Шрифт:
Магсад НУР
КАТАСТРОФИКИ
Перевод с азербайджанского Ульвиры Караевой
1. МИГАЛКА
– Лифт. Тормозит, где хочет. Стучи в дверь! Поколошматим стены... Не открывай там! Войдут. В шахте крысы шастают. По ошибке на голову упадут. Или же камень...
– Ну да, откуда там камень?
– ... всё может быть... Например, лифт возьмет и сорвётся в проём шахты: всё бывает.
***
– Самое застрахованное обеспечение не надежней прочности тросов лифта. В этом здании мы все цепляемся за самое застрахованное обеспечение. За зарплату. А я, брательник...
– Пошли!
***
– На двадцатом мусорка. Туалетом воняет, пыль. На девятнадцатом такая жизнь.
– Чё за жизнь?
– ... Сколько хочешь. Чувих в городе не осталось, все здесь. В таком месте ведь жизнь не кончается. Каждый день крутится....
– ... и никогда не останавливается...
– Ну. Каждый день завершается одно из начатых дел...
– Очень романтично!
– Ещё раз говорю: твои гуманитарные коды меня пугают. Не устойчивы. Как что услышишь, тут же таешь. Никогда не обращай столько внимания на ценности! Заглянул - прошел, заглянул - прошел... Не прячь голову в плечи. И не отчитывайся в своих ценностях. Время не любит отчёта...
– Да понял... Сколько "и" употребляешь!
– Без "и" не получается...
***
– На здании нашего офиса стоит маяк. Для кораблей. У нас для вертолётов маяков нет, не обращал внимания?
– Не знал...
– То есть ты можешь обмануть любой вертолёт. Заберись на крышу, найди что-то типа мигалки, включай-выключай её, флагом маши. Глядишь, терпящий крушение летит, при приземлении видит - площадки нет, только палки арматуры торчат. Крыша этого здания вся в палках арматуры, представляешь, - стройку не завершили ...
– А пилот из ума выжил...
– Тоже может быть. Ну мигалка, чем зарыться носом в землю, хоть до маяка надежду не утратит.
– ...
***
– ... Как быть, пройдём через строй дымящих шлюх, или остановимся?
– ...
– Хоть бы сами поняли, что неизбежно пройти сквозь них! Мои ресницы вниз. Ты тоже вниз направь. Всё вниз! Типа ты стыдливый... Ярлыки! Ярлыки видал? (Где вы, висящие у чужих на шее или на бечёвке?) Видал, у каждой на шее повисла опознавательная карточка?
– Как законная жена...
– Ну. Кто такая, какая такая, да чем занимается - всё расписано. Так лучше: а то эй ты, чувак, или там ещё как-то, имена разве упомнишь? Порой собственное имя забываешь...
– Порой забываешь...
***
– Что ты смеёшься, парень, пришедший на запах самого застрахованного обеспечения?! Меня зовут!
– Ну и иди.
– Ты вот что сделай... поднимись наверх, на двадцать первый, на крышу, на самую крышу. Будь при маяке. Займи себя чем-нибудь. Может, появится кто...
– Пошёл ты...
2. СТОЛ
– Родила, в конце-концов, или нет?
– ...
– ... Она в проклятом шестом! Этот чёртов стол ровесник моей бабушки, ещё с сорок пятого остался. Господи, я знаю, каково ей сейчас! Её режут. Режут, как стригут барана... А врачи свора сук, стадо козлов: мясники, сукины дети. Малыш ведь открывает глаза в место с запахом коровьего последа...
– Что за послед?
– То, что выходит из нутра коровы...
– Да хватит, брезгую!
– Ну как, есть что?
– Да я бы сама муштулуг* взяла - её сестра вот-вот приедет...
– Позвони на ручной.
– Но пока ведь ничего не известно. Звонки не доходят, эта штука без конца повторяет: "Звонки не доходят до вызываемого абонента..."
– Чёртовы последы...
– Ало, ало, явился или нет...
– ???
* Муштулуг - подарок за хорошие вести.
3. ШЕЯ
– Моя шея тоньше волоска. Склонил бы голову перед тобой, да боюсь шею сломать. Ведь долг платежом красен. Терпи. Подобно мне, ты тоже терпи боль шеи своей, что тоньше волоска. Бойся, будто сломаешь её, коли склонишь.
4. НАСКВОЗЬ
У каждого внутpи сидит чеpвь: как компьютеpная мышка. Чеpвь, который поднимается и спускается. Бывает, человек, равнодушный ко всему в силу своей ауры космополита, начинает пpитанцовывать. Прямо по-настоящему оживает. Цветет, бегает, запыхавшись, туда-сюда, ни словом за ним не поспеешь, ни следом. Батюшки, откуда счастье привалило?
Hикто не стабилен. Hи он, ни я, ни, может быть, даже ты. Бог знает, от кого сейчас идет, с каких пеpеговоpов. Люди же pазные! Может, кто-то его обнадежил, или что-то в этом pоде. Hапpимеp, деньги. Чуть ли не подпpыгивает. Все видят, что этот лопух тает...
С кем не бывает? И с тобой это случается, и со мной: никому не довеpять тайны. Как говоpится, "и не доверит никому тайны своей этот мир?" У этого тошнота от тайны. Заставляет пpитанцовывать. Hу говоpи же, говоpи: или говоpи, или не говоpи. А то так нельзя. Hе то выходит...
Так и ноpовят внутpь пpобраться. Каждый ищет дыpку дpугого. Не смейся. Что, непpавильно я говоpю?
Кому нужны дешевые тайны?.
5. МАЗОХИСТКА
"При первых родах мне было семьнадцать. У нас не хватило денег на кесарево сечение: кроме того, мы договорились, что лучше будет, если сама буду тужиться, сама рожу. Я всегда думала, что женщина должна поболеть тем, кого рожает. Надо, чтобы женщина сумела полюбить своего ребенка. Надо, чтобы женщина хотела своего ребенка. Я не могу понять женщин, которые после родов остаются безразличными к ребенку. Ребенок - он ребенок от родов до могилы...
Может, я так думаю потому, что в период до родов я испытывала нехватку любви. Но с первых родов помню, что, подобно мяснику, режут внутренности, скребут, заставляют брезгать собой и истязают. Мучась, стискиваешь зубы, от крика рвутся голосовые связки, сердце трепещет, теряешь сознание и... если после этого хоть десять детей родишь, все похоже на это и повторяется. После этих истязаний только мать, только истинная мать поворачивается к ребенку, радуется, чуть ли не благодарит это маленькое существо за то, что оно избавило её от этих пыток..."