Чтение онлайн

— Перейдем к следующему акту, — продолжал Кэри. — Какие-то люди — назовем их «группа X» — похитили Мейрика. Само собой, они не собираются предавать этот факт широкой огласке. Они не знают, известно ли нам о подмене, а мы не собираемся рассказывать им о нашем открытии, — он изучающе взглянул на Денисона. — Поэтому мы нуждаемся в вашем сотрудничестве, мистер Денисон.

— В каком смысле? — осторожно спросил Денисов.

— Мы хотим, чтобы вы остались доктором Мейриком и отправились в Финляндию.

У Денисона отвисла челюсть.

— Но это невозможно, — медленно сказал он. — У меня ничего не получится. К тому же я не говорю по-фински.

— До сих пор у вас все прекрасно получалось, — заметил Кэри. — Вы одурачили миссис Хансен и отлично справляетесь с дочерью Мейрика. Хардинг был прав — вы прекрасно владеете собой.

— Но язык! Мейрик же говорит по-фински!

— Он свободно владеет финским, шведским, норвежским и английским, — добродушно сказал Кэри. — Его французский вполне сносен, но с итальянским и испанским дела обстоят похуже.

— Так какого же черта я там буду делать? Кроме английского, я знаю французский в пределах школьной программы.

— Успокойтесь и послушайте меня, — Кэри снова начал набивать трубку. — В конце первой мировой войны многие из английских солдат женились на француженках и осели во Франции. Большинство из них работало в специальных комиссиях по присмотру за военными кладбищами. Через двадцать лет разразилась новая война, и во Францию вошел британский экспедиционный корпус. Новоприбывшая молодежь обнаружила, что старые солдаты совершенно забыли английский, свой родной язык, — он зажег спичку. — То же самое могло случиться и с Мейриком. Он не был в Финляндии с семнадцати лет — неудивительно, что за это время родной язык изгладился из его памяти.

— Но зачем вам понадобился я? Я не смогу привести вас к материалам — это мог сделать только Мейрик.

— Когда началась эта история, первым моим побуждением было отменить всю операцию, но затем я задумался, — сказал Кэри. — Прежде всего, мы не знаем, связано ли похищение Мейрика с нашей операцией. Его могли похитить по какой-нибудь другой причине, и в таком случае материалам ничто не угрожает. Во-вторых, мне представляется, что вы можете послужить хорошим раздражающим фактором — мы спутаем планы противной стороны в такой же степени, в какой они спутали наши. Если вы поедете в Финляндию как Мейрик, они растеряются. В возникшей неразберихе у нас может появиться шанс наложить лапу на материалы. Что вы об этом думаете?

— Я думаю, что вы сумасшедший, — ответил Денисон.

Кэри пожал плечами.

— Такая уж у меня профессия. На самом деле осуществлялись и более безумные планы — взять хотя бы майора Мартина, человека, который никогда не существовал.

— Ему не приходилось отвечать на вопросы, — возразил Денисон. — Все это кажется мне чертовски нелепым.

— Разумеется, вам заплатят, — небрежно сказал Кэри. — Хорошо заплатят. Вы получите компенсацию за нанесенные вам повреждения, а мистер Иредаль готов вернуть вас в нормальное состояние.

— Доктор Хардинг тоже готов?

— Готов, — подтвердил Кэри, мысленно спросив себя, до какой степени Денисон осознает свою ненормальность.

— Допустим, я откажусь, — тихо сказал Денисон. — Могу я в этом случае прибегнуть к услугам Иредаля и Хардинга?

Маккриди напряженно выпрямился.

— Разумеется, — Кэри лениво выпустил колечко дыма.

— Значит, это не шантаж, — заключил Денисон.

Невозмутимый Кэри изобразил на лице возмущение.

— О шантаже и речи быть не может, — раздраженно заявил он.

— Почему материалы Мейрика так важны для вас? О чем в них говорится?

— Этого я вам сказать не могу, мистер Денисон, — неторопливо ответил Кэри.

— Не можете или не хотите?

Кэри пожал плечами.

— Ну хорошо — не хочу.

— В таком случае я отказываюсь, — сказал Денисон. Кэри положил трубку.

— Это вопрос государственной безопасности, Денисон. Каждый знает лишь то, что необходимо знать. Миссис Хансен нет необходимости знать об этом, Яну Армстронгу нет необходимости знать об этом. Вам тоже.

— Меня похитили и пырнули ножом, — сказал Денисон. — Мне изменили лицо и изуродовали память, — он предостерегающе поднял руку. — Да, я знаю, и Хардинг говорил мне об этом: меня пугают попытки вспомнить о том, кем я был раньше. Теперь вы предлагаете мне продолжать игру в шарады, ехать в Финляндию и снова подвергать себя опасности, — его голос дрожал. — А когда я спрашиваю вас, почему я должен это делать, вы говорите, что мне нет необходимости знать об этом!

— Мне очень жаль, — сказал Кэри.

— Мне наплевать, жаль вам или нет. Можете заказывать мне билет до Лондона.

— Кто теперь занимается шантажом? — с иронией спросил Кэри.

— Требование разумное, — заметил Маккриди.

— Знаю, черт побери! — Кэри холодно взглянул на Денисона. — Если вы разболтаете хоть слово из того, что я вам сейчас расскажу, то окажетесь за решеткой до конца своих дней. Я лично прослежу за этим. Понятно?

Денисон кивнул.

— Все равно — я хочу знать.

Сделав над собой заметное усилие, Кэри заговорил.

— Судя по всему, в 1937 или 1938 году Ханну Меррикен нашел способ отражения рентгеновских лучей, — неохотно сказал он.

Денисон недоумевающе посмотрел на него.

— Это все?

— Все, — Кэри встал и потянулся.

— Этого недостаточно, — заявил Денисон. — Что в этом важного?

— Вам сказали то, что вы хотели узнать. Удовлетворитесь этим.

— Этого недостаточно. Я хочу знать, почему это так важно.

Кэри вздохнул.

— Ну хорошо. Расскажи ему, Джордж.

— Сначала я тоже ничего не понял, — сказал Маккриди. — Как и вы, я не мог взять в толк, о чем идет речь. Меррикен занимался чистой наукой и наткнулся на этот эффект перед самой войной. В те дни трудно было предвидеть какую-то практическую пользу от его открытия. Область применения рентгеновских лучей ограничивалась использованием их проникающей способности. Меррикен отложил свою находку в сторону как любопытную безделицу и не опубликовал о ней ни одной статьи, — он усмехнулся. — Шутка состоит в том, что сейчас практически каждая оборонная лаборатория в мире работает над проблемой отражения рентгеновских лучей, но все усилия до сих пор безуспешны.