Кенди
Шрифт:
Терри поспешил за ней и остановил, тронув за плечо.
– Я приеду на вокзал, - упорствовал он.
– Как ты не понимаешь, мне и так тяжело!
– впервые боль и слезы прорвались в ее голосе. Терри поразился.
– А если ты приедешь на вокзал,.. я просто не вынесу!..
Она вырвалась и побежала по ступенькам вниз, удаляясь от него все дальше и дальше. Это напоминало какой-то сон с плохим концом... Мог ли он позволить так просто уйти своему счастью и любви?..
– Кенди! ..
Он устремился за ней и быстро настиг. Кенди сама едва верила, что ощущает, как его руки сцепились на ее талии, прижав спиной к себе.
– Я совсем не хочу... отпускать тебя...
– его шепчущий голос срывался.
– Я мечтаю о том, чтобы...
– Терри...
– с зеленых глаз катились слезы.
– Ничего не говори... Давай побудем вместе хоть совсем немного... из-под темной густой челки по щеке тоже пробегал сверкающий ручеек.
– Он плачет...
– ощущала она всем своим существом, и слезы не переставали струиться по веснушчатому лицу.
– Терри... Терри плачет... Терри... моя любовь... мой мальчик...
– с нежностью произносила она в своих мыслях то, что не рискнула бы сказать вслух.
– Он любит меня... Господи, что же это?..
– Но ведь... ты будешь... ты будешь счастливой, Кенди, скажи мне, почти умолял он, отпустив ее талию и взяв за плечи.
– Обещай, слышишь?
– Терри, - обернувшись с улыбкой, она тронула его руку своей и попросила: - и ты тоже будь счастлив.
Она сошла с лестницы. Далее он не посмел последовать за ней...
* * *
Метель утихла, лишь тихо падали снежинки. В окнах больницы горел свет, а в одном из них был виден силуэт молодого человека.
– Кенди никогда не оборачивается назад. Она ушла, не обернувшись.
– Терри,.. ты можешь уйти, если хочешь...
– робко произнесла девушка, сидящая в кресле-каталке.
– Я не могу заставлять тебя страдать... из-за своих эгоистических желаний...
– Сюзанна, - Терри обернулся, серьезно глядя на нее, - послушай, Сюзанна. Я сделал свой выбор. Это ты.
– Терри...
– и слезы обретенной надежды скатились из девичьих глаз, а он снова отвернулся к окну.
– Да. Я выбрал не ее. Я выбрал Сюзанну Марлоу, - перед его взором предстало самое светлое воспоминание.
– Леди с Веснушками. Тарзан с Веснушками... Дни в Колледже Святого Павла не вернуть. Время не возвращается назад. И не вернуть ту радость, те светлые чувства,.. те надежды... Кенди...
– он закрыл глаза.
– Уж лучше бы мы никогда не встречались.
– Это совсем не так, Терри, - возразила веснушчатая школьница.
– Я так счастлива, что мы снова встретились.
Он решительно задернул зеленую занавеску.
* * *
Шел снег, осыпая машины и прохожих.
– Как холодно...
– думала девушка.
– Сейчас вернусь в отель, соберусь и уеду...
Она услышала звук мелодии. Это заиграла миниатюрная шкатулка в кармане ее пальто.
– Подарок Стира...
– Кенди, это "Счастливая шкатулка"!
– сказал ей когда-то друг.
– Кенди, знаешь, каждый аз, когда ты ее открываешь и слушаешь музыку, то становишься счастливее и радостнее, понимаешь?
Кенди прижала шкатулочку к самому уху, и музыка вернула на ее лицо грустноватую улыбку.
– Терри... Прощай, мой любимый. Будь счастлив...
– образ юноши заставил слезы пролиться опять. Кенди медленно пошла по снежной дороге.
Что Бог ни делает - все к лучшему. Так думала про себя Кенди, но продолжала надеяться и искренне верить, что музыкальная шкатулка Стира, подарок Стира, все-таки принесет ей счастье. И с этим чувством Кенди покидала Бродвей.
100.
Испытания продолжаются.
Кенди удалось найти Сюзанну, неожиданно исчезнувшую, и даже спасти ей жизнь.
– Отпусти меня! Отпусти!..
– кричала потерявшая надежду девушка, стремясь перебраться через ограду крыши.
– Не делай этого, Сюзанна!!!
– отчаянно крикнула Кенди, и пальцы рук разжались. Сюзанна упала в снег, который наметала метель...
– Сюзанна так любит Терри, что готова ради него пожертвовать своей жизнью... и однажды она уже доказала это, - думала Кенди.
– Она любит Терри...
Кенди пожелала счастья Терри и Сюзанне и холодным снежным вечером покинула Бродвей.
Поезд ехал сквозь пургу, везя ночных пассажиров, среди которых была невеселая девушка в красном пальто.
– Опять проиграл, - сетовал пассажир игравший в шахматы. Кто-то заправлялся спиртным. Девушка смотрела в окно, за которым властвовали ночь и метель. В вагоне слышался смех, а из зеленых глаз скатились слезы.
Перед ее глазами вновь вставало это видение...
...
...Она быстро бежала по ступенькам больницы, но он догнал ее и обнял...
– Кенди!..
– они оба замерли.
– Я не хочу... отпускать тебя... прошептал он срывающимся голосом.
– Я мечтаю о том, чтобы время остановилось...
– Терри...
– в глазах Кенди дрожали слезы, и слеза Терри бежала по щеке из-под темной челки.
– Ничего не говори... давай хоть немного побудем вместе...
– Терри плачет... Мой любимый плачет... Терри плачет... Любимый мой... Да что же это?...
Руки, сцепившиеся вокруг ее талии, разжались. Терри взял ее за плечи.
– Ты должна быть счастлива. Я хочу, чтобы ты была счастлива. Пообещай мне, что ты будешь счастлива, Кенди, - настаивал он, почти умоляя.
– Терри.. и ты будь счастлив, - обернулась она с улыбкой сквозь слезы, тронув его руку своей.
Тогда он отпустил ее...
...
– И зачем я только приехала на этот Бродвей?.. Зачем?..- горько корила себя Кенди, видя образ любимого. Она подняла руку, чтобы вытереть слезу и потрогала лоб.
– Не могу согреться... Меня лихорадит... Я так долго гуляла под снегом, что, наверное, простудилась...
– вспомнилась ей дорога из больницы.