Чтение онлайн

Тут уж, как говорится, хоть плачь, хоть смейся.

Во-первых, Везен послал меня прямым текстом, когда я похвалил его за идею и за решимость стать птицей-камикадзе. Наглая морда сделал вид, что впервые об этом слышит. И сказал, что в подобной (нецензурно) принимать участие не станет ни при каких условиях.

Пернатый поц.

Во-вторых, он снова, не выбирая выражений, послал меня. Теперь уже за то, что я назвал его Везеном.

— Какой в задницу Везен? — не унимался, разбушевавшийся ворон. — Совсем страх потерял?

— …

— В отличие от тебя я не собираюсь заимствовать имя у звезды из созвездия Большого Пса. Это ж такая тупость.

И вот тут до меня наконец-то дошло. Мой фамильяр не притворялся, он действительно совсем ничего не помнил. А ещё я понял почему Боз так ухахатывался со всей этой истории с новым именем.

— Туп-пое имя, — напомнил он мне мои же слова. — (ик).

— Да, да, теперь дошло, — назвав имя ворона тупым, я признал свою собственную идею тупой. — Ха-ха-ха.

Настроение моментально упало. Ещё немного и совсем уйдёт в минуса.

Только порадовался, что смогу наказывать даже сильных монстров, и тут сразу же такой облом. Фениксу, видите ли, не хочется умирать ради меня. Эгоистичная пернатая сволочь.

Так ещё и нагрубил, словно это от меня поступило предложение самоубиваться раз за разом.

Постепенно, закидываясь мясом, совух начал трезветь. Вот что значит хорошая закуска! После перепалки с вороном мы набивали животы в тишине. Слышно было только довольное посапывание и чавканье.

— Есть ещё? — указываю рукой на пустой бокал.

Боз кивает и, проглотив заячью ножку, встаёт из-за стола. Он, как и всегда, уходит вглубь библиотеки, исчезая меж многочисленных книжных стеллажей. Казалось бы зачем ему нычка, но зная, что это за вино, я прекрасно понимаю и догадываюсь. Совух если и не боится, то уж точно не хочет, чтобы его алкоголь стал добычей Арьи. Припоминая её любовь к этому сорту вина, уверен, она не остановится ни перед чем, если ей приспичит и разрешение у совуха спрашивать не станет.

Вот поэтому он и прячет выпивку где-то в недрах библиотеки. Там при всём желании никто не отыщет схрон.

Пока я размышлял об этом, Боз успел вернуться. На этот раз он оказался в разы скромнее. И притащил всего одну бутылку. А может дело не в скромности, и просто у него больше нет. Может это последняя бутылка.

Ой да и пофиг. Наливай.

Сейчас запью ужин, немного посижу, чтобы всё хорошенько улеглось и пойду отрабатывать, убирая на кухне. Спать ещё рановато, но я слегка переел, да и денёк выдался ещё тот. Так что можно сегодня и пораньше лечь.

Совух наливает два полных бокала. Один из них протягивает мне и украдкой подмигивает.

— А ты? — обращается он к фамильяру.

— Что я? — ворон отвлекается на мгновение от выклёвывания мяса с рёбер зайца. — Я не пью, — до него доходит, о чём именно спросил Боз. — Вынужден отказаться.

Фигасе.

ФИГАСЕ!

Не пьёт он? А кто тогда тут недавно и то, и это… и всё потому что нажрался до беспамятства! Да он же дрых прямо в вине!

— Поц.

— Что? — ворон смотрит на меня.

— Нет, ничего. Говорю, очень жаль, что ты не пьёшь. Так хотелось выпить с… с легендарным зверем.

— Да-а-а-а (ик) очень жаль, — подхватывает совух.

Не до конца улавливаю суть, но сразу же включаюсь в игру. Внутренний голос вовсю твердит, нет, он буквально вопит, что если не подыграю совуху, то возглавлю рейтинг местных идиотов.

Слово за слово. Минута за минутой. И вскоре находим ключик к сердцу моего фамильяра. Его можно купить банальной лестью.

О, великий, да куда ж мы без тебя. Да как же мы без тебя. И всё в таком ключе.

Как результат птиц соглашается выпить с ничтожными нами.

Интересное началось почти сразу же. Буквально спустя пару секунд после того, как фамильяр макнул свой клюв в тарелку с вином.

Если бы я не видел всё своими собственными глазами и не знал, что передо мной до сих пор всё тот же призванный феникс, то готов был бы спорить до хрипоты. Спорить о том, что этот развесёлый и дружелюбный ворон кто угодно, но только не мой фамильяр.

— Сириус, ты чего такой грустный? А? — пригубив немного вина, ворон приблизился ко мне вплотную. — Что это с ним, дружище? — это он уже спрашивал у совуха, указывая на меня крылом. — Его кто-то обидел? Кто? Я за такое любому выклюю глаза!

Боз со своей дежурной улыбкой, которая у простых людей вызывает неподдельный ужас, а иногда даже инфаркты, лишь пожал плечами и продолжил трапезничать. А когда ворон снова обратил всё своё внимание на меня, совух украдкой мне подмигнул, подбивая действовать.

Намёк был понят. Я сразу же принялся обрабатывать клиента, пока тот тёпленький.

— Слушай, ворон, а ты…

— Эй! — перебил меня возмутившийся фамильяр. — У меня, вообще-то, имя есть! А ворон — это всего лишь форма. Текущая оболочка.

— Да ты что? — я всеми силами старался сдержать довольную лыбу. — И как тебя зовут?

— Ха, — птица выпятила грудь колесом. — Меня зовут Везен. А знаешь, почему я выбрал такое имя? Знаешь?

— Ни малейшего понятия.

— А всё просто, Сириус. Я тебя уважаю и поэтому выбрал себе такое имя. Тоже звезда, как и у тебя, из того самого созвездия.

Он.

Меня.

Уважает.

Вот и подтвердилась догадка. Не знаю, раздвоение личности это или что-то иное, но абсолютно точно ясно одно — под воздействием алкоголя, даже малой дозы, фамильяр менялся до неузнаваемости. А ещё он ничегошеньки не помнит, когда трезвеет.