Кинжал в постели
Шрифт:
– Вы из полиции?! – почему-то ахнул Стрельников. И тут же с опаской возмутился: – Но меня уже допрашивали в то утро… после обнаружения трупа. И на следующий день. Спасибо, что сегодня, в день похорон, оставили в покое!
Ей сильно резануло слух то, что он убитую жену назвал трупом. Ей вот лично никогда бы в голову не пришло назвать погибшего Лешу трупом.
Зря она, видимо, позвонила. Дерьмовый человечек – друг Сергея Боголюбова.
– Я вас не допрашиваю. И я не из полиции. Я тот человек, который помог выйти вашему другу из тюрьмы на два года раньше срока, – призналась Алика. – Он помогал мне в одном деле. А сегодня… Сегодня его арестовали.
В ответ тишина. Гробовая! Она было подумала, что он отключил телефон. Но нет, дышал ей на ухо, часто и надрывно. Наверняка размышлял, послать ее или нет. И если послать, то что ему за это будет.
– Арестовали по подозрению в убийстве, – продолжила Алика. – Как я понимаю, его подозревают в убийстве вашей жены.
И снова пауза. Ни слова в ответ.
Зачем она, дура, ему только позвонила?! Думала, что он тут же предложит ей помощь?! Что кинется спасать Сережу?! Дура!!!
– Вы слышите меня?! – взорвался ее голос возмущением.
– Слышу, – последовал вялый ответ. – Только не пойму, что вы от меня хотите?
– Я хочу, чтобы вы помогли ему! Чтобы… Чтобы подтвердили его невиновность! Я хочу…
– Охренеть! – вдруг со смешком перебил ее Стрельников. – Дамочка, вы в своем уме, а?! Боголюбов уже убивал! И он станет делать это еще!
– Почему?
– Потому что ему, возможно, это понравилось! – фыркнул ей в ухо друг Боголюбова. – И я не могу ему помогать отмазаться! Я не могу лжесвидетельствовать, потому что я законопослушный гражданин!
– Это вы к чему?
– К тому, что я своими глазами видел его в кабинете своей жены. Стоял на улице и видел через окно, как они разговаривают. А потом ее находят убитой! И как вам это?! А ведь никто в ее кабинет не входил и не выходил больше! Как вам это, а?!
– А никак. Я в это не верю. Нет, он, может, и был у нее. Может, и встречался, – поспешила Алика, услышав его возмущенное фырканье. – Но он не убивал. И вы должны это понимать.
– А кто же тогда ее убил? – противным голосом спросил Стрельников, и ей снова показалось, что тот довольно ухмыляется.
– Тот, кого она расцарапала, – очень кстати вспомнила неосторожно оброненные слова Воскобойникова.
– Расцарапала?! – Он вдруг переполошился. – Как это расцарапала?!
– Как царапают, оказывая сопротивление? А на Сергее ни единой отметины. И я уверена, что следствие докажет его непричастность.
Тишина повисла снова. Мужик соображал, его дыхание переросло в отчаянное пыхтение.
И тут Алика вдруг возьми и заяви:
– Да у вас куда больше мотивов для того, чтобы избавиться от своей жены, чем у Сергея.
– Что-о-о??? – сипло выдохнул он в трубку. – Что ты сказала, лярва??? Да я тебя…
– Она же мешала тебе, – решила Алика не церемониться, раз он начал оскорблять. – Мешала в бизнесе. Мешала встречаться с девушками. Она цеплялась за тебя, угрожала!
У нее вдруг потемнело в глазах.
Она о ком сейчас говорит: о покойной жене Стрельникова или о себе?! Слышала она или нет подобные слова когда-то? Или они звучали у нее в голове, когда она ловила на себе подозрительные взгляды следователей? Она только что прожила краткие болезненные минуты воспоминаний или пытается обвинить мерзкого друга Сергея?!
Господи! Господи, прости ее!!! Как все запуталось!
– Что? Что ты знаешь о нас, тварь? – завизжал оглушительно Стрельников.
– Я знаю все! – соврала Алика. И продолжила блефовать: – Я знаю, что вы задолжали Боголюбову. Он ведь соучредитель, так? Он один из хозяев вашей фирмы. А вы его кинули!
Стрельников слабо охнул и снова замолчал.
А ее понесло.
– И у кого был мотив?! У тебя, Стрельников! Только у тебя! Убив жену, ты сразу решил две проблемы! Первая – ты избавился от нелюбимой женщины, повисшей у тебя на шее тяжелейшим грузом. – Она зажмурилась, вспомнив грязные скандальные сцены с Алексеем. – Вторая – ты избавился от соучредителя, снова упрятав его в тюрьму! Одним ударом сразу сделал два дела. Молодец! Как это я не догадалась направить следствие по нужному руслу? Ай-ай-ай… Надо завтра сообщить о своих соображениях господину Воскобойникову. Он ко мне всегда прислушивается.
Она замолчала, выдохлась. Она сильно его запугала. А напуганный человек склонен совершать ошибки. Может, сейчас он ее совершит, начав ее запугивать и угрожать ей? Ну, пожалуйста! Скажи что-нибудь! Скажи какую-нибудь мерзость! Она же завтра должна с чем-нибудь явиться к Воскобойникову. Хоть и зареклась не помогать Боголюбову, странно верящему в правовую систему, помогать она ему все равно станет.
– Сдохни, тварь! – выдохнул после очередной минуты тишины Стрельников. – Как твой муженек сдох, так и ты сдохни!..
Ура, ура, ура!!! Алика тут же сохранила запись. Прослушала пару раз. Осталась вполне довольна. Тут же мелькнула мысль, что Стрельников слишком осведомлен. Откуда он знает про Лешу? Прессу читает? Так она пять минут как ему представилась, и он признался, что имя ее ему незнакомо. Темнит, дружок, ох темнит.
Алика глянула на часы. Время было почти одиннадцать вечера. Дождь вперемешку со снежной крупкой молотил по стеклам. Снова сделалось тоскливо от пустоты в доме. Интересно, Боголюбов всю курицу съел или все же оставил ей пару кусочков. От словесной перепалки со Стрельниковым разыгрался аппетит.
На дне кастрюли в жирной подливке плавала куриная ножка и кусочек грудки. Алика переложила мясо на тарелку. Сунула ее в микроволновку, отрезала хлеба, достала из холодильника помидор и села к столу поужинать. Она только успела взять в руки нож и вилку, как зазвонил ее домашний телефон.
Неужели Стрельников решил извиниться? Хотя откуда ему известен номер ее домашнего? Скорее на мобильный позвонил бы, он же определился. Может, Сережу отпустили, и он звонит ей из дома?
– Алло! – Алика прижала к груди кухонное полотенце, которым вытирала руки. – Алло!