Чтение онлайн

– И кого, интересно?
– за столом все напряглись.

– Никого. Ни один не выдержит их переходов. Прикиньте - основное племя следует за разведкой с отставанием всего в одни сутки, а как ходят их охотники, я видел. Сам-то я, пожалуй, от женщин не отстану...

– Ни. За. Что, - чётко разделяя слоги, проговорила Ленка.
– Мы же тут мигом перессоримся, - объяснила она свою мысль.
– А то двое мальчишек уже погибли, да ещё пятеро неизвестно где бродят. И вчера двое ушли.

– Пашка вернётся, - уверенно сказала Светка.
– Достанет его Лёха.

– Я вчера выворотень сосновый видел. Поменьше того, что возле убежища, но тоже приличный.

– Попробуй ободрать. В помощь выбери себе кого-нибудь из девочек - парни у меня на несколько дней по минутам распланированы. Кто ещё не знает, что будет сегодня делать? Все знают? Тогда встали и пошли. Лариса, доставай ножницы и начинай всех подряд стричь.

Первой на вкопанный вертикально чурбан уселась Любаша - у неё самая замечательная коса в классе, ей и пример подавать.

***

– Не вязалась бы ты к Шефу, Ирочка, - выговаривала Люба своей помощнице, следящей за огнем сразу под целым рядком глубоких чашек.
– Вот скажи, что бы ты стала делать с незнакомыми зернышками, чтобы проверить их на съедобность?

– Растёрла бы в муку и попробовала, что испечётся.

– Это в разы дольше, чем сварить кашу. Потому мы и слушаемся Веника, что по его слову все выходит быстрее. И заметь, он вчера всего-то вскользь спросил. Слушайся вождя, не цепляйся к нему без действительно важного дела - и всё будет хорошо. Это в прошлой жизни я его ни в грош не ставила, а тут, когда он мамонтовую тропу вычислил, все сразу сделалось по-другому. Если ты его попробуешь доставать, я тебе пасть порву. Вень!
– крикнула она в сторону дома.
– Почему Шак не при исполнении? Куда я должна объедки девать?

– Он вчера с нами на стоянку настоящих древних людей сунулся - насилу ноги унёс. Его первый же, кто увидел, сразу тем, что в руки попало, огрел. У них же там маленькие дети.

– Вот видишь, Иринка. Сразу всё понятно. Пока гости здесь, шакала нужно в сторонке кормить.

– Можно подумать, будто ничего важнее этого зверя и на свете нет.

– Он Вячика и Ленку к добыче выводит. Битую птицу из воды приносит, два раза стрелу отыскал, а сделать хорошую стрелу не так-то просто.

***

Пыт оказался на редкость въедливым и дотошным - всё перещупал, обо всём выспросил. Работу Вячика над новым топором из кремня наблюдал этап за этапом. Технология "огонь-вода" была ему явно не знакома. А бинтовать лыком рукоятку помогал с огромным старанием - в его племени пока обходились рубилами.

Потом смотрел, как ребята пробивают в земле дырки, вонзая тяжелый остро заточенный кол и слегка раскачивая его при извлечении. И так много раз, пока не проделают скважину нужной глубины. Как в образовавшееся отверстие опускают обожженный конец бревна и тщательно утрамбовывают грунт вокруг. Тоже поучаствовал. В том числе и в вязке горизонтальных балок в неглубокие зарубки в опоре. Спросил, почему применяют рубила без рукояток и получил ответ, что из-за хрупкости камня, из которого сделаны эти инструменты, что с использованием рукоятки их часто раскалывают. Да, подвижки в изучении языка были значительными.

Гость долго рассматривал лодку и с удовольствием на ней покатался. Пытался грести, но что-то у него это дело не пошло - крутился на одном месте. Внимательно рассматривал дом и что как в нём устроено. Ушёл он после ужина со связкой строевых концов. Ленка объяснила, что это для починки волокуш - вчера одну из её верёвок местные прибрали и использовали. Чем-то она им понравилась больше, чем ленты из шкур. Ещё гость в категорической форме потребовал самый большой туесок. Почти ведёрный. Хотя он был без крышки. Отдали.

Да, Пыт ушел один. А Пун осталась. Во-первых, она настояла на том, чтобы её подстригли, как всех. Во-вторых, Лариска собрала на скорую руку для неё наряд из невонючих шкур, пусть и не слишком удачно выделанных, но более-менее гибких. Лиф-безрукавка из двух кусков и юбка до колен с верёвочным ремнём. Верёвка не лыковая, а скрученная из лиан, то есть мягкая. Свою шапочку-пирожок ей уступила Ленка. Ну и помыли ребёнка со щёлоком, а потом она присоединилась к Любаше - видимо место женщины у кухонной плиты... у костра, конечно, ей привычней.

Кстати! Плита тоже имелась - один горшок можно было установить на немудрёную печку, где дно оказывалось точнёхонько над пламенем. Вот тут и произошла небольшая путаница. Горшок поставила Ирка. Думала, что он с водой.

Любаша полагала, что он пуст - она разделывала свинтуса и приказала Пун складывать туда куски с салом из подаренного гостями свинтуса, чтобы вытапливался жир - пара глиняных сковород в хозяйстве уже завелась, но на рыбьем жире жарится не слишком вкусно, да и не так его много. На гусином лучше, но его весь разбирают девчата - мазать руки. А уток давненько не добывали. Тут же настоящее свиное сало - мечта кулинара.

– Это что тут за дрянь, воскликнула Бо Тун Лю Ба, потыкав в горшок палочкой. Подула, попробовала пальцами: - мыло какое-то дрянное. Ирка! Ты какой горшок на печь поставила?

– Крайний, как ты сказала, - показала Ира на пару кривобоких уродцев, стоящих у стены.

– Он же со щёлоком! Ты что, не заметила, что он не пустой?

– Заметила. Думала, что ты так и задумала, чтобы жир всплыл наверх.

– Мыло! Кто сказал мыло?
– примчалась от строящейся бани Наташка.
– Это мыло?
– показала она на горшок с непонятной грязного вида массой, из поверхности которой выглядывали бесформенные ошмётки, - отобрала у Любы палочку, лизнула: - точно, мыло.

– Местные завтра уходят, - объявил Шеф за ужином.
– Пун остаётся с нами, не понял почему - не хватило словарного запаса. Каши сварила?
– глянул он на Любашу.

– Семь штук, Две горькие - есть невозможно, одна по вкусу похожа на овсянку, ещё четыре тоже съедобные, но не пойми какие.

– Как зёрнышки отшелушили от оболочки?

– С трудом. Облились слезами и все пальцы искололи.