Чтение онлайн

Ресницы девушки дрогнули — проницательный иерарх снова попал в точку. Но взгляд отводить она не стала.

— Наверное, все это… что ты сказал, — несмело, но честно ответила Полина. — И еще, что ты читаешь мысли.

— Не так уж безнадежно, — сделал вывод Андрей. — Откровенность — росток доверия. И я тоже откровенен с тобой. Правда — она часто бывает горькой, неприятной и пугающей. От этого я и сам не застрахован. Но бояться правды и тешиться иллюзиями — не лучше, чем прятаться от пожара в шкафу. Я не могу оградить тебя от мира и объективной реальности, но всегда буду рядом, чтобы уберечь, защитить и отвести удар. Это тоже право сильных, только другая его грань, Солнышко. Не бойся моей силы. Это твоя защита, твоя свобода, шанс на будущее. Как для тебя, так и для твоих детей.

Мужская ладонь мягко, неторопливо, но уверенно опустилась с плеча девушки на живот. Полина зажмурилась, едва сдержав слезы.

— У меня никогда не будет детей, — собственный голос показался девушке чужим и мертвым. — Айболит сказал, еще в госпитале.

— Айболит? Гнать его оттуда к демоновой праматери, прямиком до Бездны ссаными тряпками. Или пристрелить зар-разу, — прорычал начальник особого отдела, едва сдержавшись, чтобы не приняться за несдержанного на язык врача прямо сейчас. Лишить молоденькую девушку надежды на материнство, оставив ей только ненависть и месть, было неоправданно жестоко. И то, что Андрей не знал этого, не считал, не подумал, совершенно его не оправдывало.

— За что пристрелить? — не поняла Полина.

— За длинный язык и преждевременные выводы, — голос мага уже звучал ровно и бесстрастно. — Солнышко, Айболит — «сапожник», он прекрасно штопает раны, вытаскивает пули и вправляет переломы. Но магией исцеления он не владеет. А я владею, как ты уже убедилась. Физически ты абсолютно здорова.

— Правда? — выдохнула Полина. Неверие и пустота в ее глазах сменились робкими искорками еще неосознаваемой надежды.

— Правда, — серьезно ответил иерарх. — Захочешь — пройдешь полное медицинское обследование и убедишься.

— Не надо… обследование. Я тебе верю, — прошептала Полина, уткнувшись в его шею мокрым от слез лицом. Только теперь это были слезы облегчения. Ощущение собственной неполноценности не исчезло, но стало во много крат слабее. В глубине души робко шевельнулась надежда, что еще не все потеряно, что и для нее найдется лучик света, кусочек счастья. Детский смех и топот маленьких ножек. Иллюзия будущего, в которую на мгновение слишком захотелось поверить.

Андрей просто обнимал любимую, прижимая ее к себе, как самое ценное сокровище. «Я тебе верю». Впервые Полина сама робко потянулась к нему, преодолев свой страх, человеческие предубеждения и вполне оправданное желание умереть. И он просто не мог обмануть, предать ее хрупкое доверие. Маг был доволен развитием и результатами неожиданного поворота активной линии реальности. Теперь эти результаты нужно закрепить и вывести линию в зону стабильности.

— Прости, — Полина неловко попыталась отстраниться, но маг легко удержал ее.

— За что ты просишь простить тебя?

— За длинный язык и преждевременные выводы, — вздохнула Полина. — Ну и за то, что снова тебе рубашку обревела.

— Поздно извиняться и вырываться, Солнышко. Ты же сама понимаешь, что не отпущу. Но хотя бы уже на «ты» и без «Аристарховичей», — в голосе мужчины проскользнула улыбка.

Девушка смутилась. Этой перемены она заметить не успела, и сама не поняла, как именно произошел этот переход. Из-под покрывала высунулась ладошка, плотнее запахнувшая ткань и шустро спрятавшаяся обратно.

— Не прячься от меня. Ты же знаешь, я не сделаю тебе ничего плохого или страшного, — прищурился темный иерарх. — Просто хочу тебе кое-что показать. Дай мне руку.

— В прошлый раз ты показал, как исцеляешь…

Полина, немного поколебавшись, протянула мужчине руку. В глазах и ауре девушки больше не было страха — лишь легкое любопытство вперемешку с усталостью.

— Такая маленькая, — слегка подрагивающая ладонь почти утонула в мощной руке иерарха.

