Чтение онлайн

Джон и Розмари сняли передники, сходили за метлой и за котлом, попрощались с хозяевами. На чай у них не оставалось времени, так что мисс Флорри дала им с собой огромный пакет с пирогами, чтобы дети могли перекусить в автобусе. Пакет положили в котел.

— До свидания, мисс Мэгги! Сложите всю посуду вместе, и ее заберут. До свидания, мисс Флорри! — и после того, как сестры ответили дружным кивком, дети с котлом в руках сели в автобус на Хайстрит, а сзади семенил Карбонель.

Розмари глубоко вздохнула.

— Что ж, нам это удалось!

— Действительно, но я больше не могу видеть полотенца, — сказал Джон, — а ты хорошо устроился, — обратился он к коту.

— Я делал, что мог, — с достоинством ответил Карбонель, — я очищал кувшины из-под молока, до тех пор, пока не был уже настолько сыт, что не мог облизать даже ложки с мороженым.

— Что за чудеса! — воскликнула миссис Браун вечером.

Они с Розмари закончили ужинать, и мама читала вечернюю газету, которую купила по дороге домой. — Ты только послушай:

— Вы видели посуду Уилкинсона, когда были с Джоном в музее утром?

Розмари кивнула и честно ответила:

— Все было в порядке, когда мы там были.

По дороге домой из «Медного Чайника» Джон и Розмари обсудили планы на будущее. Метла и котел уже были у них, а шляпу, как они надеялись, им одолжат по первой просьбе. Теперь надо было найти миссис Кантрип и убедить ее открыть им слова Молчаливого Заклинания, которое может освободить Карбонеля окончательно и бесповоротно. Это можно было сделать не раньше, чем через три дня, когда им опять разрешат самим распоряжаться своим временем. Три дня пролетели незаметно в играх в Туссоке. Только Карбонель постоянно их поторапливал. С каждым днем он становился все беспокойнее и, по правде говоря, все придирчивее. По вечерам Розмари сидела у окна и с интересом наблюдала за кошачьей жизнью, которая потихоньку протекала на садовых оградах, на свинцовых и шиферных крышах.

Она не отрываясь смотрела на печные трубы и крыши, некоторые с пологим, некоторые с крутым скатом, то там, то здесь виднелись башни и небольшие возвышения. Розмари смотрела туда, и вскоре полуосвещенные грубые линии свинцовых покрытий и кирпичей, казалось, смягчались и становились волнистыми, как настоящие холмы и долины. Вечерний дым, поднимающийся из печных труб, таинственно обвивался вокруг них. Карбонель сидел рядом на подоконнике, издавая странные кошачьи звуки до тех пор, пока Розмари не уходила спать. Тогда он потихоньку выскальзывал в окно и отправлялся по своим делам.

На четвертый день после приключения с котлом, Джон приехал за Розмари, они собрали бутерброды и отправились в путь.

— Знаешь, — сказала Розмари, когда они шли к автобусной остановке, — меня раньше не особенно заботили проблемы котов. Я думала о том, как освободить Карбонеля, потому что он такой милашка.

— Довольно сварливая милашка, если тебя интересует мое мнение, — ответил Джон.

— Но неужели ты не понимаешь, он просто слишком беспокоится о своем народе. Для него, должно быть, ужасно видеть, как угнетают его бедных подданных. Я не удивлюсь, если окажется, что все великие были довольно брюзгливыми типами, я говорю о таких людях, как Наполеон или Карл Второй. Просто об этом не пишут в книгах по истории.

Карбонель обернулся, во все время разговора он прохаживался вокруг детей. Розмари думала, что кот слишком далеко, чтобы их слышать, но она ошибалась. Тем не менее, его не очень обидело сравнение с Наполеоном и Карлом II.

— Я думаю, нам стоит снова поехать на рынок, — предложила Розмари.

— Кажется, именно там происходят все основные события, правда? — сказал Джон.

— Я уверен, что мы найдем ЕЕ там, — сказал Карбонель. Дети взяли метлу с собой, и поэтому могли говорить с Карбонелем. — Как бы то ни было, она бы не продала метлу, пока не нашла места, где обосноваться. Тут дело нечисто.

Они выехали позже, чем в прошлый раз, и на улицах было много народу. Экспедиция началась неудачно. Из-за плохой погоды миссис Пэндэлбери Паркер не хотела отпускать их на целый день, пришлось ее уговаривать.

На автобусной остановке стояла очередь, а у кондуктора болела голова. Не то чтобы он говорил кому-нибудь об этом, но он был сердит на весь мир и, увидев Карбонеля, забиравшегося в автобус вслед за детьми, воскликнул:

— Эй вы, никаких котов наверху. Что вам тут, Ноев Ковчег?

И, к неудовольствию детей, он схватил Карбонеля за шкирку и вышвырнул на тротуар. У Розмари и Джона не было времени выбраться из автобуса вслед за ним. Пока автобус набирал скорость, дети смотрели на кота, весьма разгневанного поведением кондуктора. Казалось, ничего нельзя сделать, оставалось действовать дальше по плану.

— Как-то мне не хочется встречаться с миссис Кантрип без Карбонеля, — озабоченно сказала Розмари.

— Да, меня тоже не очень радует встреча с ней. Но в любом случае сильно переживать я не буду, — сказал Джон весело. — У нас нет никакой зацепки, чтобы продолжать поиски. Кроме всего прочего она стала самой обычной старушкой. Ты сама сказала, что она отошла от дел.

Розмари ничего не ответила. Джон всегда сразу схватывал самую суть дела.

— Вот что я тебе скажу, — продолжил Джон, когда они выбрались из автобуса, — почему бы нам не вызвать его заклинанием? В конце концов, именно Карбонель впутал нас во все это, думаю, он не будет возражать.

— Наверное, я могла бы. На этот раз тут серьезное дело, а не спектакль.

— Конечно, серьезное. Кроме того, ты же его хозяйка, в конце-то концов.

Они нашли тихое местечко, между двумя машинами на стоянке рядом с рынком, и Розмари, закрыв глаза, произнесла заклинание: