Чтение онлайн

. Чаще всего в последнее время Бригаду видели «в нумерах» — гостинице «Центральная» на Разгибе, как назывался район рынка. По месту, так сказать, рэкета.

Прихватив «кобру», Влад отправился к нему на «уедиенцию».

— Могу я узнать, в каком номере проживает ваш постоялец Геннадий Козин? — спросил он у администратора, задремавшего в кресле у давно потухшего голубого экрана.

Толстый красномордый дядька лет пятидесяти, вскормленный сырым мясом с базара, вылупил на него красные рачьи глазки:

— Хто-о?..

Пришлось повторить, в точности воспроизведя тот же текст и ту же интонацию.

— Не знаю такого!

Времени терять не хотелось, да и вестибюль нужно было пробить, пока туда не нагрянул кто-нибудь из «быков», поэтому

Влад решил видоизменить текст, хотя интонацию оставил прежней:

— Слушай, ты, падло жирное! Ты о последних ценах на мед-обслуживание что-нибудь слышал?.. А то ведь я сейчас сам в журнале найду, а нет — все «нумера» проверю.

Администратор уже достаточно проснулся, чтобы отличить настоящий юмор от будущей трагедии.

— В двести тридцатом, — проговорил обиженным голосом, и Влад готов был биться об заклад, что сегодня он уже больше не уснет.

По парадной лестнице он не пошел, решив, что в холле на втором этаже обязательно оставлен «филин» — отрабатывать дозу крэка. Но в этом-то он и ошибся: об угрозе с фасада, очевидно, должен был сообщить сам администратор, а «крутой качок», отсидевший в общей сложности суток двое за переход улицы на красный сигнал светофора, перекрывал грязную вонючую лестницу, под которой заезжие крестьяне оставляли до утра не проданные за день куриные потрошки.

Увидев Влада, обкурившийся «качок» расставил руки и приблатненным голосом поинтересовался:

— Куда это мы так торопимся?

Влад хотел популярно объяснить ему все с самого начала, но потом решил слов не тратить. Когда горе-цербер, стоявший на три ступеньки выше, склонился перед ним в благодарном поклоне, ударом кулака в рыхлое пузо Влад перебросил его через перила на ящики с потрошками и продолжил путь.

За дверью двести тридцатого слышались скрип немазаных пружин кровати и женские страдания. Не дожидаясь, пока Бригадир удовлетворит физиологические потребности базарной мадонны, Влад легонько ударил пяткой по двери, и та вылетела вместе с замком и ржавыми петлями.

Два обнаженных тела, синих от недоедания и лунного света, попадавшего в незашторенное окно, упали с кровати; послышался женский писк, мат отставного Бригадира и шлепанье босых ног, но длилось это не дольше двух секунд, потому что на третью Влад вынул «кобру» и приставил ко лбу торговки натуральным товаром:

— Боевая тревога, — объяснил ей как можно доходчивее. — Сорок пять секунд на окончательное и бесповоротное исчезновение. Время пошло! Гена, ты обещал заплатить этой девушке три рубля? Отдай, не скупись. Если не хватает — скажи, я добавлю.

Сорока пяти секунд не понадобилось — привыкшая жить в постоянной боевой готовности, блудная дочь полка оделась за двадцать.

— Даже не думай, — усевшись на кровать, перехватил направленный на подушку взгляд кайфоломщика.

Под подушкой оказался «ТТ». В обойме не хватало трех патронов, пять остальных Влад выбросил на пол. Рассовав по карманам «стволы», он поднял Бригадира за взмокшие от напряжения мысли волосы и первым же ударом сломал ему челюсть. Двести двадцать четыре грамма и шесть капель недопитой водки из бутылки на столе вылились в приоткрытый рот упавшего в глубокий обморок Бригадира, но тот пришел в себя прежде, чем захлебнуться.

— Вставай, поехали в банк! — приказал Влад.

Бригадир пошевелился, нащупал босой ногой пол, встал, придерживаясь за спинку расшатанной донельзя кровати, и промычал:

— В к-какой… еще… банк?..

— В тот, где деньги лежат. Которые были даны тебе на подкуп «серого». И еще столько же штрафа. Кажется, ты просил, чтобы я скачал с него штраф? За что, за конверт с «куклой»?.. Мы же не беспредельщики, Бригада. Это «мусора» могут отбирать то, что им не принадлежит по закону. А мы свой закон нарушать не имеем права, и когда-то на зоне тебя этому учили. Просто ты забыл, да?.. Вот я и пришел тебе напомнить.

Бригадир рычал от злости, шевелил сломанной челюстью, и Владу потребовалось замахнуться, чтобы он начал наконец просовывать в брючины худые, татуированные русалками ноги.

— Куда ты меня?.. я… нету!.. — застегивая ширинку, прошепелявил он.

— Найдем! Рубашку-то не забудь, а то «ленина» с «Марксом» простудишь, — кивнул Влад на наколки на его впалой груди.

Вышли спокойно, чтобы не привлекать внимания администратора и не беспокоить заблудших в ночи прохожих, но Влад слишком хорошо знал Бригадира, чтобы поверить в его покорность, поэтому перед тем, как усадить на заднее сиденье «девятки», стукнул рукояткой «ТТ» по макушке, вторично за последние десять минут отправив в аут.

За город он его не повез — и городской парк ночью был безлюдным, шпана и менты сюда не наведывались — боялись друг друга. Остановившись на полянке, он вытащил Бригадира из салона, привязал брючным ремнем к дереву, после чего полил бензином из заранее припасенной бутылки и присел на пенек покурить.

Бригадир пришел в себя, неожиданно быстро все понял, рванулся.

— Не дергайся, — посоветовал Влад. — Времени у тебя на то, чтобы дергаться, нету. Вот сейчас я докурю, а в какую сторону выброшу окурок — будет зависеть от тебя.

— Сука! — скривился Бригадир.

— И не сучи, плесень! Действую по твоему же методу. Задаю вопрос: кто убил таможенника?

Бригадир извивался ужом, тряс головой, но привязан был намертво; поняв, что сопротивление бесполезно, сник и обвис.

— Ты убил! Разве нет? — крикнул с вызовом.

— Времени все меньше, Бригадир, затяжки три-четыре осталось.

— Ладно!.. Была за тобой подстраховка. Ты ему по чердаку съездил и слинял как заяц. Оклемайся он — всех бы давно сдал, и тебя в том числе!