Клад
Шрифт:
Под вечер раздался звонок в дверь. «Гаражный приятель», как она называла в мыслях своего партнера по продаже машины, нагрянул с братом. Меруерт встретила гостей приветливо, пригласила в столовую. Гости тоже пришли не с пустыми руками. Куат еще у порога вручил хозяйке огромный букет белых гладиолусов. Брат, все время поглядывавший на старшего, извлек из коричневого дипломата бутылку шампанского. Внешне братья были так похожи друг на друга, что всякие сомнения относительно их родства у Меруерт улетучились в одну минуту. Старший, горожанин, выглядел несколько импозантнее. На младшем — новый костюм, вероятно купленный недавно, топорщился на плечах.
— Простите нас, женеше, за вторжение раньше названного вами срока, — заговорил Куат. — Будем считать, что сегодня мы лишь познакомимся… Его зовут Суат. Он приехал в Алма-Ату по службе, и я мигом смекнул, что будет лучше, если он увидит дом, где его ждет удача. А о деле можем поговорить и после, когда вы, женеше, будете готовы…
Суат, видя, что дары их приняты, осмелел. Он провел всей пятерней по вздыбившимся волосам, оглядел то, что было доступно глазу из коридора, и заявил весело:
— Ничего не скажешь! Квартира у вас преотличная. Не каждому такая достается. А что в ней многовато простору, — он с явным сожалением развел руками, — можно и об этом упущении позаботиться. Ну и везет же вам! Сегодня я в одном месте узрел очень добротные вещицы!..
Суат вопросительно глянул на старшего, будто спрашивая: не перебрал ли в своем рвении угодить хозяйке полупустой квартиры.
Женщине оба брата все больше нравились. «Они будто читают мои мысли! — восхищалась она, потчуя гостей тем, что оказалось в холодильнике. — Вполне воспитанные и деловые. Не попасть бы впросак, когда пойдет разговор о деньгах».
— Женеше! — отерев губы бумажной салфеткой, сказал старший. — Не поругайте нас за назойливость. Но мой братец сказал все это от души. Ясное дело, деньги мы вам заплатим сполна, можете не сомневаться. Но что толку от денег, если они лежат без движения? Сегодня они есть, завтра нет. А хорошая вещь в доме служит вечно… Отдайте Суату свою машину, а он до приезда вашего супруга наполнит эти комнаты изысканными предметами, один вид которых сделает ваше жилье роскошным, не боюсь сказать этих слов. Говорите же откровенно: какой именно гарнитур вам нужен, и он появится здесь, будто по велению золотой рыбки.
Куат зорко следил за выражением глаз хозяйки, не упуская ни малейших изменений в лице. Даже когда Меруерт деланно хмурилась, глаза ее сияли от слов Куата.
Старший перешел на поучение:
— Берегитесь магазинных Жуликов, женеше. Они обведут вокруг пальца, привезут не то, что пообещают. Мы с Суатом добудем для вас любую мебель: немецкую, арабскую, японскую… Между прочим, и поляки на экспорт собирают вполне приличные гарнитуры… Было бы ваше желание. Сделаем все, как надлежит истинным соседям и друзьям. Постараемся словно для себя.
— Машина-то наша сейчас не здесь, — заговорила с сожалением Меруерт. — Казыбек отогнал ее к отцу, когда собирались мы с ним в Алжир.
— Не беда! — выскочил впереди брата Суат.
— Я понимаю… Но как мы сможем договориться, если вы не видели покупки?
Братья переглянулись. Наверное, перебрали на досуге все варианты. Они стали задавать женщине самые различные вопросы об отсутствующей машине, Меруерт сразу запуталась в ответах и, засмеявшись, сказала:
— Ой, мне такие подробности совсем неизвестны. Я была всего лишь пассажиром в нашей «Волге». В каком состоянии она сейчас, извините, не знаю. Куплена пять лет назад. Модель: «ГАЗ-24». Гоняли мы ее мало, тысяч пятьдесят наездили. Кстати, на другие вопросы вам может ответить сын. Он тоже по-своему любитель: часто помогал отцу, вечно крутился возле стоянки. Мужчины часто говорили между собой о моделях и обо всем прочем… Назкен! — позвала она мальчонку из другой комнаты.
К удивлению братьев, на любой вопрос, касавшийся легковушки, юноша резал точными формулировками, будто на экзаменах: модель, цвет корпуса, показания спидометра, состояние тормозов, срок приобретения скатов. Знал Назкен и то, что перед постановкой «Волги» на козлы отец тщательно смазал все части. Законсервировал на долгое хранение.
— Но аккумулятор, — подчеркнул мальчик рассудительно, — наверняка сел. Давно не подзаряжали.
Куат и Суат пришли в восторг от его информации. А больше, вероятно, от того, что машина была умело подготовлена для долгого хранения. Назкен тут же успокоил покупателей насчет аккумулятора: брат отца, Жазыбек-ага, что живет в ауле, механик по профессии; он наверняка поможет сменить аккумулятор на действующий.
— Ну и хозяин растет у вас! Настоящий джигит! — восхищались братья. — Никаких вопросов больше. Теперь бы разок взглянуть на вашу красавицу, и дело с концом. Машина, какую искали. Даже окраской подходит… Словом, скажите, что за мебель требуется в квартиру, и мы не будем особенно мешкать.
— Это всегда так сложно! — заволновалась Меруерт. — Вы же видите: одни стены… И то хотелось бы, и другое… Если признаться, мы с мужем еще не покупали ни одного гарнитура. Здесь годилось бы посоветоваться с теми, у кого вкус…
— Никаких советов со стороны! — вдруг возразил Суат, причислив себя чуть не к близким родственникам Казтугановых, когда внимательно выслушал рассказ Назкена о машине. — Чужие люди наврут из зависти… Давайте начнем с того, что вы назовете ориентировочную стоимость… И на сколько комнат гарнитур?
— Разумеется, речь идет не о бросовой покупке. Взять что на глаза попадется, — значит осквернить жилье. — При этих словах Меруерт посмотрела в лицо Суату. — Ваш брат, помнится, говорил, что у него нет мелочных родственников…
Куат отрывисто всхохотнул, подивившись цепкой памяти женщины на случайно сказанное слово, поддержал разговор:
— Так и быть! Я вам судья и посредник в этом деле… Начнем с того, чем кончили в машине. Красная цена нынче двенадцать тысяч. Такова стоимость японского гарнитура «Минико». В нем, если угодно, все предусмотрено. Кроме непременных шифоньеров, кроватей, сервантов, гардеробов, кресел, столов, стульев и всего прочего, что мы называем мебелью для обихода, есть цветной телевизор, столовый сервиз, постельные принадлежности, ковры, паласы для пола и даже домашние тапочки на шесть персон… Если вас устраивает такой набор вещей, через три дня, после того как доставим сюда вашу «тачку», полный комплект «Минико» будет расставлен по комнатам. Каждая вещь найдет свое законное место.