Из пепла
Шрифт:
– Вот вы где...- радостно объявил он с порога о своем приходе и застыл, сделав всего лишь шаг.- И что, Бездна, у вас происходит?!- его тон из радостного изменился на недовольный.
– Ничего,- пожал плечами Вард, опуская руки.- Так... мелкие дела. Ты зачем пришел?
– Спросить, как продвигается с Магдой...
– Продвигается, я сейчас схожу к матери, и все продвинется, как пить дать...
Вард спокойно прошел мимо брата и вышел за дверь.
Он старался не думать ни о чем, кроме единственной цели - вернуть Магде память. Он сегодня едва не переступил грань дозволенного. Пусть близость с Магдой и не была бы преступлением в глазах многих, но для него - это непозволительная слабость... и он не мог сдаться, пока Магда не в себе.
И вообще беспорядок в личной жизни его ужасно раздражал. Вард ненавидел бесконтрольные события и нечистую игру. Его неприятно поразила Дамаск... Да и вообще - единственное чего он сейчас хотел, чтобы все они убрались из его жизни и оставили в покое, хотя бы на день.
Вард преодолел порталы, как возникшие на пути каменные стены. Глухое раздражение тлело в груди и медленно поджаривало его нервы. Он пронесся мимо стражей Королевского двора, не отвечая на приветствия. И ему уже было безразлично, что завтра кто-то из них сочинит новую байку о магистре Замка.
Когда у кромки леса показались стены родного дома, раздражение чуть схлынуло. Его заменила ностальгия и щемящая боль в области сердца. Там живет его мать, но, увы, уже одна. Вард любил мать, но, несомненно, сильнее любил Вилора, который заменил ему отца, стал наставником и учителем. И каким же он был дураком, когда убежал из дома, узнав, что Вилор не настоящий ему отец... Но магистр Королевского двора был воистину мудрым человеком, после сложного разговора Вард стал предан приемному отцу, как никому другому. Вилор был для него примером во всем и Вард всегда оправдывал его ожидания...
Но Вилор умер... До сих пор после его кончины горечь во рту и тяжесть в груди. И ещё... жажда отмщения... Это то, что мучило его, это то, что не давало ему спать по ночам. И он был как никогда близок к цели... Когда Домерк был при смерти в его руках. Всезнающий, он бы смог простым движением отправить проклятого братца в Бездну и его бы перестали мучить кошмары о залитой кровью траве и руках... Но... жизнь Марка была важнее отмщения, он честно пытался верить в это, пока Домерк не объявился снова, нарушая заключенный в тот день договор.
Вард слыл самым понимающим и добрым человеком, все тяжелобольные шли к нему за исцелением, и он исцелял. Но никто даже не догадывался, что такими миссионерскими действиями он пытался сгладить внутреннюю жажду мести, жажду крови единственного врага - самые постыдные мысли для хилфлайгона.
Он вошел в родной дом, пытаясь переключить внимание к видгарскому городу и потерявшей память Магде. Мать, казалось, не вставала никогда с кресла-качалки, которое сделал Вилор собственными руками. После его смерти Вардвсегда заставал мать в кресле, казалось, что она спит под мерные движения кресла, если бы не устремленный в окно взгляд. У негозащемило сердце. Пусть злые языки распространяли вокруг сплетни о Вилоре и его жене, но Вардвидел того, что не видели другие за постоянными перепалками - Вилор и Ольга друг друга любили. Мать, даже если злилась, всегда провожала мужа за порог с улыбкой в глазах, а Вилор... он всегда спешил домой.
Мать даже не заметила его прихода, продолжала задумчиво смотреть в окно, покачиваясь в кресле. Наверное, в молодости она была красавицей, достаточно было представить черный цвет по-прежнему густых, но сейчас седых волос, лицо без морщинок в уголках рта и глаз, без глубоких борозд на лбу.Хотя для него она до сих пор самая красивая и самая великолепная женщина на свете.
– Мам,- позвал он.
Ольга вздрогнула и перевела удивленный взгляд на сына.
– Я не услышала, как ты вошел,- тихо сказала она.- Да я и не ждала, ты так редко заходишь теперь...
– Прости... у меня очень много дел... я практически не сплю...- принялся оправдываться Вард.
– Да, я знаю. Я же была женой магистра - все понимаю. Я знала, что буду очень редко вас видеть, как только отец забрал вас ко двору...
Вард молчал. Сердце неприятно ныло. В каждом слове матери горечь от смерти мужа, а для него эти слова как укор, справедливое возмездие за оставленного в живых Домерка.
– Мам, я обязательно отомщу за смерть отца,- вырвалось вдруг у него.
Ольга приподняла брови и вдруг необычайно твердо сказала:
– Не смей даже думать об этом. В твоем предназначении нет мести. Ты должен созидать, а не разрушать. Твой настоящий отец объяснил тебе все правила существования хилфлайгона.
– Плевал я на правила,- рыкнул Вард и невольно спрятал ладони - мать до сих пор не знала, что он замарал ауру убийством.
Но Ольга заметила инстинктивный жест сына и, повысив голос, приказала:
– Сними перчатки!
– Это так необходимо?- буркнул Вард в ответ.
– Немедленно, молодой человек!
Уважение к матери не позволило ему перечить. Он как можно медленней стянул перчатки с рук и даже закрыл глаза, чтобы не видеть выражение её лица. С каждым убийством пятна на ауре его рук становились все темнее и уже достигли того состояния, когда стали заметны окружающим.
– Всезнающий, мальчик мой, это сколько же народу нужно было убить?!- воскликнула Ольга с жалостью.
Вард поспешно натянул перчатки и поморщился.
– Я был наемником,- ответил он, не поднимая глаз.- Мам, у меня к тебе есть дело,- поспешил он перевести тему.
– Догадываюсь какое,- приняла его правила игры Ольга.- Дамаск заходила и рассказала о вашем положении. Значит, вы отыскали все-таки дочку Леланы?
– Если честно, она сама отыскалась и попала в очень неприятную ситуацию в замке.
– Очнулась другим человеком...- закончила за него Ольга.- Чем я могу помочь?
– Я думаю, что дело в магиях, которыми она обладает. Если активизировать магию видгаров, то Магда все вспомнит. Только нужен источник... А он где-то в видгарском городе и, я думаю, ты знаешь, как туда попасть.