Кибервыстрел
Шрифт:
Чад оказался на полу, а Сирена на нём, и тут он вспомнил, что она сбила его с ног прямо перед взрывом. У него зазвенело в ушах.
Сирена бросила на него взгляд и что-то сказала. Он не был уверен, что именно она говорит, потому что уши у него, похоже, были сломаны. На этот раз она крикнула: «Ты в порядке?»
Они оба сели и взглянули на эту ужасающую сцену. Чад наконец увидел прекрасную брюнетку, бродящую по комнате с поднятой вверх правой рукой, словно она всё ещё несла поднос с бокалами для шампанского. Но её откровенную униформу полностью сдуло, а волосы почти полностью сгорели. В остальном она выглядела прекрасно.
OceanofPDF.com
3
Штаб-квартира ЦРУ, Лэнгли, Вирджиния
Спустя несколько часов после взрыва в Бразилии в Агентстве кипела деятельность.
Даже сам президент вызвал директора Центрального разведывательного управления на брифинг вместо того, чтобы созвать заседание Совета национальной безопасности.
Директор Джон Брэдфорд сидел за своим столом в кабинете, который он занял всего полгода назад. Он и представить себе не мог, что доживёт до этой должности, учитывая, что он был кадровым офицером ВВС, заслужившим свои четыре звезды за пилотирование истребителей во всех конфликтах со времён первой войны в Персидском заливе. Генерал Брэдфорд был серьёзным лидером. Он не считал нужным оправдываться.
«Просто делай свою чёртову работу» — такова была его мантра с тех пор, как он поступил в Школу подготовки офицеров ВВС в Сан-Антонио в 1980-х. Хотя он и заметил, что стал немного мягче, когда начал пришивать звёзды к погонам, он всё ещё оставался человеком, который советовал сотрудникам ЦРУ заправлять свои чёртовы рубашки или хотя бы иногда заканчивать предложение словом «сэр».
Откинувшись в кожаном кресле и повернувшись, он взглянул на свои стены с надписью «Я люблю меня». Да, сначала у него была одна стена, но теперь её стало три, и там было всё: от наградных грамот до фотографий с мировыми деятелями и представителями американской политической элиты.
Только его жена, Линн, могла успокоить его простой, успокаивающей фразой. Если у него и были личные секреты, она была едва ли не единственным человеком, кто о них знал. Его военные демоны навсегда остались его собственными.
Когда на его личном зашифрованном мобильном телефоне зазвонил гимн ВВС, он взглянул на экран, увидел, кто звонит, и тут же ответил.
«Поговорите со мной», — сказал директор.
«Это Сирена».
«Вы ранены?»
«Нет, сэр. У меня всё ещё звенит в ушах. Но это всё».
Час назад он получил краткую сводку от своего резидента в Сан-Паулу, но ситуация на тот момент была довольно нестабильной. «А остальные?»
«Все сотрудники агентства в порядке», — сказала она. «Из американского контингента, находящегося в отеле, трое проходят лечение в местных больницах. Нам повезло».
Генерал Брэдфорд это знал и благодарил Бога за такой исход. «У вас есть общее количество погибших?»
«Это немного неопределённо, сэр», — Сирена замялась. «Меня заботит безопасность Чада Хантера».
«Как он?»
«То же самое, что и у меня. Уши немного повреждены. Но через пару дней он должен поправиться».
«А как насчёт инцидента в Эквадоре? Грабители что-нибудь забрали?»
«Генерал, мы как раз собирались это сделать, когда бальный зал взорвался. Но мистер Хантер заверил меня, что ничего важного с компьютера не пропало».
Генерал задумался на минуту, пытаясь осмыслить произошедшее в Бразилии. «Мы послали вас в Бразилию именно по этой причине»,
сказал он как можно более мягким тоном, насколько это было возможно в данных обстоятельствах.
Сирена глубоко вздохнула. «Да, сэр. Четыре дня назад я сказала начальнику участка, что его план безопасности никуда не годится. Когда он ничего не изменил, я передала свои опасения вышестоящему начальству».
«Знаю, Сирена, — сказал директор. — Ваши опасения наконец-то дошли до моего стола за два часа до взрыва».
«Я не ищу оправданий и не пытаюсь переложить вину», — сказала она.
«Знаю». Генерал Брэдфорд подумал о своих собственных опасениях. В Бразилии не проводилась никакая оценка угроз. Возникало лишь общее чувство дискомфорта, вызванное петицией государств-членов на экваторе в Международный союз электросвязи при ООН о равноправном использовании космического пространства над их территориями. Никаких действенных мер. Но он быстро осознал, что Агентство не всегда может ждать данных разведки, дающих основания для действий. Им нужно предвидеть действия и действовать, а не просто реагировать на злонамеренные действия других.
«Сэр, — сказала Сирена. — Куда мы пойдём дальше?»
Именно об этом он думал последние пару часов. «Тебе нужно держаться крепче за Чеда Хантера. Я знаю, что у тебя с ним были некоторые связи. Он критически важен для внедрения нашего протокола Cyber Shot».
«У меня с этим нет проблем, сэр. Но я говорил конкретно о конкретном случае».
«Верно. Как вы знаете, эквадорский офис был лишь прикрытием для нашей деятельности в стране».
«Да, сэр. Школа английского языка».
«Верно. Всего через три дня у нас будет испытание с использованием технологии мистера Хантера. Отведите его к нам на объект и убедитесь, что ничто не помешает нам провести испытания».
"Без проблем."
Генерал уже собирался закончить разговор, как вдруг вспомнил ещё кое-что: «Сирена. Это может показаться странным, но мне звонили из США».
Директор Службы охраны рыбных ресурсов и диких животных спрашивает об одном из своих сотрудников, который был на мероприятии в Бразилии.
«Эмери Бранч?»
«Да. С ним всё в порядке?»
«Кроме того, что он был серьёзным орудием, с ним всё будет в порядке. К счастью, во время взрыва он был в ванной. Думаю, он немного контужен».
Генерал рассмеялся: «Так вы и познакомились».
«Да, сэр. Мы будем продолжать эту историю про рыбу и диких животных? Я слышал, этот человек работает в NGA».
Как, чёрт возьми, она узнала, что Бранч работает в Национальном агентстве геопространственной разведки? «Как...»
«Сэр, я очень хорошо справляюсь со своей работой».
«Я рад, что ты на нашей стороне, Сирена».
«Это что, насмешка над моим израильским происхождением?»
"Нисколько."
«Хотите узнать больше о взрыве в Бразилии?» — спросила она, меняя тему.