Чтение онлайн

— Я помню, — сказала я.

— Ну так… твой первый день, да? И как успехи?

— Отлично, — ответила я, давая ему понять как вербально, так и не вербально, что я не заинтересована.

— Большую кровать. Двухместный номер, Тильда. И два ключа.

— Остался только один двухместный номер. Тебе везёт, — сказала Тильда, щелкая кнопками. — Мне нужно ещё раз внести твою кредитную карточку.

Тэйлор сверкнул идеальной улыбкой, задержавшись на мне взглядом, прежде чем передать мне свою кредитку.

Я передала её Тильде, пытавшейся строить ему глазки. Её вгоняли в краску любые слова Тэйлора. Да, он был привлекательным и обаятельным, и добрым и почтительным с виду. Я гадала, в чём причина моей подозрительности к нему — было ли это из-за того, что я выстроила стену вокруг себя, или же было в этом парне что-то знакомое, притом не с приятной стороны. Кликнув мышкой, Тильда выбрала номер и вбила имя Тэйлора и его данные. Она запрограммировала два ключа-карты и передала их ему. Плёвое дело.

— Готово, — объявила Тильда.

Тэйлор подписал счёт и Тильда вернула ему кредитку. Вставив ключи в маленький конверт, она протянула его Тэйлору через стойку.

— Ну, вот. С возвращением. Снова.

— Спасибо, Тильда. А твоё имя я не припоминаю.

— Дарби, — ответила Тильда за меня. — Мы ещё не выдали ей бейджик.

— Ого. Впервые слышу. Занятная, должно быть, история.

— Наискучнейшая, — возразила я.

— В любом случае, не откажусь как-нибудь её послушать, — сказал он, направляясь к лифту.

— Ого. Уже влипла, — промурлыкала Тильда.

— Не-а, — помотала я головой. — Свидания мне не интересны. И уж тем более, с такими как он. Никаких пожарных, боевых расчётов, сотрудников правоохранительных органов, солдат…

— Ты права, — хихикнула она. — Для такой работы требуется определённый тип личности, верно?

Зазвонил телефон, Тильда поспешно ответила на звонок, прижимая трубку плечом к подбородку.

— Стойка регистрации. Чем могу быть полезна, мистер Трекслер? Ой. Мне очень жаль. Да, немедленно направлю к вам кого-нибудь. — Тильда нажала пальцем на отбой. — Чёрт побери.

Она сняла трубку и набрала другой номер. Подождала. Вздохнула. Закатила глаза и повесила трубку.

— Дарби, где-то в коридоре должна быть тележка горничной. Возьми четыре банных полотенца, четыре полотенца для рук и четыре тряпки, отнеси всё это Скотти Трекслеру в двести первый.

— Тележка дальше по этому коридору? — я ткнула в противоположный конец лобби.

Тильда кивнула в ответ.

Трудно было перемещаться по лобби среди лабиринта исхудавших перепачканных мужчин и парочки женщин. Я завернула за угол и прошла дальше по коридору, интерьер которого нарушали примерно двадцать бежевых дверей. Посреди коридора стояла тележка горничной, переполненная стаканами, полотенцами, тряпками, мылом и маленькими бутылочками шампуня и кондиционера. Я схватила полотенца и тряпки и прошла обратно через лобби.

Пожарные сгрудились перед баром, расступаясь передо мной словно Красное море, смолкая ненадолго, чтобы я могла пройти мимо них с руками, переполненными отбеленным хлопком. Лифт задрожал, добравшись до второго этажа, а затем дёрнулся. Двери открылись в пустой коридор. Напротив меня висело большое ромбовидное зеркало. Отражавшаяся в нём женщина была не похожа на обливающуюся слезами, загнанную в ловушку невесту из крошечной церквушки в Форт Худе. Теперь в моих глазах сияла надежда. Независимость.

Номер двести один находился всего в трёх метрах от лифта. Я постучала костяшками пальцев по двери.

— Горничная, — произнесла я, не зная, правильно ли поступаю.

— Секунду! — прокричал мужчина. Следом раздался какой-то шум внутри номера. — Чёрт! Подождите!

Дверь распахнулась и мои глаза прошлись по пяти футам белого махрового халата, груди, шее, а затем остановились на паре светло-голубых глаз. Открывший дверь мужчина часто дышал. Но когда она встретился со мной глазами, он задержал дыхание. Он не сразу смог собраться с мыслями, чтобы выдать одно-единственное слово.

— Привет.

— Привет, — улыбнулась я. — Полотенца? — спросила я, протягивая их перед собой.

— Э-э…

— Простите, вы что-то…

— Да! Да, — спохватился он, забирая у меня полотенца. — Извините. Я споткнулся о чёртов… Неважно. Спасибо. — Он усмехнулся. Совсем не похоже на ту улыбку, которую хищник вроде Шона использовал, чтобы завлечь меня. — Я Трекс.

— Дарби, — сказала я. Казалось, его заворожил сам звук моего имени. Он никак не мог перестать разглядывать меня, и я не могла отвести взгляда.

— Ох. Чёрт возьми. Извините. — Трекс достал из кармана двадцатидолларовую банкноту и вложил её мне в руку. — Ещё раз спасибо.

— Это совсем необязательно, — сказала я, уставившись на потрёпанную бумажку.

— Я настаиваю.

Я вернула ему деньги, заставив себя произнести слова, пришедшие в голову.

— Нет, спасибо.

Я развернулась и, улыбаясь до самого лифта, оставила Трекса стоять в коридоре. От того, что я сказала кому-то «нет» впервые за долгое время — может, вообще впервые — я испытывала чувство, которое сложно описать тому, кто не был размазнёй большую часть жизни. Я испытывала одновременно ужас и будоражащую энергию. Не помню, чтобы когда-либо чувствовала себя столь счастливой.

— Дарби, — позвал Трекс из своего номера.

Я замерла, глада на него через плечо. Интересно, сколько времени понадобится, чтобы я забыла парализующий страх, накатывающий на меня, когда мужской голос произносит моё имя?

— Не хочешь как-нибудь поужинать со мной?

— Нет, спасибо, — нелепая улыбка не сходила с моего лица.

— А как насчёт обеда?

— Нет, спасибо. — Вряд ли моя улыбка была естественной, но я не могла ничего с этим поделать.

— Тебе просто нравится меня отшивать или я и вправду столь омерзителен?