Катарсис
Шрифт:
— Это серьезное решение, но спорить с ним мы не в праве, ибо сам Создатель его принял. — Задумчиво произнес Рагуил… — Я считаю, что приговор справедлив. Он вполне соответствует их деяниям.
— Вот именно. — Улыбнулся Самаэль. — И еще кое что, Эдем отныне будет находиться под моим контролем и протекцией моих ставленников. Отец наделил меня таким правом.
— Как скажешь Херувим. — Угрюмо согласился Михаил.
— Уриил уже готовит к эвакуации все небесные объекты, что бы люди не имели доступа к ним. Отчитался Гавриил с грустью в голосе.
Самаэль поднял взгляд вверх, на уступах стен стояли многие из ангелов и многие широко улыбались. Среди них был и Асмодей в облике молодого, стройного, черноволосого юноши с кудрявыми длинными локонами, завитушки которых торчали как пружины в разные стороны. Азазель казался более сдержанным, но его удовольствие тоже было заметно. Увидев, что Люцифер на него смотрит он провел рукой по всему ряду ангелов, в котором стоял и все они как один сделали салютующий жест, ударив кулаком в левую половину груди. Они явно готовились к этому, что бы продемонстрировать Люциферу свою лояльность.
— Вы мой легион… — С улыбкой прошептал Самаэль.
Дело сделано, человечество осталось один на один с Эдемом который перестал быть для них раем и в одночасье превратился в ад. Люди поколение за поколением убивали и насиловали друг друга, завидовали, лгали, придавались разврату не в силах совладать с теми знаниями и желаниями, что они с такой легкостью приняли от Асмодея. Этот хаос разлагающегося человечества вводил ангелов ответственных за него в состояние экстаза и армия Самаэля постоянно пополнялась. Тем, кто ему присягал он разрешал творить на земле (так они теперь называли Эдем) все что им хочется. Азазель учил людей создавать все более и более смертоносное оружие, подстрекал развязывать кровопролитные войны. Асмодей сеял похоть и разврат везде где только мог. Безумие кипело в Эдеме.
А на небесах назревала гражданская война. Сторонники Люцифера открыто высказывались о том, что необходимо отказаться от идей Создателя и доверить судьбу миров их лидеру. Самаэль был силен, как никогда. Но многие архангелы не поддерживали такие перемены. Одним из ярых противников политики Люцифера был Михаил, однако он ничего не мог предпринять без прямого приказа Создателя. Именно по этому он ждал, когда Отец попросит его прекратить это безумие и остановить своего брата Люцифера.
Помещение было весьма просторным. Стены и пол состояли из какого то не ведомого, белоснежного камня. Вдоль стен располагались стеллажи с разными видами оружия, каждый из образцов которого лежал на бархатных подушечках под тонким стеклянным куполам. Со стороны они выглядели словно музейные экспонаты. Сквозь огромные, высокие окна проникали пышные, похожие на сахарную вату облака. Они стелились по полу, подобно туману.
Покои Архистратига находились на самой вершине башни оплота небесного легиона. Отсюда открывался великолепный вид на белокаменный город Мерцающих Огней, крупнейший город небесного царства. В центе помещения, на мраморном троне восседал Михаил. Он ждал своего брата, так как тот обещал поделиться с ним важной информацией.
К счастью долго ждать не пришлось, вскоре в дверях появилась фигура Гавриила. Он был чем то обеспокоен, впрочем как всегда. Спешно приближаясь к трону, он торопливо окинул взглядом комнату, словно выискивая нет ли тут посторонних.
— Ты хотел меня видеть брат мой? — Начал добродушным голосом Михаил.
— Да. Я принес тебе скверные вести. — Спешно ответил Гавриил остановившись перед троном.
— Насколько скверные? — Лицо Михаила приняло сосредоточенный вид.
— Настолько, что тебе нужно готовить легионы, поскольку пробудился ниш враг.
— Как ты и предсказывал… Но я думал, что у нас будет больше времени. Антихрист хочет проникнуть в Эдем? — Архистратиг встал со своего трона и подошел к брату.
— Боюсь что не только в Эдем…
— Что ты имеешь в виду Гавриил? Ты оракул, ты способен заглянуть за завесу сокрытого, поведай мне, что видишь там, прошу.
— Лилит, как я и предсказывал… Ее материальная форма реконструировалась за счет случайных генетических аберраций. В генном коде Евы сохранились данные о полном геноме Лилит. Теперь она снова в Эдеме, спустя тысячи и тысячи лет. И что самое страшное, к ней приходит ее сознание, она вспоминает былое.
— И что с того? Так и было задумано… Пусть она проживет свою непродолжительную смертную жизнь, эта эпоха мелочных стремлений и морального декаданса ей подходит как нельзя кстати!
— Да, но она может высвободить Самаэля. Она способна открыть врата…
— Это не возможно! Они запечатаны! — Голос Архистратига стал громче, взволнованнее.
— Возможно…
— Как?! Ее необходимо уничтожить, надо отправить лучших ангелов.
Михаил не спеша подошел к одному из своих стеллажей и стал разглядывать переливающееся синеватым светом лезвие небольшого, но увесистого клинка.
— Это не так просто, ее сопровождает Азазель. Небольшая группа моих лучших ищеек во главе с Габриэллой, уже идет по их следу.
— Демон… — Сквозь зубы добавил Михаил.
— Да, он достаточно эффективен против наших младших ангелов. А большую группу отправить нельзя, это привлечет лишнее внимание людей…
— Внимание? Скоро Люцифер вырвется на свободу и начнется конец света! А тебя беспокоит конспирация? — Архангел начинал постепенно терять самообладание, проведя пальцем по тонкому стеклу купола, он развернулся и пронзительно посмотрел на Гавриила. — Наши представители уже больше пятнадцати лет назад вышли на контакт с главами крупнейших земных государств. Эдем постепенно готовиться к началу апокалипсиса. В тайне от общества воспитываются лучшие войны человечества, которым открыта истина. Их обучают наши лучшие ангелы. А во многих крупных городах запущено строительство оборонных цитаделей, способных выдержать любой натиск. Мир не будет удивляться горстке ангелов разгуливающих по улице!
— Да, ты прав. Конечно, мы готовимся к прибытию Люцифера, но открытая демонстрация божественного присутствия на земле может вызвать панику, или еще какое ни будь не адекватное поведение со стороны людей. На инициированное тобой строительство цитаделей люди реагируют негативно, они протестуют против уродливых огромных бункеров размерами с целый городской квартал.
— И что? Какая разница, как они реагируют. Когда придет Самаэль они оценят наши старания. Да и к тому же подконтрольные властям СМИ выставляют это в положительном свете.