Кадет
Шрифт:
Впереди снайперских троек шли террор-ульи «Домовых» и «Баньши», садящиеся на коммуникации противника и подменяющие данные систем безопасности, готовые в любой момент дать левые засветки и ввергнуть в хаос вражеский штаб.
Ника и Стелла, наши бот-мастера, держали на коротких поводках свору элитных дронов, готовых рвануться в смертельную отвлекающую атаку. К сожалению, тяжелых машин добыть не удалось, несмотря на весь потенциал соединения. Нам тупо не хватало времени!
Мы и так рвали все шаблоны, атакуя внекатегорийные цели и стремительными рывками прорываясь сквозь несколько палуб сразу. Даже курсанты пятнадцатого года обучения не могли противостоять полусотне слаженных пси-троек уровня эксперт или гранд.
Честно говоря, наше подразделение вполне достойно вписывалось на дивизионный, а то и армейский уровень.
Группа Мурома кралась второй волной, следом за снайперами. Активированные стелс-модули тяжелых ББС «Умка» превращали бойцов в некое подобие инопланетных Хищников. Размытые, практически прозрачные тени, липнущие к потолочным панелям и ждущие своего часа.
Техники шли третьей волной. Их задача – минировать все и вся, включая боковые проходы, служебные и технические туннели. На особо опасных направлениях ставить роботизированные турели, захваченные нами в старых казармах контрабордажников.
Все. Больше резервов нет. Так, мелкие козыри в виде больших пушек, мажорных девайсов и крупного разлапистого орла РИ на броне, вгоняющего врагов в ступор и вселяющего суеверный ужас. Оживший легендариум!
– Время… – отзывается в моей голове горячий ментальный шепот Лины.
Молча киваю и шлю ответную волну тепла. Моя родная половинка…
Активирую скрипт начала операции.
Первые секунды, как обычно, идут по плану. Затем начнется противодействие противника, нить реальности разветвится, сработают наши домашние наработки в виде ответных мер.
Минута – и уже потребуется мое вмешательство для оперативной реакции на изменившуюся обстановку. Вторая – и от первоначального плана останутся одни лишь намерения и направления…
– Вормы пошли… – отчитывается ИИ-тактик, одно из главных сокровищ отряда, спасенный из разгромленного серверного зала крейсера.
– Ставим активные помехи по вектору отвлекающего удара…
– Обнаружена активация резервных средств наблюдения, наведения и подавления… Работаем… работаем… работаем… Гарантия ослепления систем противника – 84 %… 85 %… 86 %…
– Дроны пошли!
Я почти явственно слышу плач Ники, посылающей в последний бой собранную по крупицам и тщательно модернизированную элиту нашего технопарка. Дополнительные системы вооружения, модули добронирования, экранирование уязвимой электроники и убийственные ранцы самоликвидации…
В правый угол экрана падают пятнадцать глифов: «Аве, Цезарь!» Символично…
Последний дрон, с любовью расписанный под хохлому, остается рядом с операторами – охранять их нежные задницы и драгоценные мульти-хабы управления.
– Огневой контакт!!!
Пошла потеха! Теперь глифы сыпятся пачками, складываясь в стеки по типу: живая сила противника, уничтоженные юниты, потери союзников. Столбики растут, меняют цвет, дополняются цифровыми показателями, приобретая наглядный вид раскладки текущего боя.
Пока что количество обнаруженных противников растет лавинообразно. Техноразумные лезут из всех щелей. Валит передовая волна скоростной мелочи, затем показываются более солидные середнячки – штурм-боты, дроны непосредственной поддержки, мобильные постановщики щитов и прочие порождения чуждого разума.
Срабатывает сюрприз «больших пушек» – над головами штурмующих проносятся пакеты ГСР, изъятые нами совсем неподалеку, в ангаре технического обслуживания истребителей.
Систем управления гиперскоростными ракетами у нас нет, пусковые блоки заранее навели вручную – на кого бог пошлет. Радует одно – их много. Расстраивает другое – противника еще больше.
Вот оно, старое и доброе русское понятие: «метнуть жребий», где жребий – это свинцовая картечь, забитая в пушки. Лупишь в толпу – и кому какой жребий выпадет. Без обид.
Мелочь повыбило знатно, благо заряды у ГСС подходящие, сегментные. С остальными поражающими факторами взрывов было сложнее – ксеноразумные пустили в отсек вакуум, так что взрывной волны и пожаров не предвиделось.
Средних тварей помяло меньше – сегментный ГСС в целом штука скорее пэвэошная, призванная создавать взвесь осколков на пути нежных и небронированных целей вроде тяжелых торпед или противокорабельных ракет.
Наши дроны уже несли первые потери. Несмотря на то что огонь по ним ведется в основном мелким калибром, но уж очень он плотен.
Ника гонит своих подопечных по ломаным траекториям, решая одновременно две взаимоисключающие задачи – не потерять робота и максимально быстро ворваться в ряды противника.
– Снайперы в деле.
Под шумок отвлекающей атаки открыли фланкирующий огонь наши девчата. Вторые номера подсвечивали и маркировали цели согласно приоритетам, стрелки лупили из тяжелых снайперских комплексов по уязвимым местам подставившихся ксеноразумных – сочленениям, решеткам теплоотводов, хрупким сенсорам или просто в слабобронированное подбрюшье.
Третьи номера – бойцы «тринадцатой», постоянные партнеры в сложившихся тройках. В их присутствии пси-способности девчат максимальны, а сами мужчины служат «батарейками последнего шанса».
– Семь дроидов вошли в соприкосновение с противником. Восемь подбиты, из них трое по-прежнему на связи… Продолжаем движение, углубляемся в построение врага… Минус еще двое, телеметрия идет с одной машины. Достигнут оптимум для самоликвидации. Подрыв!
Ослепительные вспышки синхронизированных взрывов слизнули контрнаступающие цепи противника. Холодная плазма выжгла стационарные огневые точки и упростила до минимума рельеф местности. Все, что способно плавиться при температуре в миллион кельвинов, стекло на керамическое покрытие палубы, призванное выдерживать выхлопы взлетающих на форсаже истребителей.