Чтение онлайн

– С этим тоже соглашусь, – кивнул я и полез в проделанную мною в стене дыру. Синицын не отставал и точно так же, словно горный козел, скакал с одной груды камней и обломков стены на другую, перебираясь через весь тот хаос, что я устроил своим «цыганским фокусом». И это при том, что сил у него осталось куда меньше чем у меня – сказывалось общее истощение организма от долгой жизни впроголодь в отвратительных условиях и откат от рунного допинга, что я ему давал. Изначально планировалось, что Евгений, как только почувствует, что эффект от усиливающий рун спадает, будет подпитывать их своей энергией, продляя действие, хоть потом ему и будет куда хуже, чем сейчас, но не срослось – сначала его организм начал активно противиться заемной энергии, а после еще и моя куртка, что он взял попользоваться, буквально рассыпалась, не выдержав такого количества магии, что через нее прошло за последние сутки – все таки это была самая обычная куртка из укрепленной кожи – не чета моему прошлому нагруднику из мифрила, что я сдуру отдал Карху.

Вокруг нас стоял треск и грохот начинающегося обвала. То и дело в нас прилетала каменная шрапнель, оставляя царапины и порезы на наших голых телах. Во что превратились мои босые ноги – даже смотреть было страшно – мне пришлось слить немало маны, чтоб заблокировать боль в разодранных в мясо ступнях и не выть при каждом шаге, но мы продолжали бежать к маячащему впереди выходу из опостылевшего уже храма.

Нам оставалось преодолеть всего полсотни метров до спасительного выхода, когда удача решила отвернуться от нас – последний пролом, сразу которым уже видно было звездное небо, начал обваливаться буквально на глазах, грозя вот-вот запереть нас в заброшенном храме, погребя под завалами.

– Да хрен вы угадали – меня так просто не возьмешь! – взревел Синицын, видя это, после чего выдал какую-то особенно убойную технику из своей коллекции боевой магии. Что-то комбинированное из двух его аспектов – сначала воздушный кулак буквально выдул все обломки на нашем пути, а после стены пол и потолок покрылись толстой коркой льда, примораживающей все, что еще мгновенье назад грозило рухнуть нам на голову.

Отчаянный шаг человека, готового пойти на все что угодно ради свободы и жест безграничного доверия мне, хоть мы и знакомы всего сутки, плюс минус. Даже не знаю смог бы я так же довериться ему в подобной ситуации, чтоб выложиться на двести процентов ради всеобщего блага, зная при этом что после такого на ближайший час я стану абсолютно беспомощным и не способным даже мыслить самостоятельно, не говоря уж о том, чтоб куда-то бежать. Ну что ж, покажу ему что не зря он мне доверился – мы своих не бросаем. Подхватив уже заваливающегося от перерасхода энергии Синицына, я взвалил его себе на плечи, крякнув от прострелившей спину боли – тяжелый зараза, хоть и остались от него кожа да кости после двух лет жизни впроголодь, и двинулся к маячащему впереди выходу.

Последние метры я буквально полз, то и дело поскальзываясь на льду и собственной крови из разбитых ног, но упорно пер вперед, пока проклятый храм не оказался у меня за спиной, а я не вышел на каменный уступ, оканчивающийся какой-то бездонной пропастью. Дальше пути не было, а оставаться на месте было не вариант – того гляди эта древняя развалина окончательно рассыплется, снося нас с Синицыным прямо в бездну. Нужно срочно уходить отсюда. Вправо или влево? К черту – пойду направо, а там видно будет.

Смахнув пот со лба и влив еще немного маны в свою многострадальную спину, которой за последние несколько дней почему-то достается больше остальных и как результат она теперь адски болит, я со всей возможной скоростью рванул вдоль внешней стены храма, то и дело уклоняясь от падающих сверху камней. Надо сделать себе зарубку в памяти, никогда больше не использовать такой метод для сноса стен, если не хочу разрушить все здание целиком.

Нужно было как можно скорее уходить куда-то в сторону от разваливающихся прямо на глазах стен, но как назло по левую руку от меня была только пропасть с неровными краями. Наконец мне улыбнулась удача и я увидел, сквозь пелену поднявшейся пыли, относительно безопасное место – небольшой островок, торчащий прямо из пропасти достаточно далеко от храма, чтоб нас на прибило обломками строения и при этом достаточно близко к краю, чтоб я мог туда перебраться – что такое провал трехметровой ширины для усиленного магией тела? Правильно – мелочи. Главное не промахнуться, когда буду закидывать на этот островок бесчувственное тело Евгения. И не перестараться, а то с меня станется швырнуть его слишком далеко и отправить экспрессом на дно пропасти.

