Чтение онлайн

Заведя нас за скрипучие городские ворота, конвой приказал оставить скакунов и оружие под присмотром стражи и дальше мы отправились пешком. Лошадь проводила нас печальным взглядом.

Внешне Ульм жил обычной жизнью. Спешащие по делам горожане, толчея на площадях, крикливые лавочники, лениво брехавшие в подворотнях собаки. Лишь когда люди бросали взгляд на наших сопровождающих, на лицах возникало напряжение и опаска. Но у меня теплилось подозрение, что это могла быть повседневная реакция на отряд законников.

Через какое-то время череда улиц закончилась и мы увидели перед собой высокий собор, сложенный из светлого камня. К моему удивлению и вопреки тому, что я читала в книгах, на вершине шпиля колокольни не было никакого креста. Лишь чёрно-красные полотнища висели на стенах, придавая зданию немного зловещий вид. Кинув взгляд на наших сопровождающих, на них я тоже никаких знаков Церкви не обнаружила. Что это значит? Насколько мне было известно, Церковь относилась к своим символам ревностнее, чем многие страны к своему флагу. Что изменилось?

Несмотря на моё предположение, вели нас не в собор, а дальше, на хозяйственный двор. Там не оказалось ни души, лишь где-то за углом раздавался стук топора и треск раскалываемых поленьев. Седой командир уверенно зашагал к одному из неброских кирпичных зданий, окружающих двор и нас завели внутрь.

— Ждите, — коротко бросил командир, когда мы прошли по коридору к одной из невзрачных дверей, и скрылся внутри.

Толстое дерево заглушило происходящий за дверью разговор до невнятного бурчания и через несколько секунд мужчина вернулся, оставив дверь открытой:

— Проходите.

Переглянувшись, мы прошли в комнату, оказавшуюся просторным, но небогато обставленным кабинетом. Книжные стеллажи, пара потёртых и жёстких гостевых диванов, да массивный письменный стол, заваленный кучей бумаг и свитков. Вот и вся нехитрая обстановка.

— Мне доложили интересные вещи, — раздался хриплый голос и, скрипнув стулом, из-за бумаг показался хозяин кабинета.

Им оказался высокий крепкий мужчина лет пятидесяти, без намёка на седину в чёрных волосах. В отличие от мундиров наших конвоиров, его одежда была полностью чёрной и напоминала скорее одеяния священника. Карие глаза смотрели на нас без неприязни, но настороженно. Лицо человека было изборождено морщинами, а высокий лоб наискось пересекал тонкий шрам, едва прикрываемый короткой стрижкой.

— Сказали, что появился странный отряд, не понимающий, что происходит в стране, — продолжил он, выходя из-за стола. — И заявивший, что Церих уничтожен. Я ничего не упустил?

— Город сожжён. Жители повешены в ближайшем лесу, — кивнул Ларт. — Всё так, отец Дитфрид.

— Вам уже сказали моё имя? Впрочем, неважно. Расскажите мне подробнее об этом. И представьтесь, будьте любезны.

Мы назвались, попутно вручив инквизитору наши документы. Арзака мы представили слугой, по простоте положения бумаг не имевшего, а для Иды и придумывать ничего не пришлось. Её историю наёмник выдумал ещё в Рулате. А после Ларт подробно рассказал о состоянии города, лесе висельников и мрачной табличке. На этом моменте с лица Дитфрида спала доброжелательность, он помрачнел и напрягся, о чём-то задумавшись. На некоторое время в комнате повисло молчание.

— Добавили вы мне повод для тревог, — вздохнул он, наконец. — До сегодняшнего дня я полагал эту часть страны относительно безопасной. А теперь вынужден отправлять людей на выяснение обстановки в Церихе. И сядьте вы уже, наконец. Нам стоит поговорить.

Махнув рукой в сторону диванов, он вернулся к столу и вытащил из-за него тяжёлый стул с высокой резной спинкой. Поставив его возле диванчиков, он сел и оправил на плечах гумерал сутаны, после чего обвёл нас всех взглядом. Невольно я начала нервничать.

— Бумаги настоящие, вынужден признать, — начал он без долгих предисловий. — И это ставит меня в тупик, потому что всему остальному, касающемуся биографии ваших спутников, я не верю. Ваш остроухий друг похож на слугу не более, чем я, ну а девочка… Хм, ладно, опустим это. Итак, что вы делаете в Святой Земле?

Самообладание чуть не покинуло меня, когда начало воплощаться одно из главных опасений. От потери лица спасло лишь то, что я немного научилась держать внешние эмоции под контролем, пока мы играли в эрви. Иначе против Ларта или, что главное, Иды у меня не было и шанса.

— Работаем, святой отец, — коротко ответил ему Ларт, словно ничего не произошло. — Одну деревеньку на юге беспокоили разбойники и мы провели там некоторое время, выполняя контракт.

— Просто отец Дитфрид, — поправил его инквизитор. — Хотя я и ношу сан капеллана, как и всякий в Ордене Закона, мы не проводим службы. Как называлась деревня?

— Йер, — наёмник ответил без промедления, а я, напрягши память, с трудом вспомнила на карте деревеньку с таким названием, недалеко от места нашей высадки.

— Хорошее место. Мне довелось там побывать с год назад. Это было незадолго до того, как деревню выкосил мор. Твоя карта устарела, наёмник. Такой деревни больше нет.

Мой желудок рухнул куда-то вниз. И без того шаткая легенда рассыпалась на куски, словно разбитая ваза. Надеюсь, это входило в планы Ларта, иначе у нас будут большие проблемы. Да у нас уже большие проблемы! Паника внутри меня вовсю расправляла плечи и вставала в полный рост. Но Ларта словно ничего не брало.

— Староста Туллон бы с вами не согласился, — пожал он плечами.

— Так ты и правда там бывал раньше, — чуть удивился Дитфрид. — Но я не вру, наёмник Ларт, ты можешь и сам это проверить, отправившись туда. Если, конечно, я сочту нашу беседу удовлетворительной. Пока что это не так.

Так. Достаточно. Ларт отличный воин с серьёзным запасом знаний, но опыта в плетении словесных кружев у него нет. Если он продолжит гнуть свою линию, дело лишь усугубится. Надо перехватить инициативу. Соберись, Мира! И когда я перестала пользоваться настоящим именем, обращаясь к самой себе?.. Неожиданное осознание едва не отвлекло меня на посторонние мысли, но я выбросила всё лишнее из головы.