Андрей ободряюще сжал руку Полины, ласково поглаживая ладошку большим пальцем и наблюдая, как настороженность уходит из золотисто-янтарных глаз, уступая место растерянности. Ладонь в его руке быстро согрелась и расслабилась, перестав дрожать. Маг мягко перевернул руку девушки ладошкой вверх, коснувшись кончиков ее пальцев своими. С пальцев мужчины сорвались огненно-серебристые искры, в полумраке показавшиеся Полине особенно яркими. Словно завороженная, она смотрела, как они впитываются в ее ладонь, непривычно щекоча и покалывая кожу. От руки по всему телу медленно разливалась волна тепла и легкости, уносящая, растворяющая тревоги, усталость и напряжение.

— Что это? — человечка ошеломленно распахнула глаза, встретившись взглядом с океаном расплавленного серебра, в глубине которого играли такие же искры.

— Чистая Сила, всего несколько единиц, — голос нелюдя звучал мягко, бархатно, словно убаюкивая. Мужчина продолжал поглаживать и массировать ладонь девушки медленными, осторожными круговыми движениями. Искры Силы так же медленно проникали в тело и ауру златовласки. Единственное проникновение, которое пока ему доступно. Первый близкий контакт — из тех, что вряд ли испугает и точно не оттолкнет. Самый безобидный способ сделать девочке приятное, параллельно приучая ее к своим рукам. Полина раскраснелась и сбивчиво дышала, но даже не пыталась вырваться или отдернуть руку. Взгляд девушки слегка поплыл, зрачки расширились, превратившись в обсидианы, окаймленные стрелами длинных ресниц. Сейчас она казалась иерарху самым прекрасным существом. Он видел ее всякой. Казалось, что знал ее вечность. Читал в ее глазах и страх, и надежду, и отчаяние, и ненависть, и боль, и печаль, и робкое любопытство, и редкие проблески искренней радости. Будет потрясающе увидеть ее в момент страсти, блаженства, экстаза. Разделить с ней этот момент, как сейчас разделил Силу. Или даже не так, не крохи. Этого ему слишком мало и всегда будет мало. Ему нужно все. Весь мир в янтаре ее глаз. Узнать, какая она в любви. Но до этого слишком далеко, им предстоит долгий и нелегкий путь.

— Приятно, — удивленно прошептала Полина, инстинктивно сжимая в кулачок последние частички Силы. — Это ты называл вершиной?

— Это всего лишь ступенька вверх, Солнышко. Это даже не ласка, скорее одна из форм энергообмена. Близость, малыш, не сводится к механической долбежке и не ограничивается физкультминутками. Она подобна искусству. Как танец, который танцуют двое. Как игра, в которой не бывает победителей и побежденных. Как сплетение Сил, рождающее новые миры. Существует огромное разнообразие ласк и прикосновений, с помощью которых можно доставить наслаждение друг другу, даже не раздеваясь.

Андрей мягко разжал ее пальцы, прижался губами к ладони. Ласково пройдясь языком по подушечкам пальцев, проложил дорожку из поцелуев от тонкой кисти, где под кожей бешено бился пульс, до локтевого сгиба. Полина прерывисто вздохнула и затихла, прикрыв глаза. Необычно доверчивая, податливая, демонски желанная.

— Видишь, совсем не страшно, — голос мага прозвучал непривычно хрипло и в то же время нежно.

Полина приоткрыла глаза и встретилась взглядом с его глазами, потемневшими от сдерживаемого желания. Начальник особого отдела напоследок поцеловал каждый пальчик, нежно, даже целомудренно коснулся губами ее приоткрытых от удивления губ, вспыхнувших щек и чувствительного местечка за ушком, сдвинув в сторону непокорную прядку волос. Стройное тело в его руках слегка напряглось, дыхание девушки участилось, но страха маг не ощутил — его маленькая бабочка была взволнована, но вовсе не напугана. Слишком рано, чтобы она смогла возбудиться или испытать желание по отношению к мужчине, но робкие, еще неосознаваемые сигналы ее тела были для него вполне прозрачны и ясны.

— Я буду очень нежным с тобой, Золотинка, — хриплым шепотом пообещал иерарх, не отпуская ее взгляда.

Пульсирующие вытянутые зрачки мага выдавали его возбуждение и страсть, рвущуюся наружу из клетки, ломающую все преграды на пути к вожделенной цели. Огонь в камине взметнулся и застыл, словно в остановленном кадре. Вместе с ним неподвижно застыли пляшущие на стене отсветы пламени и бархатные тени. Сама реальность покорялась иерарху, тонко подстраиваясь под его состояние. По спине девушки пробежал легкий холодок испуга. Но в обычно непроницаемых стальных глазах светились неприкрытая нежность и тепло, а действия иерарха были слишком невообразимыми, бережными и нежными, чтобы испугаться всерьез.