Чтение онлайн

Девушка лежала и думала обо всём на свете. Как восприняли её похищение родители? А Игорий? Что думают сёстры? Как теперь смогут определиться в жизни младшенькие? Она с нетерпением ждала встречи с исчезнувшей старшей сестрой. Между Тилли и Касси было меньше года разницы и девочки были наиболее близки меджу собой. Как же летом её искали всем городом! Сын главы двое суток не спал. Прекратили поиски только, когда нашли косынку на обрыве и многие были уверены, что она утопилась, чтобы не выходить замуж за кузнеца. На прощальной службе в храме сын главы был очень печальный. Тилли тогда подумала, что Касси ему нравилась. В пути девушка пыталась расспрашивать о сестре оборотня, но Фарэс ласково ответил ей, что Касси сама о себе расскажет лучше, чем он. Единственное, что Тилли сразу требовательно выяснила для себя - сестра не была женщиной Фарэса, хоть и жила в его доме, а, значит, она, Тилли, не переходила ей дорогу, то есть не была соперницей.

– Теперь - ты моя единственная женщина, Тилли, пока смерть не разлучит нас, - уверенно убеждал её Фарэс, с любовью поправляя сдвинувшуюся шкуру, прикрывая от мороза показавшуюся маленькую ножку.

Тилли слабо в это верила, но слушать было очень приятно.

На Гостином дворе наёмники оставили в лавке своего торговца благополучно доставленный товар и забрали расчёт за двухнедельную поездку.

Тилли во время пересчёта и разгрузки ящиков и мешков смирно сидела в уголке на диванчике для самых важных покупателей. Она с любопытством осматривалась в лавке оружейника и сравнивала её обустройство и разнообразие товаров с похожей торговой точкой на базаре в её родном городке. У оборотней всё было солиднее и разнообразнее. И сам Гостиный двор поражал удобством и красотой.

Потом Фарэс ненадолго выбежал и принёс девушке мягкие сапожки и пушистую белую шубку. Сапожки были хороши, но шубка… Тилли никогда даже не мечтала о такой! Пока они с оборотнем шли мимо других лавок она даже на некоторое время совершенно позабыла о своих болях, поглаживая ладошками мягкий мех.

По дороге Фарэс встретил своих знакомых из Речного селения. Расторговавшись, они, как раз, собирались обратно.

– Завтра или послезавтра отбываем. Может, вернёшься с нами?
– спрашивали они у Фарэса.

– Да, нет! Я уже купил себе небольшой домик здесь, в столице, на самой окраине, правда. Зато нашёл неплохую работу, а это - моя наложница, человечка, - рассказывал сородичам Фарэс, обнимая смущённую Тилли.

Девушку слово «наложница» покоробило. Она загрустила, даже перестала радоваться шубке. Снова заболел низ живота. Некоторое время девушка шла, став очень молчаливой, а потом Фарэс заметил слёзы у неё на глазах.

– Лапушка моя, тебе снова больно? – воскликнул он и сразу подхватил её на руки.

Вскоре, оборотень с девушкой ехали в наёмном экипаже. Фарэс держал Тилли на руках и выспрашивал где именно, и как сильно, болит. Девушка сначала, насупившись, молчала. Наконец, она не выдержала и решила высказаться. Тоненький голосок Тилли звенел от обиды и слёз.

– У тебя … ты говорил, что только я… что единственная…, а я для тебя – наложница! Не хочу быть тебе наложницей, понятно!

– А кем? – растерялся Фарэс.

– Женой, - обнаглела, в запальчивости, Тилли.

– Но, лапушка моя, оборотни женятся только после рождения ребёнка. Это – многовековой закон страны двуликих. А до тех пор, у них любимые женщины - наложницы, одна или несколько, смотря сколько мужчина хочет и может себе позволить, - пояснил Фарэс.

– А у тебя?

– У меня до сих пор не было наложниц, потому, что не было любимых. Так, случайные волчицы…Ты будешь первой и единственной моей наложницей, пока жива. – торжественно пообещал ей Фарэс.

– Ладно. Тогда, раз такой закон, я рожу тебе ребёнка, и ты сразу женишься на мне, хорошо?
– успокаиваясь спросила Тилли.

– Конечно! – мгновенно согласился Фарэс, даже не надеясь на это.

Только зачем сейчас девочку пояснениями, что такое чудо почти невозможно, расстраивать? Пусть его лапушка пока понадеется и успокоится. Фарэс решил, что потом, выберет момент и всё ей объяснит.

– Смотри, кого я тебе привёз! Касси! – весело закричал Фарэс с порога.

На его руках уютно устроилась Тилли. Она с нетерпением ждала встречи с сестрой, поэтому вывернулась из рук мужчины и поторопилась в комнаты.

– Касия! Касси! Ты где? Это я – Тилли! – звала девушка, заглядывая в комнаты.

На кухне в углу сидела, сжавшись, немолодая худенькая женщина. Её глаза были красными от слёз.

– Где Касси? – грозно прогремел за спиной Тилли голос Фарэса.

Она ни разу не слышала такой его тон, поэтому так же, как женщина, сжалась от страха. Фарэс заметил это и обнял девушку, прижимая к себе.

– Ш-ш-ш, ну ты чего, Тилли? – успокаивающе погладил он её спину и спросил рабыню уже намного тише. – Где твоя госпожа?

– Она вчера пожелала прогуляться в Человеческий квартал. Там её схватил и увёз к себе какой-то господин Торэс,- дрожащим голосом доложила служанка.

– Что? – вскричал Фарэс.

Он хотел сразу бежать в квартал и выяснять, что это за Торэс, и по какому праву этот наглый оборотень увёз и удерживает у себя беременную самку Степного клана! Но наступил уже поздний вечер и было понятно, что все разбирательства стоит отложить до утра. Тем более, Фарэс знал, что ни один оборотень не причинит вреда женщине, которая носит ребёнка.

В это самое время, Чингар едва нашёл возницу, который будет везти его всю ночь. Он настолько загнал себя, что еле-еле смог самостоятельно взобраться в повозку. Зато, перед столицей - это последняя часть пути. Если Богиня будет милостива, утром он проснётся в главном городе двуликих. Регенерация сделает своё дело и Чингар уверенно рассчитывал, что к утру будет свеж и полон сил, чтобы разыскивать Фарэса и, возможно, живую подарочную человечку. Под скрип колёс, он уснул с надеждой.

Глава 21.

Торговец оружием, Валес, прибежал к дому глубокой ночью. Его волк рвался к человеческой женщине, только что ставшей его наложницей. Две недели деловой поездки нежданно оказались для оборотня настоящей пыткой и постоянной борьбой с невыносимым желанием сорваться и бежать домой.

Торговец недоумевал. Он постоянно вёл дела с людьми, и далеко не впервые в его доме оказалась человечка. У Валеса постоянно были наложницы: и волчицы, и рабыни. Случалось, к некоторым самкам он довольно сильно привязывался. Однако постепенное увядание весьма любимой наложницы на его глазах медленно убивало сначала мужское желание, а потом и все остальные тёплые чувства к ней, как к женщине.