Чтение онлайн

Однажды некий поселянин пришел в монастырь, желая увидеть все собственными глазами и получить благословение Сергия, который в этот момент копался в огороде.

Монахи велели поселянину ждать, однако тот не выдержал и решил через дыру в заборе посмотреть на великого старца. Увидев невысокого инока в ветхой рясе, орудующего лопатой и напевающего при этом псалмы, крестьянин решил, что над ним просто подшутили и вместо игумена указали на последнего из монастырских послушников. «Я пришел видеть пророка, а вы мне сироту указываете», — упрекнул он монахов.

Когда Сергий узнал о приходе посетителя, то подошел к нему и, несмотря на недовольство поселянина, низко поклонился, по-братски расцеловал его и усадил рядом с собой на скамью. Крестьянин, не догадываясь о сане Сергия, стал жаловаться на братиев, которые смеются над ним и не хотят допустить к игумену.

Их разговор прервало появление некоего князя, желавшего получить благословение. Сергий вышел ему навстречу. Потрясенный крестьянин увидел, как его недавний собеседник, даже не переодевшись, ведет беседу с приехавшим. А поодаль застыли дюжие княжеские телохранители.

После отъезда князя крестьянин вновь подошел к Сергию и попросил прощения за допущенную оплошность. «Ныне познал истину о тебе, — сказал он игумену, — что слышал, то и видел».

В 1365 году митрополит Алексий, стоявший за спиной малолетнего князя Дмитрия Ивановича (будущего Донского), послал Сергия Радонежского в Нижний Новгород, чтобы тот призвал местного правителя Бориса Константиновича прекратить распрю со старшим братом, вернуть ему город и признать верховную власть великого князя Московского.

«Честь свою никому не отдам!» — ответил тот Сергию.

Игумен ушел, не благословив князя. Он потер — пел поражение в своей дипломатической миссии, но жалел своего победителя, твердо зная, что победа принесет ему только зло.

И в этом Сергий не ошибся. В конце жизни Борис Константинович выпьет до дна полную чашу унижений. Преданный своими боярами, он будет схвачен московскими воеводами и сослан в заточение в самый дальний уголок своих бывших владений, где вскоре и умрет, а дети его будут скитаться по лесам и пустыням.

Рассказы о «чудесах» Сергия, его видениях и предсказаниях стремительно распространились по всей Московской Руси. Однако сам он не хотел славы чудотворца и провидца, боялся ее тяжести. Он строго запрещал троицким монахам рассказывать посторонним о разного рода «чудесных» происшествиях и знамениях, являющихся в обители. Впрочем, уйти от мирской суеты не удавалось, люди шли к нему со всех сторон. Мог ли он отказать им в помощи?

Когда митрополит Алексий почувствовал близкую кончину, то решил, что именно Сергий Радонежский должен стать его преемником. Он вызвал его в Москву, желая сначала возвести троицкого игумена в епископский сан, а потом наречь своим наследником. Однако Сергий, провидевший, в чем состоит его предназначение, отказался наотрез. Он был пророком (в библейском понимании этого слова) и был строителем новой духовности, духовности будущего,

В начале 1380 года Сергий Радонежский имел самое знаменитое свое видение. В его келью на Маковце снизошла сама Богородица. Причем увидел он ее не духовным зрением, а воочию, наяву.

Весть об этом происшествии быстро разнеслась по Руси. В ту эпоху событие такого рода имело огромное общественное значение. Оно укрепляло веру в небесное покровительство Московской земле, а для самого Сергия стало, конечно, вершиной его земной жизни, его озарений.

Куликовская битва, состоявшаяся в сентябре этого же года, полностью доказала правоту выводов и предвидений Сергия.

25 сентября 1392 года великий старец отошел в мир иной. Известие о его смерти распространилось молниеносно, в монастырь хлынули толпы людей, включая князей и бояр из самой Москвы.

Летописец сообщил о его кончине в таких словах: «…Преставился преподобный игумен Сергий, святый старец, чудный, добрый, тихии, кроткыи, смиреныи, просто реши и не умею его житиа сказати, ни написати. Но токмо велич, прежде его нашей земли такого не бывало… всеми человекы любим бысть честнаго ряди житиа его, иже бысть пастух не токмо своему стаду, но всей Русской земли нашей учитель и наставник».

Так уж повелось на Руси, что пророками и предсказателями у нас были либо святые угодники, либо кликуши и юродивые, многие из которых, впрочем, тоже впоследствии были причислены к лику святых. Подобное произошло и с первым русским юродивым святым Прокопием Устюжским.

Прокопий был богатым иностранным купцом, торговавшим в Новгороде. «Пленившись», как сказано в летописи, учением Православной церкви, он отрекся от католичества, раздал все свое немалое состояние беднякам и, пробыв какое-то время в Ху-тынском монастыре, отправился в Великий Устюг, где вступил на тяжкий путь юродства, терпеливо снося всевозможные лишения и унижения.

Он обладал даром провидца, предсказывая различные события в жизни людей и толкуя небесные знамения. Умер Прокопий в 1285 году, приобретя под конец жизни большое уважение устюжан как своею праведностью, так и чудесным избавлением города от каменного дождя, который разразился по горячей молитве юродивого не над Устюгом, а в двадцати верстах от него.

Во время жизни Прокопия имело место и явление в Костроме чудотворной иконы Божией Матери, именуемой Федоровской, которой впоследствии был благословен на царство первый из Романовых — Михаил Федорович.

Знаменитым юродивым XV века был житель Новгорода блаженный Михаил Клопский, обладавший даром провидения и чудотворения. Он смело обличал Дмитрия Шемяку в его злодеяниях и предсказал его смерть.

В 1440 году, встретив новгородского владыку Евфимия, сказал ему: «А сегодня большая радость в Москве. У великого князя (Василия Темного) родился сын, которому дали имя Иоанн. Разрушит он обычаи Новгородской Земли и принесет гибель нашему городу».

Предсказание это сбылось.

Во времена Ивана Грозного в Москве жил знаменитый юродивый и ясновидец Василий Блаженный, чьим именем назван храм Покрова, расположенный рядом с Кремлем и Красной площадью. Сам царь с величайшим уважением относился к Василию, который всегда говорил ему правду в глаза.