Чтение онлайн

В задней части зданий они отыскали вход. Марк объяснил, что это погрузочная платформа. Немного выше располагалась наполовину приподнятая подъемная металлическая дверь. Господин Дженкинс сказал, что она действует, как рулон с бумажными полотенцами. Теперь эта дверь заржавела и не работала. Вход преграждал большой кусок фанеры, исписанный граффити. Марк направил в него свой «Виннебаго», и вся фанерная стенка обрушилась, словно подъемный мост в сказках про принцесс. Затем он, папа, старик Сэм Коллинз и господин Корвес снова заделали вход кусками фанеры.

Теперь «Виннебаго» был надежно укрыт от посторонних глаз. Это было весьма кстати, потому что Челси почувствовала, что куколки уже готовы выйти наружу и играть.

Челси заставила господина Дженкинса посадить всех кукольных пап перед автомобилем. Лучи восходящего солнца уже проникли в здание через дырки в крыше, но она все равно приказала зажечь фары, чтобы лучше все видеть. Для надежности Марк их всех связал.

Он связал папу, господина Лафринера, господина Гейнса, старика Сэма Коллинза и Дэнни Корвеса.

Мама взяла один из ножей господина Дженкинса и с его помощью сняла с каждого одежду.

Связанные слегка вздрагивали. Внутрь здания надуло немного снега, белые хлопья оседали на груды досок и битого кирпича. Время от времени через трещины и забитые досками окна прорывался ветер, поднимая снежинки, которые кружились и снова медленно опускались вниз.

Затем кукольные папы подняли крик. Как же это противно! Челси велела маме заткнуть им рты кусками одежды. Это помогло немного их утихомирить.

Челси уселась и принялась ждать.

Они были крепко связаны, но все еще дергались и визжали. Все, кроме папы. Он смотрел на Челси. Его глаза казались очень грустными. Папа пытался что-то сказать. Он не кричал, как другие, несмотря на то, что куколки на его руке уже начали подпрыгивать.

Девочка встала и подошла к нему. Она вытащила кусок футболки изо рта мужчины.

— Челси, милая, — пробормотал папа. Понять его было тяжело, потому что он никак не мог отдышаться. — Девочка моя, пожалуйста… останови их.

Челси засмеялась.

— О, папа! Какой ты смешной.

— Нет, милая, я… не шучу.

Треугольники запрыгали сильнее, и на дальней стене задвигались причудливые тени. Лицо мужчины скривилось. Он заскрипел зубами.

— Скоро все закончится, папа.

Его глаза снова открылись и быстро заморгали. Он запыхтел так, как будто только что участвовал в длинном забеге.

— Челси… У тебя же есть власть над этими тварями. Ты можешь заставить их все прекратить… Заставь их… заткнуться.

Наконец, освободилась одна из личинок старика Сэма Коллинса. Она прыгнула вверх, описав дугу. Как здорово!

Приглушенные вопли стали громче.

— Челси! — кричал папа. — Я… не дурачусь. Останови их, иначе попадешь в беду.

Из его глаз сочились слезы. Нос был весь в соплях. Он задергался. Треугольники на его руке вот-вот собирались вылупиться.

— Папа, сам Бог желает, чтобы они вышли. Зачем мне их останавливать?

— Затем, что я умру, маленькая сучка! — Папа тяжело дышал. Его глаза то открывались, то закрывались. — Пожалуйста, Челси! О боже, как больно! Они кричат у меня в голове! Пожалуйста, останови их!

Одна из личинок папы, наконец, вышла на свободу. Он громко закричал. Наверное, просто не понимал, что это такое. Ведь очень скоро он окажется на небесах. Всякий, кто действительно верил, что окажется на небесах, должен быть просто счастлив умереть. Ведь чем дольше они жили, тем больше у них возможностей совершить какой-нибудь грех и потом оказаться в аду. Челси не понимала, почему люди молились Богу, чтобы остаться в живых. В этом не было никакого смысла.

Он с трудом вдохнул и хотел снова крикнуть, но девочке это надоело, и она опять запихнула ему в рот футболку.

— Я люблю тебя, папочка, — сказала она. — Передай Иисусу от меня привет.

Несколько секунд спустя папины крики прекратились.

Челси обошла вокруг, собрала маленьких личинок и запустила в машину. Она хотела убедиться, что им теперь тепло и ничто не угрожает.

Бернадетт кричала так, что изо рта то и дело вылетали капли крови. Толстые стенки капсулы приглушали вопли, но по настоянию Маргарет микрофоны комнаты передавали звуки без искажений.

Раз они обрекли Бернадетт Смит на смерть, Маргарет сделала все, чтобы никто не забывал об этом до последней секунды.

Здесь были Дью, Кларенс и Дэниел Чэпмен — с камерой высокого разрешения. Две камеры, встроенные в капсулу, тоже фиксировали весь процесс, но Дэн захватил еще одну на тот случай, если им понадобится отснять что-то особенное. Дью просила, чтобы Перри тоже пришел, но тот отказался.

Всего час назад Доуси рассказал Маргарет, что произойдет. Она не удивилась, что он не захотел участвовать.

— Итак, девять тридцать семь утра, — сказала Монтойя. — Треугольники начинают двигаться.

Она с ужасом наблюдала, как треугольники — теперь это уже были пирамидки с дюйм высотой — начали скакать вверх-вниз под кожей Бернадетт.

— Господи Иисусе, — проговорил Дью.

— Смотри и не вздумай отвернуться, — прошептала Маргарет.

Вопли Бернадетт стали громче.

Треугольники подскакивали все выше, растягивая кожу и разрывая ее. В местах разрывов брызнули маленькие кровяные фонтанчики.