Чтение онлайн

На открытой площадке в глубине парка находилась деревянная возвышенность, которую по периметру подсвечивали голубые лампочки. На земли Приама стремительно наступала ночь, к девяти часам будет полный мрак и тело принесенной жертвы красиво запылает на радость зевакам.

В центре сцены деревянный столб, к которому привязывали жертву. Меня привязали.

Народ бешено вопил, наполняя ночь выкриками, свистел, предвкушая получить удовольствие от мести.

– Смерть Клеймённой!

Должно быть это отрада для людей. Мстят за многие годы, прожитые под гнетом Клеймённых. Да, мы ели их, да, использовали их в прошлые века. Ну что ж, я не обвиняю их. И отца не виню, каждый выживает, как может.

Зажмурилась с такой силой, что перед глазами появились черные точки. Руки сцеплены сзади вокруг столба. Дружная толпа подхватила цифры, отсчитывающие секунды до начала казни.

Прямо под ногами начинался толстый провод-шланг, ведущий вниз с помоста.

В последний момент открыла глаза чтобы увидеть, как из шланга вырвалась волна огня. Поднялась высоко и ударила в лицо, на секунду выбив дыхание.

Я рефлекторно закричала от чувства удушья. Свой огонь не сжигал, но искусственный я прежде не проверяла.

Через несколько секунд поняла, что боли нет, огонь не тронул, поэтому перестала кричать. Пламя ярко пылало на теле и одежде, футболка сгорала, стягивалась на груди. От одежды в ноздри ударял противный запах гари.

Сквозь красное пламя, жгущее зрачки, но не причиняющее вред, я рассмотрела две надвигающиеся черные тени Карателей, полностью скрытые одеждами. В их руках огромные гвозди сантиметров двадцать в длину. Острие орудия длинное и толстое. В другой руке у Карателей молоток или скорее кувалда. Один палач обошел со спины, второй -- спереди.

Я задохнулась, запаниковала. Забыла об этом. Не думала, что люди настолько жестоки, думала хватит и обычного сожжения. Наивно надеялась обмануть людей.

Я начала запоздало сражаться за жизнь, вырывалась из наручников, дергалась, вопила заглушая рев пламени, но народ Приама ликовал. И спокойно ждал завершающего этапа казни.

Я кричала пока острие гвоздя не направилось в горло. Тогда замолчала и смиренно выдохнула.

POV Илья

Под мордой камни, в нос забивалась пыль. Медленно оторвал лицо от горизонтальной поверхности, встряхнулся, как пес от крошки камней на голове. Музыка -- тяжелый рок раздавалась поблизости именно она разбудила -- это звук мобильного.

Присел, пытаясь понять где заснул, где отключился и какого черта еще не сдох и не висел на площади? От множественных ударов в голове жуткая какофония звуков, состоящая из барабанов, кувалд и бит по черепу. Звучало хуже похоронного марша. Да, когда уже сдохну-то? Только решишься благородно сдохнуть, и то помешают.

Перед глазами расплывался экран треснутого телефона, поэтому слепо ответил на вызов, спиной лег на пол, пальцами помассировал затекшие и опухшие после побоев веки.

– Да? – сам не узнал хриплый голос, будто кровь пузырилась в горле.

– Илюха!!! Диана на площади! У столба! Какого хрена она здесь? Скажи, что это твои выкрутасы!!!

– Кончай орать! Башка трещит! Какой столб? Какая Диана…Диана у столба? Сколько время? – отнял трубку и сквозь прищур и раздражение, зажмурив один глаз, увидел время -- «20:58».

Да ну на?

– Я не успею, - насколько мог быстро подорвался с пола. – Я напротив в здании Карателей. Ты где? – выбежал на выход. И ахренел.

Дорога и парк устланы черным полотном людей. Те скандировали кричалки с пожеланием Клеймённым сдохнуть. В темноте подсветка тысяч мобильников смотрелось, как множество горящих свечей на фоне темного людского полотна, словно на похоронах. Я еле разобрал сквозь шум пульса в ушах ответ, что Андрей в центре толпы перед помостом.

Опять отнял мобильник от уха и увидел страшную цифру и время «21:00». Картина перед глазами поплыла. Долго не мог соображать и говорить.

А потом закричал в телефон:

– Бегом на помост! Я не успею! Андрей, гвозди давно забивал в доме!?

– Что?.. – вместе с вопросом из трубки доносился гул толпы, возбужденной зрелищем. И пришлось орать в телефон, пытаться перекричать народ, расстояние между нами и надеяться, что он услышит:

– Бегом! Вдвоем с кем-нибудь на помост вбивать молотком гвозди. Смотри, …умоляю промахнись!

Мысленно клялся всех порешить, разодрать каждому человеку в этой толпе глотки, рты и языки, которыми проклинали Диану. Кишки вручную выдрать из тела, вот этой рукой! Сил хватило на трансформацию правой руки, которой разгребал путь к Диане, глядя на экраны на электрических столбах, где транслировалось видео с испуганной Дианой. С виду кажется, что всё выдержит, но внутри она -- слабая, маленькая девочка и ей необходима опора и поддержка.

Диану приковали наручникам к столбу, до боли сжали запястья. Она морщилась. И отметил по ее лицу, как ей страшно, никто не видел, а мне хотелось убить всех за ее страх. Утопить Приам и его жителей в крови. Она не должна бояться, не заслужила.

– Андрей! – закричал, но из горла лишь хриплый выкрик, который потонул в людской эйфории жестокости.

Добежал до толпы и, растолкав людей, остановился возле помоста. Как раз в это время показалось мое сердце вместе с Дианой вспыхнуло огнем и сгорело до угольков. Уничтожилось до несчастных пылинок. А ее крик вместе с ознобом пробрал до костей.

Двое Карателей в резиновых перчатках с приготовленными кольями приблизились к столбу. По очереди вбили гвозди один -- спереди в девичье горло, а второй – сзади сквозь столб в позвонок на шее.

От стука молотка по железному гвоздю руки похолодели, тепло испарилось из тела и растворилось в ночном воздухе.

Крик Дианы прекратился. Наступила тишина, не считая потрескивающего пламени, а затем девичья голова покорно склонилась. Как отрубленная. Я замер с сжатыми кулаками в карманах.

Будто меня сейчас казнили. Трясло, как от лихорадки от одной мысли, что ее больше нет. Не увижу ее лицо, не услышу тонкий голос.

Весь округ умою в крови, затоплю в ненависти и всех до одного жителя порублю на куски. Людей заставлю плакать кровавыми слезами и молить о пощаде. Если они посмели сделать это…если казнь свершилась…