Шрифт:
Семь смертных грехов. Роман-хроника. ИЗГНАНЬЕ.
КНИГА ПЕРВАЯ
ВМЕСТО ЭПИЛОГА
«Заявление князей Российского императорского дома
Романа Петровича,
Андрея Александровича,
Дмитрия Александровича,
Ростислава Александровича,
Василия Александровича,
Ноябрь 1976 года
Мы — члены императорской фамилии, родившиеся до отречения от престола императора Николая II, протестуем против самовольного поступка князя Владимира Кирилловича, который присвоил мужу своей дочери Марии Владимировны — принцу Францу-Вильгельму Прусскому незаконный титул русского великого князя.
Мы также протестуем против решения князя Владимира Кирилловича провозгласить свою дочь единственной наследницей престола, предвидя начало новой династии Гогенцоллерн-Романовых. Такие намерения мы считаем посягательством на права членов рода Романовых, судьбу которого мы должны оберегать.
Князь Роман Петрович
Князь Андрей Александрович
Князь Дмитрий Александрович
Князь Ростислав Александрович
Князь Василий Александрович».
«Сообщение собственной главы Российского императорского лома походной канцелярии:
...Недавно состоялось присоединение его королевского высочества принца Франца-Вильгельма Прусского к православной русской вере через священное таинство миропомазания. При принятии православия принц Франц-Вильгельм наречен Михаилом Павловичем. В Российском императорском и царском доме не раз встречается имя Михаила, начиная с родоначальника династии царя Михаила Федоровича.
Начальник походной канцелярии граф Вуич».
«В Мадриде состоялось бракосочетание ее императорского высочества российской великой княжны Марии Владимировны с его императорским высочеством принцем Михаилом Павловичем Прусским. Присутствовали: король и королева испанские, король итальянский, царь болгарский с царицей и царицей-матерью, король албанский с королевой и королевой-матерью, глава германского императорского и прусского королевского домов принц Луи-Фердинанд, вдова и дочь генерала Франко».
«Российский общевоинский союз» доводит до всеобщего сведения, что по случаю годовщины основания Добровольческой армии на Юге России будет отслужено благодарственное молебствие...»
(Газета «Русская мысль». 1966 год — цитируется но журналу «3а рубежом», 1977, № 5)
«Готовясь к войне против СССР, гитлеровцы особое место в своих преступных планах отводили организации шпионажа и диверсии... Гитлеровской разведке помогали в подборе и подготовке шпионских кадров и попытках создать антисоветское подполье в нашей стране «Российский фашистский союз» (РФС), «Российский общевоинский союз» (РОВС) и другие белогвардейские организации…
Боевые операции Ленинградского и Прибалтийского Фронтов подходили к завершению. Сдавались в плен солдаты капитулировавшей курляндской группировки противника. В те дни в одном из населенных пунктов сержант Кириллов задержал подозрительного человека в штатском и привел его к начальнику отдела контрразведки 92-го стрелкового корпуса майору Григорьеву.
— Предъявите документы — сказал тот.
Задержанный, молодой еще человек, молча протянул какие-то бумажки на немецком языке.
— Ваша фамилия... — удивился майор, читая документы.
— Да, моя... Врангель.
— Вот-те на! — воскликнул сержант. — Не сынок ли того барона времен гражданской войны?
— Сынок не сынок, а близкий родственник, — ответил чекист.
Задержанный был племянником белого генерала барона Врангеля и сыном крупного помещика, до 1917 года владевшего имением Тарасово под Петроградом. Вырос он в эмиграции на чужбине. воспитывался в антисоветском духе, в 1939 году в Брюсселе вступил в белогвардейский «Народно-трудовой союз», оттуда перешел на службу к фашистам, в ведомство Розенберга. В 1942 году Борис Врангель появился в городе Острове, под Псковом. Официально он числился служащим торгового общества по снабжению германских войск продовольствием. Фактически же являлся платным сотрудником абвера, точнее — помощником резидента зондерштаба «Р» в Острове, выявлял партизан и подпольщиков и доносил о них по начальству через курьера зондерштаба «Р» Залесского, тоже старого члена НТС. В последние месяцы войны Борис Врангель бежал с отступающими гитлеровскими войсками, но застрял в Курляндии. Здесь и попался».
(«В поединке с абвером. Документальный очерк о чекистах Ленинградского фронта». Л.. 1974. с. 308 — 309).
«Народно-трудовой союз» родился из РОВСа («Российский общевоинский союз»). РОВС был создан 1 сентября 1923 года. Но главе его стал генерал Кутепов. Это была федерация разнообразных эмигрантских воинских организаций — от двадцатитысячного «Союза галлиполийцев» до «Союза ахтырских гусар», насчитывающего... 17 человек. Кутепов рьяно возрождал «дух белой армии»: чинопочитание. строжайшую дисциплину и безоговорочное выполнение приказов, соблюдение всех полковых праздников, присутствие на молебнах и панихидах. Пять отделов РОВСа дислоцировались во Франции, Германии, Чехословакии, Польше, Югославии. Генерал Добровольский представлял организацию о Финляндии. Эмиссары РОВСа были в Персии и даже на Дальнем Востоке.
Кутепов сколачивал группы для засылки в СССР. Он сам разрабатывал задания, маршруты, обеспечение курьерской связи, пароли. От диверсионных актов против большевиков за рубежом он перешел к терактам и шпионско-диверсионной деятельности групп, засылаемых в Россию...
«Декларация чинов бывших белых армий к войскам белых армий
Серые сумерки бездарного самодержавия; завершившиеся скандальной распутиновщиной, бессмысленная, ненужная, кровавая бойня во имя чужих интересов на театре Европейской войны — вызволи в России Февральскую революцию...
Мы, очутившиеся в стане белых с самого начала бессмысленной гражданской войны, сразу оторвались от нашей родины, потеряли всякую связь с нашим народом и, толкаемые в новые авантюры, невольно творим позорное дело измены против родного народа.
Не наученные горьким опытом Новороссийска, где мы видели только заботу наших былых начальников и правителей только о себе и своем добре, еще в Крыму, под влиянием односторонней лживой информации, мы полагали, что творили великое национальное дело. На самом же деле помогали Польше в захватных стремлениях отторгнуть искони принадлежавшее русскому народу достояние Российского государства.