Чтение онлайн

Для стыковки космических кораблей с постоянно вращающейся станцией использовался специальных стыковочный шлюз, расположенный в центре дырки от бублика. Шлюзовой отсек соединялся с основным кольцом станции с помощью десятка лифтов, доставляющих пассажиров и груз на поверхность и обратно. На одном из таких лифтов Джо вместе с другими пассажирами Космик-6 в несколько заходов доставили на основное кольцо, где располагался пункт контроля.

Всматриваясь в электронное табло, Джо почувствовал, как на его плечо опустилась тяжелая рука.

— Не нашел? — спросил Мухаммед, растянувшись в своей широкой улыбке.

— Нашел, — улыбнувшись в ответ, сказал Джо — Ближайший для меня рейс — через полчаса, в капсуле 6Д. А тебе когда?

— Давай посмотрим… — Мухаммед взглянул на табло. — Эх, мне здесь еще четыре часа киснуть — в мой городок шаттлы отправляются значительно реже, чем до твоей столицы. Зато у меня есть время, чтобы вновь освоить нормальную человеческую еду. Этим, пожалуй, и займусь.

После секундной паузы, в которую оба успели почувствовать мимолетную неловкость, он повернулся к Джо:

— Здесь наши пути, похоже, расходятся. Спасибо за компанию в столь трудное время!

— Это тебе спасибо, Мухаммед. Без тебя я бы точно сошел с ума за эти две недели.

— Может и со мной сошел, кто знает? Ладно, увидимся в другой жизни, Джозеф, — сказал он и, крепко пожав руку Джо, развернулся и зашагал прочь.

Смотря ему вслед, Джо вспоминал долгие часы интересных — иногда поверхностных, иногда глубоких, — но всегда оживленных дискуссий, проведенные с его новым знакомым, которого он, скорее всего, больше никогда не увидит. Кто знает, что может встретиться за очередным поворотом извилистого пути жизни? Инженер-технолог Мухаммед, по случайному стечению обстоятельств, оказался для него спасательным кругом в незнакомом океане космических приключений, за который Джо крепко вцепился, как за единственный шанс не утонуть в диком водовороте нового и неизведанного. Круг, который постепенно пропадал из виду и окончательно покинул Джо, растворившись в толпе людей.

***

Первооткрыватели — это люди, которые не смогли смириться с текущим положением вещей. “Не захотели!” — скажете Вы. “Нет,” — возражу я Вам. — “Не иначе, как не смогли”.

Многие, даже большинство, не желает соглашаться с тем, как на их веку устроен мир, и куда он, собственно говоря, движется. Готовы ли все эти несогласные менять окружающий мир и правила игры? Есть ли среди них те, кто преобразует свое пассивное несогласие в активные действия?

Только человек, не способный понять и принять устоявшиеся правила и законы, может увидеть новые грани реальности, сделать первый шаг к неизведанному и убедить остальных в своей правоте. Такие люди, единицы, являются топливом нашей цивилизации, потеряв которое мы неминуемо остановимся и свалимся на обочину истории.

Журналист, обозреватель космический открытий, Тао Ли,

в день основания колонистами первого города на Марсе.

Солярис, столица всей марсианской колонии, не был похож ни на что, что мог себе представить в своем воображении простой житель Земли. И проблема была не в скудности фантазии землян, а в поистине невообразимых пейзажах, раскрывающихся перед гостем, сделавшим едва один шаг из пункта остановки шатлов.

Солярис нашел себе пристанище в Долинах Маринер, гигантской системе каньонов на Марсе, и обосновался на дне крупного каньона под названием “Ио”.

Город своей конструкцией походил на сложный многослойный пирог — параллельно друг другу, слой за слоем, расположилось множество уровней, на каждом из которых размещалась своя “начинка” города-пирога: улицы, дома и прочая инфраструктура. От нижнего, самого крупного уровня, далеко ввысь уходили “опорные” здания — металлические конструкции, насквозь пронзающие и насаживающие на себя остальные более мелкие уровни-слои. На этих факультативных уровнях также размещались постройки, но они не залезали на чужую территорию и заканчивались под самый потолок своего этажа.

