Кистепёрые
Шрифт:
На некоторое время даже потерял из виду, а когда впереди открылся вид с высоты обрыва, она уже стоит на краю, красивая и разогретая, щёки красные, даже кончики ушей горят, пронизанные жаркими лучами солнца.
Я остановился рядом, делая вид, что засапался и отдуваюсь с трудом.
– Здорово!.. Спасибо, получил агромадное удовольствие!
Она повернулась, взглянула смеющимися глазами.
– Я тоже. Как насчёт встретиться и в реале? Только не бегать за оленем, а попить кофе в ближайшей кафешке?.. Я плачу!
Я пробормотал:
– В моё время за женщин платили мужчины.
Она улыбнулась.
– Я пошутила.
Я ответил медленно:
– Прекрасная мысль. Жаль, как-то не пришла первому.
– Мужчины витают между звёздами, – пояснила она. – А мы, женщины, ближе к земле и её проблемам.
– Где и когда? – спросил я.
Она чуть задумалась, даже прикусила нижнюю губу.
– Проще в той кафешке, что от здания вашей фирмы за два квартала влево. «Морозко» называется, хотя там и кофе на высоте. Мне удобно, прямая ветка на метро, а если на авто, то всего два светофора по дороге… Завтра выходной, что, если в шесть вечера?
– Вполне, – ответил я.
– Мне пора, – сообщила она с сожалением. – Просто я каждую свободную минуту использую, чтобы побывать здесь…
Я молча смотрел, как исчезла, мгновенный процесс, а не какое-нибудь истаивание в пространстве, всё же можно организовать, будет чуть таинственнее, а то сейчас как-то просто, словно лампочку в комнате выключил.
Раньше после двух-трёх часов в байме чувствовал, как раскаляется череп, голова начинает трещать, словно переспелый арбуз, даже температура повышалась, но сейчас, набегавшись по горам, повернулся от дисплея со странным чувством то ли полноценного отдыха, то ли как после массажа у опытного специалиста.
«Жанетта, – мелькнула мысль. – Гормональный всплеск. Давно такого не было. Думал, что уже всё, затихла эта дурная, но приятная активность. Но то ли сохранились запасики, то ли проснулась какая-то желёзка, выжала из последних сил порцию».
Но встал из кресла, как делал это лет десять назад, то есть не опираясь по-стариковски о подлокотники, прошёлся ко комнате широкими шагами.
Жизнь, вообще-то, хороша. Даже вот такая, когда утекают последние капли. Хотя кто знает, хочется верить, что моложавость не только с виду, но и внутренним органам тоже удалось сделать откат на десяток-другой лет. Как это сделала «Алкома», пока не знаем, некогда выяснять, у жизни сумасшедший темп, особенно у технарей хайтека, но когда релизним байму, нужно покопаться, что «Алкома» сделала с нами и…
…что может ещё.
Завтра выходной, сказала она, для кого-то это почти сегодня, но мы успеваем за сутки переделать марсианские горы работы, день, как месяц, однако завтра наступает и для нас, сегодня уже вчерашнее завтра, а шесть часов хоть и приближались с галактической неторопливостью, но вот уже почти…
Я переоделся, в трусах на улицу даже при нынешнем разгуле демократии ещё не совсем прилично для степенного человека прошлого поколения. На улице прекрасная погода, власти следят и поддерживают оптимальную для горожан, заранее убирая надвигающиеся бури летом и сильные морозы зимой.
«Только бы не толстый волосатый мужик», – мелькнула мысль. По опыту знаю, мужчины часто играют женскими персонажами. Одни для того, чтобы лучше влиться в клан, женщин принимают охотнее, им помогают, дарят бижу, кто-то просто прикалывается, дескать, все дураки, а я их классно обул. Надеюсь, не эта возможность в играх наталкивает на мысль сменить пол и в реале.
Правда, по тем мелочам, что отмечаю в её словах и вообще в облике, она либо стопроцентная женщина, либо первоклассный актёр, что сыграл без малейшего промаха, а таких в мире не бывает.
Столик в кафешке я занял чуть раньше, сразу вытащил из кармана планшет, растянул на диагональ дюймов двадцать, дальше упирается в ограничители, как все мы, погрузился в наш мир, ещё десять минут до встречи, да ещё и опоздает, а то, если придёт вовремя, можно заподозрить, что скоро задумается о смене пола.
Когда баймер при входе в игру создаёт для своего перса внешность и голос, он берёт из готовых образов, уже созданных и уложенных в удобном порядке, так что создавать с нуля – это не ползунком двигать…
Я вздрогнул, над головой раздался знакомый мягкий голос:
– Сергей Антонович?
Я торопливо вскинул голову. Она почти такая же, какой была в последний раз в игре: короткая стрижка, волосы рыжие, так седина закрашивается лучше всего, милое лицо и грустные понимающие глаза.
– Привет, Жанетта, – сказал я и вскочил. – Прошу, присядь. Можно просто Сергей.
Она чуть изогнула губы в улыбке.
– Неужели ты из тех времён, когда мужчины вставали, если в комнату входила женщина?
– Я ещё динозавров застал, – похвалился я.
Она опустилась на предложенный стул, взгляд такой же изучающий, ответила с замедлением:
– Но выглядишь… очень даже.
Некоторое время смотрели друг на друга молча, соотносим образы из баймы с реалом, наконец я сказал торопливо:
– Выглядишь шикарно. Правда, это не комплимент! В самом деле.
Она ответила тихо:
– Ты не видел, какой я была. Но прав, за последнее время что-то случилось. Когда выхожу из баймы, чувствую, что хоть немножко, но помолодела.
– Эффект накопления бонусов?
Она улыбнулась.
– Что-то подобное. Как и у тебя, понимаю?
– Да, – согласился я. – Внешность для меня, как стопроцентного самца, роли не играет, плевать, но и здоровье мне байма подправила. Я сейчас здоровее, чем был тридцать лет назад. Но примем это как данность, пусть потом специалисты разбираются, что да как, может, это временный эффект, а завтра склеим ласты, потому кофе и пирожные?
Она наклонила голову.
– А потом мороженое. Раньше было нельзя, но теперь, чувствую, можно всё.