Чтение онлайн

Есть хотелось просто жутко. Когда мы входили в столовую, от ароматов кружилась голова, а теперь еще и желудок протестующе заурчал, не желая расставаться с едой.

Возникла мысль забрать с собой хотя бы конфету, но я задавила ее на корню. Не этого от нас ждут, а беспрекословного послушания.

Голодные, злые, неопрятные, грязные. Такими мы вернулись в общежитие, чтобы встретить таких же голодных, злых, неопрятных и грязных Грифа и Волка. Оба парня направлялись в душ, когда мы вернулись, но ради нас обернулись, чтобы удостоить группу предателей уничижительными взглядами.

— Полчаса на отдых, — на прощанье рявкнул старший и захлопнул за собой дверь.

— Новобранец Кара, привести себя в порядок, — тут же отрывисто скомандовал капитан, едва завидев, что я намереваюсь сесть на стул.

Пришлось тащиться в уборную, потому что именно там я видела стимы — машины по обработке вещей нового поколения. Правда, как ими пользоваться, я не знала — у отчима дома стояла старенькая стиральная машинка еще с допотопных времен, — но надеялась, что разберусь, да только для таких, как я, которые редко пользовались благами цивилизации, оказывается, висела табличка с руководством.

Ничего трудного: загрузил, нажал на кнопки — стирка, сушка, глажка — и ткнул пуск.

Через десять минут вещи как новенькие, но эти десять минут мне предстояло простоять в носках и нижнем белье, сжимая в руках кожаный пояс с тяжелой бляшкой. К сожалению, не в одиночестве. Парни мылись, но я повернулась к ним спиной.

— Классная задница! — сделали мне сомнительный комплимент.

— Не льсти себе, — ответила я тут же, радуясь в душе, что могу показать зубы.

Наконец-то могу сама ответить за себя, но, как оказалось, радовалась я рано. Из общей комнаты послышался грохот, а следом за ним озлобленное:

— Да пошел ты!

Парни первыми среагировали, вылетая в чем мать родила, на ходу прикрываясь полотенцами. Я же еще несколько секунд мешкала, потому что показываться в таком виде не хотелось, но любопытство победило.

В комнату я выглянула как раз в тот момент, когда в ней появился аускомандир.

— Что здесь происходит? Вас и на полчаса нельзя одних оставить?!

— Все в пределах устава, товарищ аускомандир, — доложил капитан, кивая на поднимающегося с пола Лиса. У парня были разбиты нос и губа. — Новобранец Лис запнулся и упал.

— Капитан восьмой группы, роняйте новобранцев потише! Там часовые в штаны наделали!

— Есть, товарищ аускомандир, — невозмутимо ответил Эльдер, а у меня челюсть встретилась с полом.

Дверь за старшим снова закрылась, но на этом разборка не закончилась. Больше того, каким-то чудом в ней оказалась виновата я. По крайней мере, именно об этом красноречиво говорило слово “Тварь”, которое рыжий, глядя на меня, произнес одними губами.

— И почему же я тварь? — спросила, не сумев смолчать.

— Потому что таким, как Лис, проще найти виноватых, чем признать свою вину.

Поставить тебе подножку Пуха подговорил он, — ответил за пострадавшего капитан.

— Откуда вы это знаете?

— Он имсит, — усмехнулась Эльза, которую вся эта ситуация, похоже, забавляла. — У него обостренный слух.

— И когда же вы это услышали? — этот вопрос вырвался у меня сам собой.

Я не планировала его задавать, но не пожалела, что допустила вольность. Потому что Эльдер молчал, взглядом прожигая во мне дыру. И это молчание было гораздо объемнее любых слов.

Развернувшись, я вошла обратно в уборную. Не только за вещами, мне требовался душ.

Холодный душ. Ледяной.

И нет, я не обижалась. Просто злило. Злило то, что капитан группы мог предотвратить саботаж, но не сделал этого. Не посчитал нужным, хотя… Глупо думать, что мне кто-то чем-то обязан. Никто и ничем. Спасибо, что за меня заступился, хотя я и не просила. В очередной раз.

Злость вытеснила стеснение. Приняв душ, оделась тут же — одежда уже была приведена в порядок. Лежала стопкой в нижнем отсеке, так что обратно в комнату я вернулась в полной готовности. А здесь будто и не происходило ничего. Каждый занимал свою койку, отдыхая после неудавшегося обеда.

Но и в этот раз мне не свезло. Едва я легла, как и остальные — не разуваясь, капитан в ту же секунду скомандовал “Подъем” и “Построиться”. Выполнила. Выслушала наставления о том, что необходимо сейчас с собой взять. Нас ждал объемный вводный урок.

Аускомандир должен был протащить нас по всей академии, и я верила, что протащит.

Еще день не закончился, а мне казалось, что прошел уже год, но жаловаться было не на что. Я знала, что будет тяжело. Этот выбор я сделала сама.

Пока собирала тощую тряпичную сумку темно-синего цвета, на своего капитана старалась не смотреть. Вообще ни на кого не смотрела, игнорируя чужие взгляды, в которых могла прочесть самые разные эмоции. Казалось, что все они думают: “Она не продержится здесь и дня”, но я упорно не желала сдаваться. Потому что это было не в моих правилах.

Меня мама не так воспитывала.

Следующее построение было уже на улице. Еще совсем недавно ясное небо затянули тучи. Дождь хлестал как из ведра, толком ничего не видела, ничего не слышала из того, что говорил старший группы, предусмотрительно облачившийся в плащ-палатку.

У нас такой роскоши не было, так что в учебный корпус мы пришли вымокшими до нитки. Экскурсия мне не то чтобы понравилась, но было познавательно. Мы увидели не только кабинеты, в которых ведется обучение, но и зал практики, стилизованный под внутреннее убранство малого космического корабля. Не такого, в каком я прилетела сюда.

Боевого, поэтому мне действительно было интересно.

Полигоны, стрельбища, склады, посты, военная техника, пусковая арена для военных кораблей — нам показали все, что только можно было, протаскав до самого ужина и даже больше. Краем глаза я видела расписание на день, а потому могла с уверенностью сказать, что есть мы сегодня больше не будем.

Две ложки супа уже давно забылись, желудок прилип к спине, а я мыслями была ряд с яблоком, которое так и лежало в куртке. Сейчас мне даже казалось, что я слышу его аромат, чувствую сладость и кислинку во рту. Раньше мне тоже приходилось голодать, но такие моменты я обычно ложилась спать или пила воду, чтобы обмануть организм. Сейч: же ни то, ни другое мне в ближайшее время не светило.