Чтение онлайн

Внезапно она отказалась двигаться дальше и, как своевольная собака, натянула цепь. От неожиданности я потерял равновесие и растянулся на полу. Один из проклятых шипов в ее поясе зацепился за спинку кровати, и мне пришлось его высвободить. Наконец я добрался до сумочки. Среди других пустячков там находился и ключ. Кто бы ты ни был, Бог или Демон, ниспосылающий людям неприятности или счастье, сделай так, чтобы он подошел! Может, все очень скверно. Наличие этого ключа в сумочке может доказывать, что, сам того не ведая, я убийца, но это мне позволит отсюда убраться. Я вернулся назад... мы вернулись назад, я и моя ноша – безжизненный прах. Я чуть не завизжал от восторга, словно кошмарный сон кончился. Ключ подходил!

После этого я слегка воспрянул духом. Уже более твердой рукой я открыл дверь. Дом был спокоен. С нижних этажей поднимались мирные звуки домашней жизни. В коридоре никого. Но, думаю, даже если бы там было полно народу, я бы бросился вперед, так не терпелось мне вырваться из усеянной ловушками комнаты. Машинально закрыл я за собой дверь, повернул в замке ключ и сунул в карман брюк и ключ, и приколотый к двери листок бумаги. Как смог, обхватил труп Марион и, хотя мешали угрожавшие моей груди стрелы, спотыкаясь и кряхтя, я все-таки наполовину донес, наполовину доволок его до кладовой с мешками песка без каких-либо приключений. Мне показалось, потребовалось целое столетие, чтобы пройти эту часть коридора. Наконец-то я смог опуститься в пыль, рядом с моим похоронным грузом. И меня охватило великое и скорбное отвращение. Безграничный и непреодолимый позыв к рвоте и к слезам.

С бранью преодолел я этот приступ отчаяния. В этом оставленном пауками загоне я чувствовал себя почти что в безопасности. Но безопасность была обманчивой. Нельзя было терять ни минуты. Приближался обеденный час, когда в дом нахлынут люди. Снова я попытался освободиться от своего браслета. Мои усилия были столь же бесплодны, как и раньше. К тому же мне неожиданно пришлось прервать свой изнурительный труд. Осторожно, стараясь не шуметь, но все-таки постукивая каблуками, по коридору шла женщина.

Подружка Марион?

Насторожившись, затаив дыхание, замерев, я слышал, как она двигалась, словно наугад, без цели, сама толком не зная, что ищет. И именно тогда-то плохо подогнанная из-за сломанного замка дверь моего укрытия под порывом сквозняка медленно повернулась на петлях. И заржавевшие петли исполнили свою мелодию, Заинтригованная женщина замерла на лестничной площадке.

Моим первым порывом было схватиться за пушку, Дурацкий жест. И без того я находился в незавидном положении. Зачем же усугублять его. Бросив эту затею, я покорно ждал, На этот раз Нестор влип. Надо примириться с неизбежным.

Дверь снова хмыкнула своим заржавевшим металлом. За ней я отчетливо ощутил человеческое присутствие, а мои дрожащие ноздри, ноздри загнанного зверя, улавливали нежный аромат духов. Знакомых мне духов! Иногда надежда возвращается к вам просто так, Надежда и миражи; измученный мозг проецирует фантазмы. Я поднял голову. Чтобы увидеть, как дальше открывается дверь и в дверном проеме возникает смутный женский силуэт. Разглядев оригинальную картинку, которую изображали Марион и я, женщина живо поднесла руку ко рту, чтобы подавить крик. Всхлипнув, она закачалась.

– Ради Бога! – взмолился, чуть не рыдая, я. – Только не падайте в обморок. Малышка, сейчас не время.

– Господи! – пробормотала Элен, приближаясь.

У нее хватило духу подойти к кладовой, где, как она заподозрила, что-то творилось, но сейчас ее трясло как осиновый лист. Наступила реакция. Ее ошеломленный взгляд не мог оторваться от странно разодетой проститутки:

– ...Господи, это даже хуже, чем я думала.

– Вы ожидали увидеть что-то вроде этого?

– Ох! Нет... я... она... Марион?

– Да.

– Мертва?

– Более чем...

Длинное заточенное лезвие оставалось в ране. Оно вонзилось так глубоко, что я никак не мог извлечь его.

– ...Да, она мертва. Но ее убил не я. Меня заперли вместе с ней. Хотя ключ и оставался в комнате, убил ее не я.

– А эти... шипы?

– Костюм для садомазохистских игрищ. Если мы выберемся отсюда живы и невредимы, с меня причитается.

– Спасибо, мэтр. Пошли. Пора сматываться.

– Да, согласен с вами. Подумайте, Элен. Нестор выдохся. Посмотрите... вы еще не все видели...

Я показал ей, что прикован к трупу:

– ...Шоферы такси и без того не слишком любят багаж. А уж такой... Как я только ни пытался от него избавиться! Без толку. Попытайте счастья, моя малышка. У вас обе руки свободны. Пулей можно разъять цепь, но этот способ шумноват. Я...

– Помолчите.

Она присела, сметая сборками юбки пыль, и, достав из сумки пилочку для ногтей, занялась моими кандалами. Она морщилась и действовала едва ли не вслепую, так как всячески старалась не смотреть на слишком назойливый труп. Приспособленная для более цивилизованных действий пилочка для ногтей не замедлила переломиться. Я поискал револьвер.

– Рискнем, – сказал я, – Будет шумно, но что поделать. Думаю, что...

– Помолчите, – повторила Элен.

Покусывая губы, она подвергла кладовую внимательному осмотру. Встала и отправилась к углу, где были навалены мешки с песком. Я слышал, как она вскрикнула от радости. Она вернулась ко мне с парой искореженных и разболтанных старых клещей. Но еще пригодных. А эти цепи и браслеты для сексуальных развратников отливаются не из самой прочной стали.

– Эх, и остолоп же я, – усмехнулся я. – Прихожу на любовное свидание по профсоюзным тарифам, не задумываясь, что мое пребывание в притоне могло быть замечено, и расставленные силки сработают. Меня ловко обводят вокруг пальца. Я – часть упряжки с трупом вместо кареты, Я перебираю все варианты, но не подумал о таком орудии как эти клещи. Клещи – для меня слишком просто, Такие идеи недостойны гениального Нестора Бурма.

– Помолчите, прошу вас, – снова потребовала Элен. – Мне не нравится ваш голос. Словно вы бредите.

– Возможно, так оно и есть. Меня травили наркотиками по меньшей мере двумя способами. К счастью, Нестор крепок. Наверное, меня спасли выпивка и табак. Два этих яда предохраняют от остальных.

Она кинула на меня умоляющий взгляд, и я заткнулся.

В тонких и нежных ручках моей секретарши клещи творили чудеса. Хотя я потерял немного кожи, в конце концов браслет поддался.

– А теперь поспешим, – сказала Элен.