглавил Мухаммед аг-Наджим, бывший ливийский полковник. Как не было бы и всех этих инсургентских организаций с дикими названиями и непроизносимыми аббревиатурами, объединенных лишь одной идеей джихада.

Заложников на газовом комплексе в Ин-Аменасе, что на востоке Алжира, захватили боевики из базирующейся на севере Мали группировки «Аль-Каида в странах исламского Магриба». Связанная с организацией Моктара бель Моктара, одного из самых опасных террористов на планете, эта структура соперничает в получении дотации от Катара — так, во всяком случае, утверждает французская печать — с группировкой туарегов-исламистов. 2 апреля прошлого года они установили контроль над городом Тимбукту, вытеснив оттуда бойцов Национального движения за освобождение Азавада (НДОА). Тоже, кстати, убежденных поборников ислама. Как заявлял один из лидеров исламистов, целью движения является не просто создание шариатского государства на исторических землях туарегов в Мали, а расширение этих территорий за счет Нигера, Алжира, Мавритании...

В незатихающих разборках между разными группировками «правоверных» можно запутаться. Да и не в различиях суть. Все они, по большому счету, не верят ни в пророка, ни в шайтана, а лишь в калашников. И неудивительно, что вся зона Сахеля превратилась в аэродинамическую трубу, по которой от Сомали до Сенегала и от Гвинеи-Бисау до Судана прокачиваются наркотики и оружие, рабы и нелегальные иммигранты. «Жандармов» каддафиевского масштаба, пусть и с диктаторскими замашками, больше не осталось.

Кровь и песок

«Один народ, одна цель, одна вера» — начертано на гербе Республики Мали. И национальное богатство одно на всех малийцев — и какое! Территория Мали, граничащего с семью странами и занимающего центральное, стратегическое положение в Западной Африке, фантастически богата ископаемыми. Помимо золота — по его добыче Мали занимает третье место на континенте — в недрах бывшей французской колонии скрываются уран и бокситы, фосфаты и марганец, железная руда и медь. На севере Мали найдены немалые залежи нефти и газа. Не говоря уже об обнаруженных недавно геологами подземных озерах: пресная вода в Сахаре стоит куда больше золота и нефти. Кстати, именно в районе этих бесценных водоносных пластов и гоняет сейчас французская авиация по пустыне инсургентов.

Эти бородатые ребята в тюрбанах не интересовали никого, пока их территориальные претензии ограничивались барханами, поросшими верблюжьей колючкой. Когда же на кон были поставлены скрытые в недрах колоссальные природные ресурсы, заговорили уже не дипломаты и проповедники, а тяжелые пулеметы французского Иностранного легиона. Маневр, по большому счету, понятен: по той же схеме Запад работал не столь давно в Судане. От него откромсали весомый ломоть территории, причем, по странному стечению обстоятельств, именно тот, где расположены основные нефтяные месторождения. Очень похоже, что Южный Судан — это матрица для проекта под названием «Северное Мали». Тем более что вплоть до начала 60-х годов французы называли Мали не иначе, как Судан. В 1959—1960 годах Суданская Республика вместе с Сенегалом благополучно входила в состав Федерации Мали во Французском Сообществе. Почему бы Парижу, считающему Западную Африку чем-то вроде своего заднего двора, не вернуться на новом витке истории к этой апробированной административной конфигурации? Тогда автоматически исчезнут препятствия для создания французских военных баз в Сахаре.

Африканские же базы для французов, простите за тавтологию, вопрос базовый. Еще в первые дни провозглашения независимости Мали, на заре 60-х, Шарль де Голль пытался обсуждать с Модибо Кейта, первым президентом молодой страны, перспективу создания французской военной базы в Мопти, на главном перекрестке страны. Там сходятся дороги с севера и с юга Мали, город стоит на берегах полноводного Нигера, который для малийцев все равно что Волга для русских. Модибо Кейта, начавший дружбу с Москвой и даже стыдливо обещавший Кремлю построить в Мали «африканский социализм», создателю Пятой республики прямо ответил: «Нет». Со дня того памятного афронта полстолетия миновало, и вот пришла пора французского реванша.

Маленькая деталь: Париж его готовил совместно с союзниками по НАТО. Чтобы убрать последние потенциальные препятствия, весной прошлого года, ровно за неделю до очередных президентских выборов в Мали, военные-заговорщики на всякий случай свергли президента Амаду Тумани Туре, выпускника Рязанского высшего воздушно-десантного командного училища. На его место посадили капитана Амаду Саного, набравшегося политического опыта в штатах Джорджия и Вирджиния, в частности в составе корпуса американской морской пехоты.

«Всеми единодушно признано сегодня, что операция «Сервал» — это успех, — заявил на днях в Нью-Йорке Жерар Аро, постоянный представитель Франции при ООН. — Ее первая цель достигнута: наступление террористов на юг страны остановлено благодаря совместным действиям малийских и французских вооруженных сил... Воинские подразделения из Того, Бенина и Нигерии развертываются в Мали. Уже в пути войска из Чада, Буркина-Фасо и Нигера. О своем участии в операции заявили Кот-д'Ивуар, Гана, Либерия и Сьерра-Леоне...» Битва народов регионального масштаба! Но при этом невозможно избавиться от ощущения неловкости.