Чтение онлайн

— Хорошо, — сказал колдун, — мать моя не солгала, пусть она следует за мной.

Взяв женщин за руки, колдун повел их по запутанному лабиринту лагеря.

Встречавшиеся им по пути индейцы испуганно шарахались в сторону. Колдуна это нисколько не смущало, напротив, доставляло ему удовольствие, поскольку подтверждало его могущество в глазах суеверных индейцев, искренне считавших, что он послан к ним Вакондой.

Спустя некоторое время они достигли палатки, у входа которой красовалось знамя объединенных племен, в окружении копий, украшенных бахромой.

— Здесь, — сказал колдун.

— Хорошо, — ответила Мануэла, — мы войдем одни.

— Я должен вас оставить?

— Да, но мой отец может подождать нас здесь.

— Я подожду, — коротко ответил колдун, окинув женщин подозрительным взглядом.

По знаку колдуна охранявшие палатку часовые разрешили женщинам войти.

С замиранием сердца они переступили порог палатки. Она была пуста. И бедняжки вздохнули с облегчением. У них была возможность собраться с мыслями и подготовиться к разговору, которого ждала донна Гермоса.

Колдун остановился у входа в палатку. Занявший столь важное положение при содействии Тигровой Кошки, он был предан ему всей душой, совмещая колдовские обязанности со шпионскими.

Дон Торрибио Квирога и дон Хосе Калбрис погоняли лошадей, чтобы как можно скорее выехать из президио.

Комендант был безмерно счастлив подкреплению, направленному губернатором провинции. Он не сомневался, что теперь сможет принудить индейцев снять осаду президио. А кроме того, ему хотелось воспользоваться этим случаем и преподать суровый урок, отбив навсегда охоту к опустошительным набегам на мексиканские земли.

Когда они достигли рубежа, охраняемого многочисленным отрядом, состоящим и из гражданского населения, дон Торрибио сказал:

— Поедемте дальше.

— К вашим услугам, — ответил дон Хосе.

— Темно, вокруг бродят шайки индейцев. Вероятно, нам надо проскакать мили две навстречу войску. Наверное, ехать одним было бы неблагоразумно.

— Да, вы, безусловно, правы, — отвечал дон Хосе.

— Ведь вы — комендант президио, — продолжал дон Торрибио с загадочной улыбкой. — Если краснокожие нападут на нас и возьмут вас в плен, это может иметь для города чрезвычайно серьезные последствия. Я говорю не о себе. Я для индейцев не представляю никакого интереса. Вы же — совсем другое дело. Советую вам серьезно поду мать, прежде чем мы продолжим путь. Что вы скажете на это?

— Я скажу, что вы правы, полковник, и что это было бы непростительным легкомыслием.

— Итак…

— Итак, кажется, лучше всего взять нам конвои.

— Да, — подтвердил дон Торрибио, — тогда мы можем быть спокойны, не правда ли? Сколько человек мы возьмем?

— Человек десять, не более.

— Давайте возьмем двадцать. Неизвестно, с кем можно повстречаться на дороге ночью. Как знать, а вдруг на нас нападет сотня индейцев.

— Хорошо, двадцать, если вы так считаете, — согласился дон Хосе. — И будьте любезны, выберите их сами.

— Не беспокойтесь, пожалуйста, — ответил дон Торрибио с сардонической улыбкой и направился к выстроившемуся для приветствия коменданта отряду обороны передовой позиции и отобрал двадцать кавалеристов.

— Теперь, комендант, мы можем ехать.

— Тогда поехали, — сказал дон Хосе, пришпорив свою лошадь.

Дон Хосе Калбрис и дон Торрибио Квирога ехали рядом, а в нескольких шагах за ними следовал конвой.

Так они ехали примерно три четверти часа. Постепенно, несмотря на увлекательную беседу с доном Торрибио, который без конца сорил остротами, полковник стал испытывать какое-то необъяснимое беспокойство.

— Извините, полковник, — сказал он своему спутнику, внезапно останавливая его, — не кажется ли вам странным, что подкрепления, которые мы выехали встречать, нет как нет?

— В этом нет ничего странного, сеньор Возможно, капитан, командующий ими, не рискнул без меня пускаться в путь по незнакомой дороге.

— Такое может быть, — раздумчиво проговорил дон Хосе.

— Я считаю это вполне вероятным, — продолжал дон Торрибио. — И в таком случае, нам придется проехать еще одну милю.

— Коли так, поехали.

Они продолжали путь. Теперь уже молча. Казалось, каждый был занят своими мыслями. Время от времени дон Торрибио поднимал голову и сосредоточенно оглядывался по сторонам.

Вдруг откуда-то издалека донеслось ржание лошади.

— Что это значит? — спросил дон Торрибио.

— Вероятно, те, кого мы ждем, — ответил комендант.

— Как знать. На всякий случай будем соблюдать осторожность.

Сделав знак коменданту подождать его, он пришпорил лошадь и вскоре исчез в темноте.

Отъехав подальше, дон Торрибио сошел с лошади, припал ухом к земле и стал слушать.

— Проклятье, — пробормотал он, быстро садясь на лошадь, — нас преследуют. Нельзя терять ни минуты. Неужели этот разбойник дон Эстебан узнал меня?

— Ну что? — спросил комендант, когда дон Торрибио вернулся

— Ничего, — ответил дон Торрибио коротко, — ничего интересного для вас.

— А именно?

— Вот что, — перебил дон Торрибио, положив левую руку на руку коменданта, — сдавайтесь, Хосе Калбрис, вы мой пленник!

— Что вы хотите этим сказать? — спросил старый солдат, вздрогнув — Вы с ума сошли, дон Торрибио!

— Не называйте меня доном Торрибио, сеньор, — мрачно проговорил молодой человек. — Я теперь негодяй без имени Жажда мести привела меня в стан апачей.

— Измена! — закричал полковник — Ко мне, солдаты! Защищайте вашего коменданта!

— Эти люди не станут вас защищать, дон Хосе, они служат мне. Говорю вам, сдавайтесь!

— Нет, не сдамся! — решительно возразил комендант — Дон Торрибио или кто бы вы ни были, вы подлец!