Кадет
Шрифт:
– Капитан!!! – голос Тени буквально бурлил от злобы. – Вы забываетесь! Великий Рим никогда не покорился Медведю! Это был почетный союз двух равных держав! И не смейте скалить ваши алмазные зубы! Вставленные, кстати, за счет наших налогоплательщиков! Короче, делайте что хотите, но «тринадцатая» должна исчезнуть! Пусть даже вместе с этим ржавым корытом «Маратом»! Это приказ, выполняйте!
Фигура сверкнула и исчезла в ослепительной вспышке, демонстративно обжигая виртуальную аватару Луция Романоффа.
Киборг брезгливо скривился и сплюнул, затем бережно стер сажу с запястья и переключил зрение на «черный свет» – электромагнитный спектр ультрафиолетового излучения, используемый для взаимной идентификации лишь очень узким кругом посвященных.
Полюбовавшись на проступивший образ разлапистого двуглавого орла, попирающего девятнадцать звездных систем, он отдал честь и едва слышно прошептал: «Империя жива, пока жив ее последний солдат!»…
– Шевелитесь, рукожопы! – с натугой хрипел я.
Трехтонная болванка снаряда главного калибра крейсера была абсолютно не приспособлена для ручной транспортировки. Идеально гладкая туша, покрытая тонким слоем антирадиационного покрытия. И не дай бой поцарапать нежное напыление из драгоценного морф-графита!
– Раз-два, взяли! – давила на наши разумы девочка из хозвзвода, пытаясь зачатками пси-способностей синхронизировать действия полутора десятков мужиков.
Я прикинул – три часа на снаряд, восемнадцать на полный барабан. Итого – часам к двенадцати ночи мы завершим невесть как полученный квест по приведению орудия к бою. Не знаю, что это нам даст, но уникальные задания подразумевают весомые бонусы.
ИИ каземата подбадривал и торопил нас как мог, параллельно руля десятком расконсервированных ремонтных сервов и приводя отсек в порядок. Вновь уничтожался драгоценный мох, змеилась по палубе временная проводка из оптоволокна, тужился в углу дрон мобильного склада, формируя из скудных запасов универсального вещества заказанную ИскИном деталь.
Лучше б силовой подъемник починил, зараза! А он, видишь ли, взялся за восстановление систем связи…
Да все я понимаю, связь на войне – первейшее дело. Но как же надоело кантовать эти неподъемные трансураны в совершенно немыслимых для двадцать первого века количествах!
Тем более что система неслабо штрафанула нас за вчерашние посиделки, быстро перешедшие в поминки. В бою с «Крабом» была повреждена спаун-капсула одного из пехотинцев. Сука-статистика показала ягодицы – кучная очередь из ИМП-турели контрабордажника вынесла одну из панелей внутренней стены зала и превратила укрытую за ней капсулу в груду битой электроники.
Приписанный к капсуле боец так и не воскрес, а нам выпал очередной квест – отыскать резервный модуль и перепрограммировать его на индивидуальный код погибшего. Программный скрипт прилагается, ничейную капсулу ищите, где хотите. Опционально – используйте бокс менее нужного бойца группы. Нормально, да?
Вот и пили мы за легкое посмертие Кольки-Баюна, парня удивительно сильного, но тихого и вечно сонного, как зимний кот.
Незаметно для себя практически опустошили запасы найденного мини-бара и нехило испортили атмосферу главного зала. Ибо пить и не курить как-то не получалось, а сигареты с оранжевыми стикерами подсаживали на себя практически мгновенно, с третьей затяжки. Наш медбрат пренебрежительно отмахивался и обещал «снять зависимость за две минуты, только вот докурю». И правда – дымил больше всех, а заодно первый ушел в аут нирваны, где продолжил смотреть цветные мультики.
Короче, «тринадцатая» сорвалась с резьбы. И ваш покорный слуга оказался бессилен что-то предпринять. Когда я оторвался от слияния чувствами с Линой, группа была уже далеко за гранью приличий.
Страшный сон офицера – застать роту пьяной с боевым оружием в руках. Ну а если не можешь предотвратить – то возглавь!
Пришлось придать мероприятию официальный статус, за что был обласкан всеобщим обожанием и оштрафован системой на нехилые полсотни командирских балов. «За нарушение семи статей дисциплинарного и трех пунктов корабельного устава».
Эдак я на всю жизнь останусь капралом…
Угомонились поздно. Но стоило лишь прилечь, как гребаный ИИ каземата поднял меня уставной гипнокомандой: «Быстрое пробуждение в зоне БД». У кого-то из нас двоих оказались сбиты часы внутрикорабельного времени.
Сноб-ИИ утверждал, что его процессор ошибаться не может, и все претензии к дефолтным установкам моего импланта, а также колониальной администрации Пятого Рима, возомнившей о себе невесть что.
Ведь всему прогрессивному человечеству давно известно, что сутки на кораблях РИ синхронизированы по древнейшему артефакту: часам Спасской башни, чудом уцелевшим после «Глобального Принуждения к Миру» и все еще отсчитывающим время пра-Москвы.
Сообщенная между делом новость выбила из меня все аргументы, а просевшие от пьянки персональные характеристики и отравленная нарко-сигаретами атмосфера окончательно испортили настроение.
– Рота, подъем!!! – зло проорал я и на десять секунд раньше, чем положено уставом, прибегнул к неспортивным командирским методикам.
Мысленная команда – и импланты бойцов простимулировали нервные узлы слабыми разрядами тока, выгибая спавших в замысловатые дуги и на корню пресекая глупые вопросы и ругательства.
После обязательных мыльно-рыльных процедур и скудного завтрака из псевдосуши и салатных клочков разноцветного мха бойцы хмуро, но споро принялись за работу.
Жизненное пространство расширялось, задач хватало всем.
По возможности укреплялся и добронировался зал реинкарнации. Капсулы мы теперь берегли пуще собственных жизней. Никто не желал зависнуть на неопределенное время в чистилище. Как выжить там сутки и сохранить разум – неясно даже самым волевым и нечувствительным к боли.