Чтение онлайн

Пришлось вернуться в Совет. Лишь после долгих переговоров последовало «милостивое» разрешение на выезд. На самом же деле мятежники просто не решились задержать Калинина.

Вернувшись в Москву, Калинин сразу же окунулся в атмосферу подготовки к X съезду партии. Съезд созывался, в частности, для рассмотрения вопроса о замене продразверстки продналогом. Этот вопрос особенно волновал Калинина. Он хорошо знал: крестьянин лишь тогда будет улучшать и расширять свое хозяйство, когда увидит, что государство отбирает у него не все излишки, как это делалось по продразверстке, а только часть их, чтобы остальную часть иметь возможность продать на рынке.

Калинину ясно было, что это не лучший выход из положения. Почему? Да потому, что продналог открывал свободу торговле, а следовательно, способствовал росту кулачества, оживлению капитализма.

Но Михаил Иванович был полностью согласен с Лениным, который считал, что опасность для советской власти тут не очень велика. Ведь командные высоты народного хозяйства — фабрики, заводы, шахты, банки, транспорт, земля, — все это оставалось в руках государства. Вот почему Калинин с радостью голосовал за одобрение ленинского предложения — рекомендовать правительству немедленно заменить продразверстку продналогом.

Съезд закончился 16 марта. В этот же день на Пленуме ЦК Михаил Иванович был избран кандидатом в члены Политбюро ЦК РКП (б).

Вскоре пришло известие о разгроме мятежа в Кронштадте. Армия под командованием М.Н. Тухачевского наголову разбила мятежников и восстановила в городе советскую власть. В боях участвовало около трехсот делегатов X съезда партии, мобилизованных прямо со съезда.

После съезда партии сначала сессия ВЦИК, а потом и Президиум рассмотрели проект закона о замене продразверстки продналогом, внесенный Калининым. 23 марта постановление ВЦИК было опубликовано. Теперь надлежало возможно быстрее провести его в жизнь. Этой задаче Михаил Иванович и подчинил свою деятельность.

Однако испытания молодой республики еще не кончились. Бесснежная зима 1920/21 года, сухое, безоблачное лето привели к засухе. В июле страшный голод обрушился на многие районы страны и прежде всего на Поволжье.

К осени 1921 года свыше двадцати миллионов жителей России голодало.

Восемнадцатого июля ВЦИК образовал Комиссию помощи голодающим. Председателем комиссии был назначен Михаил Иванович Калинин.

Комиссия сразу же обратилась к рабочим и крестьянам России с призывом помочь голодным районам. На местах возникли комиссии Помгола. Со всех концов страны начало приходить продовольствие и денежные средства. Откликнулись и зарубежные деятели.

Одним из первых был великий норвежский полярный исследователь Фритьоф Нансен. Как верховный комиссар для помощи Поволжью (такой пост был установлен Международным Красным Крестом) Нансен приехал в Москву. В своей приемной на Воздвиженке Калинин тепло встретил этого замечательного человека. Нансен выразил желание побывать в голодных районах. Калинин посоветовал отправиться в Саратовскую и Самарскую губернии.

Картины голода поразили Нансена. Вернувшись на родину, он приложил титанические усилия, чтобы заставить правительства капиталистических стран и отдельных богатеев раскошелиться в пользу голодающих. Но ему мало что удалось сделать. Правительство Великобритании не дало ни копейки. Отказался помочь и Совет Лиги Наций. Зато почти все свои деньги Фритьоф Нансен отдал для помощи голодным.

На IX Всероссийском съезде Советов Калинин отметил огромную помощь великого норвежца, и по его предложению съезд направил Нансену грамоту, в которой говорилось: «Русский народ сохранит в своей памяти имя великого ученого, исследователя и гражданина Ф. Нансена, героически пробивавшего путь через вечные льды мертвого Севера, но оказавшегося бессильным преодолеть безграничную жестокость, своекорыстие и бездушие правящих классов капиталистических стран».

13 августа 1921 года Михаил Иванович с группой представителей различных наркоматов выехал на своем поезде «Октябрьская революция» в районы Поволжья. Картины голода были ужасны.

В селе Вязовая-Гай Смоленской губернии крестьяне жаловались:

— От недоедания помираем.

— Все кости пообъедали, все деревья, колосья пообщипали.

— Надежды к посеву никакой, кроме как поддержка от правительства.

Чем утешить этих людей? Калинин сказал, что с будущей недели начинается распределение семян и самарцы получат свою долю. Голод — страшная вещь, но он обязывает бороться.

Бородатый крестьянин заметил:

— Все равно конец…

— Ну да, если опустить руки, тогда лучше утопиться в вашей речке.

— Идешь работать, — продолжал крестьянин, — и руки опускаются.

Калинин просто сказал:

— Я знаю, я в восемнадцатом году голодал… Всякую дрянь ели, очистки картофеля — все это было… Но опускаться нельзя. Это все равно что в холодные дни, когда вы идете в метелицу, когда захватывает вьюга зимняя, у вас является желание лечь. Кто ложится, тот умирает, а кто идет, выбиваясь из сил, тот выживает.

Чувствовал, что надо пообещать что-то конкретное, но что? Сказал, что назначено Самаре миллион пудов.

С места закричали:

— Но это совсем мало. Калинин ответил:

— Я предпочитаю меньше обещать, чем дать… Миллион, думаю, будет наверное, даже при неблагоприятных обстоятельствах… Не только Самарская — двенадцать губерний голодают.

И крестьяне хорошо поняли его. Когда прощались, один из стариков поклонился и сказал:

— Спаси бог за чистосердечные слова, за то, что не обещал того, что нельзя сделать…

Вернувшись из поездки, Михаил Иванович с головой ушел в работу Помгола. Работа была трудная и сложная, требовала умелой и четкой организации дела. Калинин привлек к ней людей проверенных.

Здесь был и старый знакомый Калинина — Петр Смидович — тот самый, с которым в 1910-м работали на Миусской подстанции, были представители ВЦСПС и Наркомпрода. Все вместе рассматривали и обсуждали проекты и постановления, каждый из которых требовал огромной предварительной работы, согласования с различными ведомствами. Лишь после того, как все вопросы становились ясны, Калинин выносил проект на утверждение ВЦИК и Совета Народных Комиссаров. Решались вопросы о планомерном выселении из голодающих районов, об обеспечении этих районов семенным материалом, о содействии работе американской администрации помощи. Эта организация сокращенно называлась АРА. Своей деятельностью она преследовала прежде всего цели шпионажа и оживление антисоветских настроений, но, поскольку наряду с этим АРА вынуждена была оказывать продовольственную помощь, ВЦИК разрешил ей открыть свои отделения в России.