Чтение онлайн

Она очень тихо произнесла:

— Это был дядя моего мужа, Оливер Грей.

Врач ничего не сказала, ожидая, в своей манере, продолжения.

Итак, она это сделала, оставила свой отпечаток, свою метку. И Кэти Лайл может сделать с этим все, что пожелает. И даже если она ничего не сделает, понимала Салли, всегда будут другие, кто ехал по той дороге и случайно, многие годы спустя, вспомнит, что видел там ее. Или чье-то невинное, случайное замечание, несколько слов, сказанных даже ею самой… Она никогда не будет в безопасности, никогда не почувствует себя свободной.

— Да, тот мужчина, которого… который умер на прошлой неделе. Невероятное совпадение. Одно не имеет отношения к другому, — быстро добавила Салли и тут же поняла, что совершила глупость, очень большую глупость.

— А я и не думаю, что имеет, — сказала доктор Лайл.

— Нет, конечно, нет.

«Хуже и хуже. Я погибла», — подумала Салли.

— Доктор, почему Тина не сказала мне ничего, а вам все с готовностью рассказала?

— Во-первых, она рассказала не с готовностью. Когда кое-что прорвалось во время ее игры, я ухватилась за догадку и пошла от нее. Во-вторых, она не сказала вам, потому что боялась, что вы ее накажете.

— Но мы не наказываем своих детей. Как раз наоборот.

— Тина очень умный ребенок. Вы говорили ей, чтобы она не позволяла никому трогать себя, а она — по крайней мере мысленно — ослушалась вас. Кроме того, вы сами сказали, что ее запугивали, а также подкупили серебряной каруселью. Все не так просто, миссис Грей.

«Да нет, просто, — подумала Салли. — Это длинный, прямой, темный туннель, в конце которого нет света. Вот что это такое».

— Вы спросили Тину, вернется ли она ко мне?

— Вернется. Если бы вы были мужчиной, я почти уверена, что она отказалась бы, но когда я спросила, пойдет ли она играть к даме, она согласилась. Доктор Лайл, скажите мне, она когда-нибудь преодолеет это? — Голос ее задрожал.

— Она не забудет, но она может научиться, как с этим жить, а когда станет достаточно взрослой, поймет это.

— Как я заметила, вы ничего не сказали о прощении.

— Тут мы с вами попадаем в мир духовного, — улыбнулась Кэти Лайл, — а я не священник. Я только могу попытаться вылечить ее.

— Вы действительно считаете, что Тина, когда вырастет, сможет стать счастливой и… и такой же, как все люди?

Врач снова улыбнулась:

— Да, я уверена.

«Моя маленькая Тина! Я сделаю для тебя все, что в моих силах».

По дороге домой, когда Салли проезжала мимо кладбища, где покоился Оливер Грей, она подняла кулак.

— Я не хотела этого, но сделала, и ты это заслужил, Оливер Грей!

Несколько ночей подряд Салли мучили кошмары. Во сне она видела высокую крепость-тюрьму на горе и понимала, что ей показывают ее будущее. Настало время рассказать все Дэну. Она начнет с истории Аманды и перейдет к Тининой и собственной.

— Сегодня я виделась с доктором Лайл, — начала она. — Ты помнишь, мы сошлись на начале года.

— Да, помню. Хорошо. — Дэн, нахмурясь, вгляделся в ее лицо. — Бедная Сэл! Одно к одному: сначала Тина, теперь Оливер. Как жаль, что я не могу увезти тебя куда-нибудь на море, чтобы ты лежала на пляже и ничего не делала.

— Выведи меня на прогулку по снегу. Мне нужно с тобой поговорить.

Снег плотной коркой лежал под ногами, в небе сверкали звезды. Не было ни машин, ни других гуляющих, и ночь была такой тихой и чистой, что заговорить о том, что она должна была сказать, казалось актом вандализма. Тем не менее надо это сделать. И она начала:

— Когда Аманда переехала жить в «Боярышник»…

Дэн выслушал ее до конца, не перебивая.

— После ее отъезда погибла Люсиль. Аманда считает, что она покончила с собой.

— Даже так?

— Да.

— Ну что ж, сказать тебе, что я думаю? Я думаю, она совсем спятила. Она всегда была с причудами. Я так считал с тех пор, как стал достаточно взрослым, чтобы судить об этом. С причудами. Неуравновешенная.

— Но неужели ты не видишь, что для этого была причина?

Он остановился и повернулся к Салли.

— Нет, совершенно не вижу. Это просто еще одна состряпанная история. — Он со злостью пнул сугроб на обочине. — Мы уже об этом говорили, когда Тина впервые виделась с той женщиной. Но все это определенно выдумка, и я уверен, что знаю зачем.

Салли хотелось бы, чтобы он не называл доктора Лайл «та женщина», но сейчас нужно было обсудить более важные вопросы.

— Дэн, это не выдумки. Я присутствовала при этом. Если бы ты видел лицо Аманды и как она плакала! Она была сломлена.

— Я тоже сломлен, когда думаю про Оливера. Ему было немногим за шестьдесят, сколько всего он еще мог сделать! Не собираюсь сочувствовать своей сестре. Ее рассказ — полное сумасшествие, Салли, и я поражен, что ты ей поверила. Да Аманда просто хотела навредить Оливеру. Проклятие! — Он снова пнул снег. — Пусть потерпит еще немного, потому что, как только мы продадим лес, она получит свои деньги.

— Жаль, что ты мне не веришь, Дэн.

— Возможно ли, — сердито спросил он, — чтобы Аманда поехала от тебя в Ред-Хилл? — Потом, увидев ужас на лице жены, поправился: — Нет, я забыл, что уже спрашивал тебя об этом, и это такое же безумие, как и история Аманды. Пойдем домой. Я замерз.

Как легко он от нее отмахнулся! Однако она не могла его винить. Если бы кто-нибудь сказал ей, что ее отец… это было бы немыслимо.

Вскоре она предпримет новую попытку, расскажет другую часть, худшую. Но не сейчас. Сейчас ей нужно несколько часов сна, полного забытья. Если только крепость-тюрьма на горе снова не замаячит во сне…

Февраль 1991 года

Аманда соскочила с сиденья канатной дороги на самом верху горы Ноб-Хилл. Воздух, в котором уже чувствовалось дыхание весны, ласкал ее лицо, и возвращаться домой совсем не хотелось. В маленьком парке, где все еще играли дети, она присела на скамейку. Аманду охватило чувство необычайной легкости, пока она наблюдала за детьми.