Вдоль всех уровней, а также соединяя соседние, были проложены артерии города — стеклянные транспортные трубки, по которым с молниеносной скоростью летали небольших размеров капсулы, вместимостью не более трех-четырех человек. Капсулы плавно притормаживали на остановках — небольших дугообразных ответвлениях от основных артерий — позволяя сойти текущим пассажирам и погрузиться новым.

Выше, над всеми уровнями и зданиями города, виднелся едва заметный бледно-синий купол, тянущийся от ближнего края каньона до самого горизонта, насколько хватало глаз. На аудиоинструктаже во время полета на шаттле было подробно рассказано о том, как с помощью куполов из силикатного аэрогеля на первых этапах заселения Марса, когда нахождение на поверхности без экзоскафандров было невозможно, удалось создать под их территорией парниковый эффект, позволяющий заселить ее растениями и, в последующем, людьми. Не смотря на то, как далеко шагнуло ОПМК в вопросе терраформирования Марса, все основные города колонии до сих пор упрятаны под такие защитные купола, чтобы перед жителями не вставал вопрос обеспечения себя кислородом.

Джо стоял на смотровой площадке в нескольких десятках метров от станции остановки шаттлов. Из-за многослойности города с высоты можно было увидеть только его самый верхний уровень. В деталях ознакомиться с городом позволяла огромная, установленная прямо на смотровой площадке голопроекция, которая до жути скрупулезно повторяла все элементы города. Правда, самостоятельно покрутить голопроекцию города Джо пока не удалось — все время, что он находился на площадке, молодая пара, прилетевшая на Марс, судя по всему, с туристическими целями, полностью оккупировала панель управления, с изумленным видом изучая проекцию.

До погрузки на орбитальный шаттл Джо отправил в филиал Терры на Марсе сообщение о своем прибытии. За ним должны были отправить человека, чтобы сопроводить его до места размещения, забронированного корпоративным ИИ. Не дождавшись своей очереди поуправлять голопроекцией города, Джо отошел от смотровой площадки и вернулся в зал прилетов, разместившийся внутри скалы-края каньона.

Искусственный небосвод из аэрогеля не позволял орбитальным шаттлам осуществлять посадку где-то в черте города, сразу на дно каньона. Поэтому шаттлы были вынуждены сначала совершать посадку наверху, на основной поверхности Марса, и только потом они доставлялись вниз на специальных лифтах, шахты которых были выдолблены прямо в скале. Прибывающие шаттлы соединялись с залом прилетов телескопическими трапами — длинными разъезжающимися коридорами, отделенными от зала прилетов герметичными металлическими люками.

Ряды люков расположились вдоль стены по левую и правую руку от Джо, в самом центре зала можно было увидеть четыре крупные информационные стойки с широким голоэкраном на каждой. Две из них были заняты другими путешественниками, и Джо подошел к свободной стойке, той, что была ближе к нему. При сближении с ней, голоэкран моментально ожил и на нем появилось светлое трехмерное лицо молодого человека, послышался роботизированный голос:

— Добро пожаловать на Марс, Джозеф Гетс.

От такого персонализированного приветствия Джо моментально впал в ступор, не найдя слов для ответа. После небольшой паузы, в его голове всплыли слова проверяющего на орбитальной станции: “…соглашаетесь с отслеживанием уполномоченными государственными органами Вашего местонахождения в режиме реального времени”. Насколько ИИ на станции прилетев попадает под определение “уполномоченный государственный орган”? Надежда на то, что данными о его перемещении будут пользоваться в исключительных, экстраординарных случаях, таяла на глазах. Выругавшись про себя, Джо ответил: