Чтение онлайн

— О…ой…йой, — издав несколько невнятных звуков и неспособный ни на что больше, я тихо привалился к стене. Пилон бродил по комнате, возбужденно передергивал на загривке шкуру, взмахивал хвостом. Осирис сел на пол, обхватил голову руками и замер. Его колотила мелкая дрожь. Кошка лежала, свернувшись клубочком. Волкодлак незаметно для всех успел перекинуться обратно. Он прислонился к стене и проворчал:

— Хорошая драка. Жаль, нам с Кайоратом поучаствовать не удалось. Но меня ваши действия впечатлили. Давно деретесь вместе?

— Первый раз, — огрызнулся Осирис, поднимая голову. Лицо его еще имело серый оттенок, а под глазами залегли глубокие синие тени, — неужели я единственный, кто почувствовал, а? Это же, как кипятка в лицо плеснули. Да мои чувства никогда так не орали об опасности. Тьфу!

— Ничего. Совсем ничего…и ты понимаешь, что это значит, Осирис? — мрачно спросил Пилон, — не возникло предчувствия, не зачесались копыта или лапы, не засвербело в носу. Уверен, никто и не подозревал, что нас выследили. Опасность. Серьезная опасность. Нам просто невероятно повезло. Ты почувствовал угрозу, мы смогли дать отпор, но легко не было. Понимаете, что это значит? Сила. Новая, незнакомая магия. Да, все что делает существо стандартно. Разрушительная мощь, огонь, броски, стены, кокон защиты — ничего необычного. Но как делает! Способы воздействия, магические формулы, жесты — все не так. Я не сталкивался с подобными силами и не успел понять. Он умудрился обойти защиту та Чуи. Выследил за сутки. Осирис, — Пилон помотал головой. Фыркнул и сокрушенно произнес, — и это не самое приятное. Он не планировал переговоров, не собирался договариваться. Понимаете? Цель — убийство. Все.

— Забавный парниша, — согласился волкодлак, — опасный, злобный, сильный. Я даже не подозревал о его существовании, а ведь балахонщик мог крутиться рядом с родичами и до нападения дракона, вынюхивать. Ведь кто на такого подумает? Рохля, сопля. А еще и дракон. Ты прав, Пилон, не собирался он разговаривать. Напал сразу, бил наверняка. Если вместе не дали бы отпор, лежать головешками. Кстати, заметили? Балахонщик не боится уничтожить ожерелье. Не знает что оно у нас? Или наоборот, знает о его свойствах?

— Это не фек, — тихонько внес свою лепту я.

— А где Бу-чо? — Пилон покрутил головой, — нет его. Ушел?

— Так кто же балахонщик? — спросил Осирис, — странная магия, сила. Маскировка замечательная. Дурацкий вид, забавные ужимки, безумный взгляд. Какое существо обладает такими возможностями?

— Человек, — раздался знакомый бас. Оуи скромно стояла в дверях:

— Простите. Неловко вышло. Но у меня серьезные причины нарушать ваш покой.

— Ну-ну, — потерев шею, Осирис устало кивнул, — мы с удовольствием послушаем.

— Это существо, человек, подвергает серьезной опасности жителей города. Он проник в город, несмотря на ловушки.

— С чего вы взяли, что он человек? И чем люди отличаются от других существ? — не скрывая раздражения, перебил Осирис. Оуи чирикнула. Я не удержался, вздрогнул. Но та Чуи не обратила никакого внимания:

— Видите ли, мы хранители знаний. Часть знаний такие древние, что давно забыты другими. Когда случилось нападение, на место магической стычки немедленно отправились охотники, охрана города и маги. А также мы. Энергетические характеристики, следы оставшиеся от схватки указывают на особый, редко встречающийся вид магии. Он характерен для одного единственного мира, который многие века закрыт. Людей. Когда-то существовавшие в него врата захлопнулись и отсекли от остальных. Этот случай знаменателен и тем, что тогда закрылись абсолютно все врата мира — как стихийные, так и сотворенные радугой. Попытки создать новые или открыть старые ни к чему не привели. Что произошло, узнать не удалось. Но хроника событий занесена в архивы. Мир людей относился к неразвитым, в нем какое-то время практиковалась охота. Понятие, хорошо знакомое твоим предкам, Пилон. После внеочередного собрания совета радуги и пересмотра дела на основании новых фактов, охоту в мире людей постановили запретить. Собранные сведения указали на их разумность и высокую вероятность постепенной эволюции. И тут случилось это. Врата захлопнулись. Разом. Тогда в мире людей остались многие существа, но уже ничего нельзя было поделать. Прошли века. И вот мы выяснили, что недавно заработали одни из стихийных врат мира людей. Они оказались двусторонними и ими, как мы предполагали, еще никто не пользовался. Возможно, развитию магии особого рода способствовала многовековая изолированность мира. Их энергия формируется и действует иначе, чем знакомая нам единая. Существо же без сомнений является человеком.

— Предполагаю, причины ненависти лежат на поверхности? — проворчал Ишутхэ, скрестив лапы на груди, — если предками закусывали на протяжении веков, вряд ли поверишь в разумность пожирателей. Предубеждение сильная штука. Почти как репутация. Испортить легко, восстанавливать бесполезное занятие. Хотя зависит от цели. Когда цель — плохая репутация…

— Увы, — Оуи чирикнула, гребень поднялся торчком, — без сомнения вина лежала на радуге. С ее молчаливого согласия уничтожали большую популяцию. Не забывайте, часть различных существ так и остались там, в чуждом мире. Возможно, дичали со временем и переродились. Так что ненависть как раз легко объяснима. Но то, что мы увидели снгодня больше простой ненависти. Одержимость. Желание уничтожать. Люди не придерживались нашего понимания схемы взаимодействия всего сущего, в виде колеса воплощений или энергетического океана возврата. Судя по записям, они думают, что существуют определенные вечные места для энергетических оболочек умерших сородичей. Хорошее и плохое. Якобы плохая часть это и есть наши миры. Дальше больше, у них в языке даже нет такого понятия как многомирье. Они не различают миры между собой, не воспринимают как разные, считают страшным злом. Хорошее и правильное место, предназначенное для оболочек, скорее собирательный образ, не существующий. По крайней мере, подтверждений его реальности не найдено. Размышляли, выдвигали версии, что они умеют контактировать с нашими богами-созидателями. Может, считают своим хорошим местом их дома? Нам так и не удалось доподлинно узнать. Человеческая религия утверждает, что многомирье наполнено демонами, или диволами по-нашему. Они, вроде как периодически проникают в людской мир и наносят вред живым. Их богам, телу, жизни. Во имя веры и сородичей, напавший человек был обязан стремиться к очищению от некой угрозы. Как это существо связано и связано ли с драконом, неизвестно. Я могу и не получить объяснений, но вы появились не просто так, что теперь яснее ясного. Нам придется просить вас немедленно покинуть город. Мы не станем рисковать столькими жизнями. Что-то подсказывает мне, человек пойдет по следу и оставит в покое остальных.

— Ого, — язвительно протянул Осирис, — никак трусите?

Оуи визгливо чирикнула, но не ответила. Ишутхэ посмотрел на та Чуи:

— Сами рады уйти, но как? Вы говорили про дракона, о том, что благодаря ему из города дороги нет.

— Мы готовы помочь, провести. Не самой приятной тропой, но вам все равно придется покинуть город немедленно. Так что пойдет и эта.

— Ого, — мрачно произнес Пилон, — похоже на угрозу. Оуи, выйти из города полдела. Как попасть в мир радуги?

— Уже говорила, — мне казалось, та Чуи тяготится разговором, — говорила не раз. Но покажу, так и быть.

— Ладно, — быстро согласился Пилон, — мы готовы уйти. Последний вопрос. Куда делся перпедль?

— Ушел. За ним не охотятся и он полезен для нас. Бу-чо найдется место в городе.

Удовлетворившись туманным ответом, Пилон в нетерпении топтался на месте. Осирис пристально смотрел на него. Оуи первой нарушила возникшую неловкую тишину:

— Подожду за дверью.

Проводив ее взглядом, икуб снова повернулся к коню:

— Тильда устала. Я тоже не в лучшей форме. Мы рискуем жизнями, когда уходим, толком не отдохнув. Там на поверхности дракон.

— А здесь человек. Сильный маг, который нашел нас подозрительно быстро. Возможно, он и пострадал в схватке, но точно то мы не знаем. Справиться о его здоровье не у кого. Если выдохся, устал и ослаб — хорошо. А если ему ничего не сделалось? Отчего-то найти нас плевое дело. Здесь мы находимся в большей опасности. Так хоть какой-то запас времени, прежде чем человек сообразит, что жертвы город покинули.

— Сейчас выйдем наверх и застрянем? Та Чуи хитрит, видно же. Они просто стремятся избавиться от нас.

— Их можно понять. Я согласен, Ося. Стремятся.

— Эта Оуи, — вмешался Ишутхэ, — говорит, что можно переместиться без особых сложностей. Стоит рискнуть. В любом случае, конь прав так выиграем немного времени. Балахонщик не сразу поймет, что мы ушли. Здесь же, под колпаком, даже бежать некуда.

— А если та Чуи просто сдадут нас? — возразил Осирис.

— Все лучше, чем сидеть и ждать. Потом балахонщик мог выследить, просто опрашивая жителей по приметам. А еще, думаю, что если откажемся покинуть город, придется драться не только с человеком и драконом, но и всем Фамелькадом.