Чтение онлайн

Существа, обитающие в подземном городе, имели неприятный белый пигмент кожи, редкую растительность на голове, невысокий рост и большие впалые глаза. Их одежда была небогатой и состояла порой лишь из набедренных повязок, чему весьма способствовала окружающая их жаркая атмосфера. Альбиносы походили на людей, живущих на поверхности, тем не менее, их мутации, вызванные столетиями жизни под землей, не могли не отразиться как на внешнем облике тварей, так и на их поведении. Они избегали прямых солнечных лучей, но отменно ориентировались в темноте. Их пугало большое открытое пространство, но под землей эти существа чувствовали себя как рыбы в воде. Первобытные инстинкты отодвинули на второй план присущую человеку духовность, но уклад их жизни не претерпел особых изменений: мутанты держали скотину и птицу, охотились на многочисленных подземных тварей, выращивали культуры, неприхотливые к солнечному свету, добывали из открытых недр необходимые ресурсы.

Не забывали альбиносы делать вылазки на поверхность. Стычка с колонистами лишь тому подтверждение. На людей Задиры напали под покровом темноты, воспользовавшись старым автоматическим оружием землян, которое раздобыли, нарвавшись в подземных катакомбах на военный склад.

Оружие предков, как ничто другое способствовало выживанию в условиях подземелья, в котором, судя по наличию оборонительных сооружений, велась нешуточная война, как с животными, так и с конкурирующими племенами дикарей, обитающих в огромном подземном мире.

Бартон давно ощутил жар земной магмы идущий снизу, к тому же ему явно не хватало кислорода. Долго в таких условиях нормальный человек протянуть не мог, к тому же где-то поблизости здорово обижали девчонку – Билл явственно чувствовал испускаемые Гитой флюиды страха и ненависти. Пора было действовать, тем более что основные боевики альбиносов в это время отсыпались, готовясь к ночной вылазке на поверхность. В поселении сновали в основном особи женского пола. Еще, если верить сканеру, наблюдалась суета в большой пещере, где, скорей всего, содержали плененную девушку.

Убрать стражников у ворот не составило особого труда, два импульса высокотемпературной плазмы точно достигли целей. Бартон перемахнул через стену и отдался на волю выработанным годами рефлексам наемника, превратившись в машину убийства. Понимая, что залог победы в неожиданности, он ошеломил тварей, оказавшись в самом центре поселения, в котором сразу поднялась тревога, забил набат. Устроив пару взрывов, дабы внести еще большую неразбериху, Билл начал передвигаться по городу, при этом старался, как можно чаще менять укрытия. Совершая маневры, он палил с двух рук одновременно – из своего безотказного излучателя и не внушающей доверия трубки гномов, хотя именно последняя наносила больший урон, поражая кучкующихся в одном месте тварей десятками за один разряд.

Следует отдать должное альбиносам, сумевшим оказать отпор нежданному неприятелю. Твари быстро рассредоточились по всему городу, укрывшись за постройками, после чего принялись стрекотать своими древними автоматами, забрасывать человека гранатами и даже выпустили несколько ракет из подствольных ракетниц. Но было уже поздно: Бартон достиг большой пещеры, в которой располагалась резиденция местного царька, устроил там переполох, уложив дюжину вооруженных стражников. Он захватил главу альбиносов в качестве заложника, закрывшись мерзким телом от сгрудившихся у входа в тронный зал боевиков, у которых хватило ума не палить по своему вождю, из-за чего возникла немая сцена.

То, что в руках Бартона находился вождь дикарей, не подвергалось никакому сомнению. Главный альбинос отличался высоким ростом, носил более приличную одежду, а, кроме того, с ног до головы был увешан нелепыми украшениями, которые свидетельствовали о его боевых подвигах. Недавно отрезанные пальцы, принадлежащие людям Задиры, тоже висели вместе с другими трофеями на его огромном ожерелье. Дикарь вел себя на удивление спокойно, несмотря на приставленный к его лысому черепу излучатель. В поведении вождя усматривалось даже некое презрение к жизни и Бартон уже серьезно начал опасаться, что сгрудившееся у входа вооруженные мутанты не станут щадить своего предводителя и изрешетят его на пару с человеком. Посему наемник не стал дожидаться окончания немой сцены, сопровождаемой мучительным мысленным процессом, который происходил в деградирующих мозгах мутантов, и принял меры. В плотно стоящую у входа толпу альбиносов ударил мощнейший заряд, выпущенный из трубки гномов. Результат выстрела превзошел все ожидания. Более двух десятков мутантов превратились в единую электрическую цепь, забились в предсмертных конвульсиях, пропуская через себя разряд молнии, и, на глазах своего предводителя, попадали друг на друга, образовав кучу подгоревшей, источающей едкий дым плоти.

От увиденного, поражающего своей нереальностью действа, вождь альбиносов вошел в ступор и прибывал в нем пока сильнейший удар, нанесенный кулаком Бартона в правое ухо, не послал мутанта в глубочайший транс.

Проведя удачный нокаут, Билл кинул взгляд на дисплей сканера. Оставшиеся в живых твари в панике покидали поселение. Бартон поспешил на поиски пропавшей амазонки.

Пещера предводителя мутантов не была уж столь огромной: кроме тронного зала она имела личные покои да помещение гарема, где помимо жавшихся по своим углам наложниц белого окраса, находилась Гита. Лишенная одежд, она лежала на деревянном топчане и тихо постанывала. При виде угловатого, совсем еще не женского тела, сплошь покрытого синяками и кровоподтеками, Бартон пришел в неописуемую ярость. Наемник потерял контроль над своими эмоциями: он готов был вернуться в тронный зал, дабы раздавить валяющуюся в его центре бледную гадину, но все же нашел в себе силы побороть минутный порыв и кинулся к девушке.

Бартон заботливо накрыл тело ее своей курткой и, бережно взяв на руки, понес прочь.

Следуя через тронный зал мимо лежавшего с запрокинутой головой вождя мутантов, он все же не смог побороть кипящую внутри ненависть и давящим ударом своего десантного ботинка вогнал в горло мерзкой твари ее выступающий кадык.

К утру следующего дня Бартон достиг поселения колонистов, где выгрузил злосчастный трактор и передал Задире кое-какой захваченный со звездолета арсенал сигуурийцев.

– У пещерных мутантов можно поживиться скарбом и скотиной, – сообщил он Грачу, подробно описав маршрут к подземному городу.

– Давай на платформе,– предложил Задира, кивнув в сторону летательного аппарата чужих.

– Я на ногах уже не стою, мне б поспать пару часиков, – отмахнулся Бартон, вызывая через Марго вельбот с крейсера. – Да и Гиту надо на корабль доставить.

Девушка сидела в трюме платформы и казалась безучастной ко всему происходящему вокруг. Из одежды на ней была лишь объемная куртка Билла, в которую она куталась, крепко уцепившись за обшлага. Глядя на ее изможденную позу, Задира почувствовал себя совсем погано. Давящее ощущение вины перед изнасилованной мутантами амазонкой усугублялось потерей еще двоих воинов, сумевших пройти через кровавую битву с викингами.

– Может, моего человека за руль посадим, – предложил он Бартону. – Управлять этим аппаратом, я смотрю, дело не хитрое.

– Разобраться можно, – согласился Билл, поднимая на руки девушку. – Только обещай мне, Грач, вернуть мой трофей в целостности и в сохранности.

– Слово офицера!

На этом расстались. Задира принялся снаряжаться в дорогу, а Бартон с Гитой на руках двинулся к недавно срубленному плавучему причалу, куда приближался высланный с крейсера вельбот, ведомый Клео.