Чтение онлайн

На пашнях торчат «тигры», «фердинанды»; пушки - от полковых до гаубиц резервных полков, задрав стволы к неуютному небу; шестиствольные минометы, «ванюши», как гигантские сигары, стянутые обручами на концах. И не счесть машин со всей Европы: «опели», «бенцы», «штееры», еще черт знает каких марок.

Здорово драпанули!

Дождевые тучи бегут над степью. В крутоярах гуляют сквозняки.

За Воскресенском стал нащупывать тылы Степной армий.

Вот следы совсем свежих схваток. Ни одно дело на земле не оставляет столько грязи и хлама, как война. Пушки, расколошмаченные прямой наводкой, раздавленные танками, снаряды, ранцы с ободранными надспинниками, продавленные чемоданы с грязным солдатским бельем. Подсумки, патроны и каски, каски… Битое стекло и бумага. Черт возьми, сколько бумаги! Словно ошметки снега запятнали мертвое поле. Канцелярия войны! Будто все эти листы и листочки, прибитые к жирной украинской земле недавним дождем, были путевками на тот свет…

* * *

Штаб Степной армии нагнал в Цебрикове - старинной немецкой колонии с домами, построенными, наверное, еще во времена Екатерины II, когда много чужеземцев селилось на русской земле.

Отдел кадров. Его начальник полковник Поляк принимает меня, надо сказать, без восторга, пожимает плечами:

–  Не понимаю! Мы не запрашивали, у нас своих хватает.
– Погладил начисто выбритую голову. Помолчав, подумав о чем-то, спросил: - Нашего командира генерал-полковника Александра Николаевича Гартнова знаете?

–  Генерал-полковник много раз упоминался в передачах Совинформбюро!

–  Еще бы! Под Харьковом, потом на Днепре гремел. Ну а члена Военного совета Леонида Прокофьевича Бочкарева?

–  Бригадного комиссара Бочкарева, начальника политотдела Отдельной Приморской?

–  Генерал-майор действительно был в Севастополе, Лично знакомы?

–  Я под Севастополем партизанил - общались.

Полковник стал любезнее и наконец-то посмотрел на меня заинтересованно. Достал из ящика талон, протянул мне:

–  Идите пообедайте, а я займусь вашим делом.

День апрельский, теплый, солнце временами выглядывает из-за пухлых белых облаков. Неожиданно захлопали зенитки. Высоко-высоко курчавились шапки разрывов.

В столовой чисто. Покормили сытно, дали пачку папирос «Беломор». Богато живут! Покурил на воле и пошел к полковнику. Встретил хлопотливо:

–  Ждать заставляете, Константин Николаевич! Пошли к хозяину.

Я машинально осмотрел себя. Все на мне более или менее в аккурате, только вот шинель солдатская.

Часовой пропускает без задержки.

Вхожу в просторную комнату. Моложавый майор приветствует меня, открывает дверь в кабинет командарма.

Навстречу - высокий пожилой генерал:

–  Заходи, подполковник.

Он не дает доложить, как положено по уставу, а сразу усаживает напротив себя и, рассматривая меня, подвигает к себе мое личное дело.

–  В резерве за что арест наложен?

–  За дело, товарищ генерал-полковник.

–  Ну-ну.
– Он решительно отодвинул папку, поднял голову и с выражением, в котором ничего, кроме жесткости, не было, спросил: - Какую главную трудность испытывал в партизанском лесу?

–  Не было точки опоры, товарищ командующий.

–  Объясни.

–  Не всегда знал, где свои, где чужие. Ни тыла, ни флангов.

Он свел седоватые брови, ребром сильной ладони рубанул по столу.

–  Зато у нас все ясно! Впереди - враг, на флангах - соседи, а в тылу - военный трибунал.

–  Понял, товарищ генерал-полковник.

–  Не спеши. Боевой полк не дам. Назначаю командиром армейского запасного полка. Сложный организм, сразу в руки не дается. Подробности - у начальника штаба генерала Валовича. То, что сейчас скажу, запомни. Боевые дивизии должны получать от тебя маршевые роты в точно назначенный час. Чтобы все были обучены, одеты и обуты, как положено по уставу. Не забудь и другую задачу; дам приказ - и через пять часов обязан выделить из запасного полка боевой и повести его лично туда, куда прикажу. Справишься?.

–  Постараюсь, товарищ командующий.

–  Встретимся - приеду солдатские песни слушать.

Он проводил меня до порога.

Всего ожидал, только не этого. Запасный полк в десяти километрах от переднего края? А я думал, они, запасные полки, в глубине страны готовят спокойно маршевые роты, а потом пополняют ими боевые части.

–  Вас ждет член Военного совета!
– доложил майор.

В приемной - скромной комнатенке с географической картой, столиком, на котором два телефонных аппарата, - я остановился. В нос ударил аромат кофе. Предстоящая встреча с бывшим начальником политотдела армии, оборонявшей, Севастополь, не просто встреча с членом Военного совета. На меня как бы надвигалось все, что было связано с севастопольскими боями, переживаниями, страданиями - веем-веем тем, что выпало на нашу долю.

Из кабинета вышел Бочкарев - полный, с улыбкой, которая, однако, не скрывала волнения.

–  Неужто Тимаков? В Степной армии ты двадцать первый севастополец!

–  Так мало, товарищ генерал?

–  Полегли у Инкермана, в Херсонесе, в Карантинной бухте и в походе к вам в горы. Вот так-то, партизан-севастополец. Как узнаю про участника тех боев, ищу встречи. Правдами-неправдами тащу в нашу Степную армию. Вот и про тебя мне Иван Ефимович позвонил… Кофе пьешь?
– Разлил по чашечкам, положил в каждую по ломтику лимона.
– Пей глоточками.

Пил, но удовольствия не испытывал.

–  Ну как?
– улыбнулся.

–  Не дошло, - признался откровенно.

–  Вкус на уровне питекантропа!

Он с непонятным мне наслаждением крохотными глоточками опорожнил чашечку, которая в его больших руках казалась детской игрушкой. Поставил ее на столик.

–  Доволен назначением?

–  Да вот думаю… Все как снег на голову. Запасный полк - темный лес. Соображаю - как быть?

–  Видите ли, соображает.
– Генеральский взгляд стал строг.
– Ему приказано командовать полком, а он «соображает».

–  Есть принять полк!
– сказал я, вставая.

–  Сиди, не стой смычком - на другой случай сгодится. В Севастополе твои связные докладывали: в партизанском штабе был порядок - что всем, то и командиру, комиссару. Верно?

–  Обстановка требовала.

–  Вот это и вспомнилось, когда генерал Петров рекомендовал нам тебя. Здесь другие нормы жизни - много будет дано, но о тех днях не забывай.
– Генерал поднялся, подошел к окну.
– Снова туча с Днестра ползет.
– Зашторил окно, щелкнул выключателем - вспыхнул свет. Сел на подоконник.
– Ты представляешь, что ждет тебя в запасном?…