В этот момент со стороны храма раздался оглушительный треск и на нас начала заваливаться целая секция стены, протяженностью не меньше двух сотен метров. Вот за что ты так со мной, фортуна – какое великое зло я тебе сделал? Придется кидать на островок Евгения прямо отсюда и самому прыгать сразу же следом и все это без расчетов и предварительной подготовки. Не люблю подобные экспромты, но выбора мне не оставили, как всегда, поэтому, как обычно, иду ва-банк.

Влив в мышцы убойную дозу маны, я словно тряпичную куклу швырнул Синицына вперед, молясь всем богам, чтоб не промахнуться, и чтоб он приземляясь не свернул себе шею, после чего прыгнул сам, слыша, как у меня за спиной нарастает грохот обвала.

Приземление вышло жестким – немного не рассчитал силу прыжка и в итоге грохнувшись на островок еще несколько метров проехался на пузе, обдирая все, что не успел ободрать до этого. Евгений выглядел немногим лучше меня, но вроде дышал, значит все прошло более или менее успешно и мой план сработал в кои то веке.

– Какой же это кайф – снова видеть небо, – раздался хриплый голос моего спутника.

– Ага, только вид портит проклятая пылища, – ответил я, развалившись на холодном камне – мне не хотелось ни шевелиться, ни колдовать, ни даже думать – хотелось просто закрыть глаза и поспать часов сорок – настолько я устал за последние сутки.

– Это легко исправить, – усмехнулся Синицын в ответ и взмахнул рукой, создавая поток ветра, который за несколько секунд разогнал пыль, очистив воздух вокруг наси заставив меня резко сесть. Усталость как-то мгновенно отступила на задний план, а все потому, что я вновь увидел свечение перед Евгением в момент, когда тот произносил заклинание.

Первый раз эту иллюминацию я заметил еще в тоннелях, когда мой напарник при мне использовал поисковое заклятие, чтоб найти выход. В тот раз я списал все на игру света и теней. Второй раз, когда он вдарил комбинированной магией по обваливающемуся проходу, я принял свечение за галлюцинации в стрессовой обстановке. И вот сейчас третий раз я вижу то же самое. Не один в один, конечно – различия есть – как по интенсивности, так и по форме, но все же. И выглядит это как-то подозрительно знакомо.

Мою сонливость и вялость как рукой сняло – я жаждал действий, ведь я вновь наткнулся на очередную тайну мира и у меня буквально свербело ее разгадать как можно быстрее.

– Слушай, – обратился я к Синицыну, который в этот момент как нормальный человек наслаждался отдыхом. – Можешь какое-нибудь заклинание использовать, только помедленней – хочу кое-что проверить.

– Легко, – ответил тот и вызвал легкий ветерок, а я смотрел появится ли иллюминация. Появилась, но рассмотреть я ее не успел.

– Еще раз, только еще медленней, – попросил я напарника, во все глаза наблюдая за его рукой, которую он вытянул перед собой. Есть, попалась родная, потер я ладони, видя, как из руки Евгения вырывается тонкая струйка маны, складывающаяся перед ним в символ, который потом и запустил ветерок. Я думал мне почудилось, но оказывается нет – местная магия построена на принципе рунической, только руны эти чертят прямо голой силой в момент активации заклинания. И чертят, нужно заметить из рук вон плохо – очень много энергии рассевается и уходит в никуда. И руны у них какие-то странные – много лишнего. Взять тот же воздушный толчок, что сейчас применил Синицын – он переплел аж четыре символа, хотя можно было взять всего два других и получить тот же результат с меньшими затратами. Это как с математикой – цифры мы используем одни и те же, вот только он на уровне начальной школы, делая кучу лишних вычислений для получения результата, когда я, в свою очередь, использую формулы высшей математики, а часть операций и вовсе выполняю в уме, вписывая в эти формулы уже готовый промежуточный результат. Как итог я делаю все то же самое, но в разы быстрее, а результат у меня точнее.