Чтение онлайн

— Очень приятно, Андрей. Присаживайся. Почему ты один?

Лайт улыбнулся, разведя руками:

— Мне по душе истории со счастливым концом, но я чувствую себя неловко в качестве зрителя. Сэму и Лизе есть о чем поговорить.

— Да, верно. Они долго не виделись.

— Пусть побудут наедине. Можете считать, что Семен здесь, рядом, — мы с ним мыслим и реагируем на события почти одинаково.

— Да, Лиза рассказывала мне — вы росли не как все обычные дети. Вас ведь воспитала виртуалка, верно?

— Нас воспитала жизнь, Илья Матвеевич. Виртуалка, где мы вынужденно проводили время, пока родители трудились на орбитальных производствах, лишь часть огромного мира. После нее была еще тюрьма, потом психушка, завуалированная под центр реабилитации, затем два года усиленной подготовки по курсу спецподразделений для борьбы с террором, и… круг замкнулся, нас с Семеном вновь приняла улица, те самые «неблагополучные кварталы», откуда началась наша дорога во взрослую жизнь.

— А как вы познакомились с Лизой?

— С ней познакомился Сэм. Она случайно зашла в клуб «Старое Железо», когда скрывалась от полиции.

— Это правда, что Семен Крайнов знал о том, что Лиза — киборг?

— Правда. Ее ранил полицейский, пришлось оказывать помощь, тогда и выяснилось, что она искусственно создана.

— И, тем не менее, вы помогли ей?

— Сэм помог. Я до определенного момента не принимал участия в их отношениях. Но потом, когда она сбежала, мой друг почувствовал себя очень скверно, и я решил, что для него будет лучше, если девушка отыщется.

— Ив результате этих поисков вы оказались на Воргейзе, который в тот момент контролировался харамминами?

— Да. Не лучшее место во Вселенной. Они уничтожили колонию и ставили опыты над людьми. Осваивали наши технологии клонирования и управления биологическими роботами. Там, помимо харамминов, еще были инсекты и логриане, в основном рабы. Мы пытались отыскать Лизу, в итоге попали в засаду, Сэм был смертельно ранен… Впрочем, вы должны быть хорошо осведомлены о тех событиях, верно?

Горкалов кивнул.

— Андрей, мои вопросы — не праздное любопытство. Я набираю команду для опасной акции и, как командир, должен быть уверен в каждом, кто пойдет со мной.

Лайт откинулся в кресле, прищурясь, посмотрел на Горкалова и спросил:

— Мы сможем покинуть виртуалку?

— Да, если сумеем выполнить задание.

— В таком случае можете рассчитывать на нас.

— Вот так прямо? Без предварительных условий? И вас с Семеном не будет волновать конечная цель акции?

Лайт подался вперед, сцепив пальцы рук в замок.

— Я хорошо узнал Лизу на Воргейзе. Она любит Сэма и никогда не впутает нас в грязное дело. Этого достаточно?

— Для начала. — Горкалов посмотрел вдаль, где по аллее двигалось еще несколько фигур. — Этот, похоже, один из моих старых друзей. — Он издали узнал майора Лерватова. — А вот те трое, что держатся особняком, — темные лошадки. Мнемоники. Высококлассные специалисты, профессионалы, но поручиться за их моральные качества не смогли даже те, кто рекомендовал их. Так что смотри и слушай, потом доложишь мне свои впечатления, договорились?

Лайт кивнул.

Спустя четверть часа на террасе собрались десять человек и один логрианин.

Слово взял Горкалов:

— Итак, господа, у нас с вами мало времени и много проблем. Так как часть информации является секретной, будем действовать поэтапно. Прежде всего — между нами не должно оставаться недомолвок, невыясненных вопросов и прочих аспектов, способных усложнить взаимопонимание.

Илья Матвеевич внимательно посмотрел на собравшихся.

Лиза и Сэм сидели особняком, держась за руки, будто дети. Несмотря на сосредоточенность, по их лицам можно было понять — они счастливы и не намерены более терять друг друга. Ни при каких обстоятельствах.

Справа от них устроился Лайт. Он слушал спокойно, демонстрируя полное самообладание, чего нельзя было сказать о Лерватове. Очевидно, его пребывание в Логрисе протекало отнюдь не безоблачно, и сейчас он не до конца понимал ситуацию — времени поговорить с Ильей у него не оказалось, а принимать происходящее с достоинством фаталиста не входило в привычки майора.

Третья группа состояла из мнемоников, рекомендованных Горкалову адмиралом Сокурой. Двое из них до момента физической смерти проходили службу в особом отделе флота Конфедерации, чего нельзя было сказать об Эльзе — мнемонике от рождения. Она являлась единственным живым человеком, и Горкалов, внимательно присматриваясь к ней, не находил участие Эльзы в предстоящей операции естественным и решенным вопросом…

Ну, и, наконец, Анри со своим бывшим пленником завершали картину, расположившись по левую руку от кресла Горкалова. Кибрайкер с неприкрытым вызовом поглядывал на мнемоников, а логрианин, усевшийся прямо на пол, внимал всем, поворачивая свои змееподобные головы то в одну, то в другую сторону.

— Все вы не первый день в Логрисе, — между тем продолжил Горкалов. — Каждый успел вкусить «прелестей» фантомного бытия и, насколько я знаю, не удовлетворен существующим положением вещей.

— Знаешь, Илья, будь она неладна, такая «жизнь», — буркнул Лерватов. — Только попав сюда, я начал понимать харамминов.

— Присоединяюсь, — в тон ему добавил Криган. — Квота Бессмертных была не худшим изобретением голубокожих.

Горкалов усмехнулся. Действительно, все познается в сравнении.

— Нас собрали вместе, в нарушение всех существующих ограничений, — подала голос одна из мнемоников, — симпатичная женщина, лет тридцати. Если бы Горкалов не знал историю ее жизни, никогда не поверил бы, что это миловидное создание могло уничтожить или же, наоборот, защитить целый космический флот, пользуясь только личными способностями и набором имплантированных кибермодулей.