Чтение онлайн

Что бы это он мог такое нести?

Присел Серёжка за кустом, наблюдает.

А Серёжка Спицин доволок тяжёлый мешок до воды, плюхнул его на песок и вывалил в реку… ка-ра-сей! И совсем маленьких, и побольше, и таких, что один как раз на целую сковороду.

«Да ты что, сдурел!» — чуть не крикнул Серёжка Кузнецов. Ему ещё никогда не приходилось столько карасей за одну рыбалку выуживать. А тут человек наловил мешок и валит в речку.

А этот чудак Серёжка Спицин вытряхнул мешок, рукой по лбу провёл — вытер пот — и по горячему песку — снова на бугор. Мелькнула его белобрысая голова в кустах и пропала.

Такое таинственное дело надо было разведать.

Серёжка Кузнецов хотел следом за Спициным пуститься, даже несколько шагов сделал. Потом одумался и решил сначала оморочку свою и удочки спрятать. И так удивительно, что Серёжка Спицин не обратил на них внимания.

Отъехал рыбак в сторону, вытянул лёгкую оморочку на берег в траву, а потом, пригибаясь, направился к бугру. На том бугре несколько дубов растёр да колючий боярышник. Залез Серёжка на бугор, огляделся. За бугром высокие кочки осокой поросли вороньё кружится, серая цапля на одной ноге стоит — задумалась, а Серёжка Спицин как пропал!

«Вот рыжий, куда он делся?!» — гадает Серёжка Кузнецов.

Постоял он так немного, на бурундука, что высунул нос из-под корней дуба, шикнул, слышит — опять кто-то пыхтит. Видит, вылезает из кочек его соперник и снова на горбушке мешок тащит.

Присел Серёжка за куст боярышника. А Спицин прошёл совсем рядом. Еле удержался Серёжка, чтобы не зарычать, — очень уж ему хотелось испугать Спицина.

Наблюдает Серёжка, что же будет дальше. А этот чудак с мешком подошёл к берегу, бултыхнул мешок прямо в воду и опять из него карасей вывалил. Вывалил так, будто это кирпичи какие, а не отличная рыба — мечта рыбацкая!

«Сдурел!» — окончательно решил Серёжка Кузнецов и даже немного испугался.

А Спицин помахал руками, видно затекли, когда мешок тащил, — и опять на бугор полез. Теперь уж Серёжка Кузнецов не спускал с него глаз. Серёжка Спицин с бугра — Серёжка Кузнецов за ним. По кочкарнику пришлось лезть, по осоке. Чтобы интереснее было, вообразил Сергей, что это он на охоте за медведем крадётся. Так и выбрался «охотник» к озерку.

Озерко это в большую воду с Речкой по кочкам соединяется. Но сейчас оно совсем высохло. Дно потрескалось, и только по середине озерка длинная лужа осталась. Вот в неё-то и забрёл со своим мешком Спицин. Из травы трудно было разглядеть, что он собирается делать, и Серёжка Кузнецов тогда на всякий случай крикнул:

— Рыбачишь, рыжий?

Обернулся Спицин и ничего не сказал.

Теперь можно было и не прятаться, и Серёжка осторожно подошёл к луже. А Спицин шарил руками в иле и, словно из садка, доставал карасей.

Понял тогда Серёжка Кузнецов, что в лужу рыба со всего высохшего озерка собралась, и припустил за ведёрком, что лежало в его оморочке. «Натаскаю я себе полную оморочку, — обрадовался он, — а если рыжий драться полезет — сдачи дам!»

Долго ли было сбегать за ведёрком? Вернулся Кузнецов и видит — ругается Серёжка Спицин с тёткой Кочерыгиной, к луже её не подпускает.

А тётка Кочерыгина на заимку ходила, картошку окучивать. Шла она тихо-мирно домой, глядь, а тут парнишка из озерка в мешок карасей швыряет. Даже обомлела тётка, огорчилась: «И как это я, дурёха, сама не догадалась в луже пошарить!» Потом юбку подоткнула, в лужу забрела и давай карасей, что покрупнее, на берег выкидывать. Одного кинула, двух кинула — мальчишка молчит, а как с десяток набросала, мальчишка и скажи:

— А не хватит ли тебе, тётка Кочерыгина?

Как взвилась тут тётка:

— Да что они, твои, караси-то? Да как ты можешь так взрослую женщину оскорблять? И чему вас только на геометриях этих в школе учат!

Но мальчишка всё же вытеснил её на берег.

Тут-то и прибежал Серёжка Кузнецов. Услышал спор и думает: «Ну и чудак этот рыжий! Жалко ему, что ли?» И, конечно, принял сторону тётки Кочерыгиной, хотя она была известная в посёлке спекулянтка. Вступился Серёжка Кузнецов за тётку, а Спицин говорит:

— Хватит с неё и тех, что она на берег выбросила. Пусти её, так она полную торбу набьёт — и айда на базар.

— А тебе не всё равно? — кричит Кочерыгина. — Хоть и на базар! Какой карасиный инспектор нашёлся!

— Отойди, рыжий, — разозлился и Серёжка. Кузнецов. — Пусти гражданку, а то сейчас как двину, — и ведром замахнулся.

Но Серёжка Спицин спокойно шагнул к нему, по ведру пальцами постучал, потом этими же пальцами по лбу Серёжки Кузнецова и говорит:

— Какой же ты рыбак, если не соображаешь, что карасей спасать надо. Их дня через два вороны клевать начнут.

К удивлению тётки Кочерыгиной, второй парнишка сразу перестал за неё заступаться и тут же сказал:

— И, правда, тётка, иди-ка домой. Тут дело рыбацкое.

Хотела тётка не слушать мальчишек и опять в лужу лезть, но они оба ей дорогу загородили. И ведь надо же — не пустили!

Собрала тётка в свою торбу пойманную рыбу и так жалостно просит:

— Касатики, пожалейте тётку, дайте ей ещё пяток карасиков.

Выбросил ей Серёжка не пять, а шесть карасей, и пошла тётка Кочерыгина своей дорогой, вслух ругая мальчишек. А себя-то уж она корила, корила: «И как это я, сердешная, первая в озерке не пошарила? Да я б тогда этих сорванцов и близко не подпустила — я нашла, и караси мои».

Подмигнул Серёжка Кузнецов своему врагу Серёжке Спицину, и оба они принялись молча вылавливать карасей. А когда набрали полный мешок, взглянул Серёжка Кузнецов на измазанного Серёжку Спицина, левый глаз прижмурил и говорит:

— А зря ты, Серёга, сегодня свои наглаженные брюки не надел: и мне было бы с кого пример брать и карасям приятно.

Хотел рассердиться Спицин, а потом раздумал и ответил:

— Я их обязательно надену, когда ты опять у нашего дома дохлыми карасями начнёшь хвастаться.