Чтение онлайн

Там рядком, очень аккуратно, прижавшись друг к дружке, стояли три пары детских кроссовок. Две пары мальчиковых и одна – девочки. Размеры были разные…

Он долго смотрел на снимок. Очень долго, не понимая, что теперь делать.

Потом проморгался, резко встал и зашагал варить овсяную кашу.

Ноябрь 2022

Кашемировое пальто

Рассказ

Владислав не любил своё имя.

То ли дело – Владлен. На переговорах с нужными людьми или в общении с незнакомыми женщинами он так и представлялся: Владлен! Родителей он потерял. Но досада выжигала. Зачем его так назвали?

Владлена раздражало всё. И глупые старушки перед подъездом, и дворник, посыпающий солью ледяную брусчатку у дома, не обращая внимания на его дорогие ботинки на кожаной подошве, и сама эта брусчатка, выложенная неровно. Его раздражали даже воробьи на голых ветках сирени во дворе.

Сегодня он шёл на работу вдоль своего дома. Ему встретилась девочка. Обычная девочка лет пяти. С бабушкой. Этих девочку с бабушкой Владлен знал хорошо по отвратительной мелкой вечно дрожащей собаке, которую эти двое нарочно выгуливали каждое утро. У собаки были глупые выпуклые глаза и жидкий загнутый хвост. Владлен почувствовал злую радость от вида этого замёрзшего животного.

Но мысли его сейчас были прерваны звуком скрипящих по льду шипов автомобиля. Автомобиль пытался, но, видимо, не мог остановиться. Владлен обернулся. Машина медленно надвигалась на эту лупоглазую собаку. Та пыталась убежать, но попала в колею, упала на бок и глупо дергала тонкими ножками в дурацких собачьих ботиночках.

Всё это было пошло, как в плохом фильме. И истошный визг девочки. И бабушка, из последних сил удерживающая её за шарф. И собака с испуганными глазами. И большой тяжёлый автомобиль.

Он не понял, зачем это сделал. Тем более что на нём было это дорогое кашемировое пальто, которое надевалось, только когда он шёл на переговоры к важным заказчикам.

Рукав пальто, конечно треснул, когда в падении он резко отбросил собаку из-под машины. Сам успел ловко перевернуться на спину, ухватиться за бампер голыми пальцами и, пока машина останавливалась, проехаться на дорогом кашемире ещё метров пять…

Владлен не стал слушать водителя, он только бросил взгляд на испуганную старушку и девчонку, у которой тряслись плечи. Собака вообще вызывала отвращение. Он твёрдо решил не возвращаться домой. И как есть, с порванным рукавом, пошёл на работу.

К заказчикам Владлен, конечно, не поехал. Припарковал машину возле работы. Вышел. Сейчас ему предстоит преодолеть самое гадкое. К офису вела отвратительная, вечно прокуренная лестница. Эта лестница была ежедневной пыткой. Спортом Владлен не занимался. Не из-за лени. Ему было неприятно прикасаться к металлическим спортивным снарядам. Некоторые были влажные от чьих-то рук. Поэтому три этажа до офиса давались тяжело. Ещё этот запах и вечно закрытые окна.

Лестница была бесконечной. Странно, но никого не было. Он дошёл до второго этажа и почувствовал неприятную тяжесть в середине груди. Ещё два шага, и нечеловеческая боль в сердце заставила его закричать…

Когда Владлен очнулся и поднялся, первым делом он снял и бережно положил на подоконник кашемировое пальто. Осмотрел. Рукав можно было подшить. Зачем-то проверил свои ботинки. Странно, но боли он не чувствовал. Через минуту Владлен двинулся дальше. Весь пропахший сигаретным дымом, дёрнул ручку третьего этажа. Дверь была закрыта. Удивившись, он спустился ниже. Второй этаж был закрыт тоже. Злость копилась в районе солнечного сплетения каким-то липким холодным комком. Владлен спустился на первый. Но и там непрозрачная дверь на улицу была закрыта. Полная тишина. Белые грязные стены. Закрытые двери. Отвратительный запах. Он бы заплакал, но ему не позволяла гордость. Владлен снова двинулся вверх…

Сегодня, как обычно, девочка вместе с бабушкой выгуливала собачку. Было тепло. Девочка перешла во второй класс, а бабушка постарела. Воскресенье, и девочка обещала бабушке пойти с ней в храм. В церкви девочке было скучно. Правда, можно следить, как горят свечи. Особенно те, которые стоят неровно. Девочке казалось, что они провинились и всё время плачут.

Она вспомнила того дядю, который спас её собачку, и спросила о нём бабушку. Бабушка вздохнула и сказала, что соседки по подъезду ещё тогда сообщили, что он умер. В тот же день или, может, позже. Но где-то в это время. Бабушка покачала головой и сказала: «Такой молодой, высокий, красивый».

Девочка не заплакала. Она не понимала, почему не заплакала, хотя ей было очень жалко этого молодого дядю. В храме сидя на лавочке, девочка стала припоминать, что за умерших надо ставить свечки не на круглый, а на квадратный такой подсвечник. Но старушки в храме детей к нему не подпускали. Злились. Батюшка таких старушек в шутку называл православными ведьмами.

Девочка увидела, что никого рядом нет, распрямила свою тоненькую, растаявшую в ладошке свечку и быстро понесла её к квадратному подсвечнику в углу: «Только бы успеть!»

Боковым зрением увидела старушку, которая засеменила к ней. Девочка зажгла свечку и, не обращая внимания на жар от других горящих свечей, поставила свою поближе к Распятию. Очень тихо и быстро-быстро заговорила: «Милый боженька, сделай так, чтобы этому дяде было там у тебя очень хорошо. Потому что он очень добрый и любит мою собачку. И пальто. Пусть у него будет всегда его красивое пальто. И рукав пришит».

Уже довольно долго, не испытывая ни голода, ни жажды, ни боли, никого не встречая, Владлен машинально ходил с первого по третий этаж душной прокуренной лестницы и дергал закрытые двери. Его постепенно заливало безразличие. Он перестал следить за временем. Наручные дешёвые часы, которые раньше прятал на переговорах, исправно показывали время. Здесь поначалу Владлен часами дорожил. Теперь же часы валялись на полу.

В первое время злость просто душила его. Найдя под батареей какую-то железку, он обрадовался. Весь первый месяц посвятил двери третьего этажа, замок которой казался самым простым. Наконец Владлен справился с задачей. Надавив на ручку, дёрнул. Дверь не открылась. Будучи неглупым, попыток с замками больше не совершал и следующие три месяца пролежал на полу в пальто, глядя то на жёлтое ржавое пятно на потолке, то на сухую муху в углу. До мухи он ни разу не дотронулся и не заговорил с ней. Владлен не выносил быть навязчивым.