Чтение онлайн

— Одна еда на уме, — хмыкнул Андрей. — Альвирон, Солнышко — замкнутый мир, созданный в форме тессеракта.

— Это как? — не поняла девушка.

— Четырехмерный мир, замкнутый сам на себя, в который попасть извне почти невозможно. Что делает его практически идеальным убежищем. Это не планета, звезда или островок жизни — это самодостаточная замкнутая система смежных трехмерных пространств. Их восемь, своеобразных кубов, полных жизни и совмещенных гранями, которые можно пересекать одну за другой, чтобы в итоге вернуться в исходную точку, подобно муравьишке, обогнувшему глобус. Только этот «глобус» измеряется световыми годами, Солнышко. Альвирон — закрытый космос.

— Даже представить такого не могу, — вздохнула Полина

— Да и не нужно представлять, скоро сама увидишь. Мир вообще полон удивительных вещей, — Андрей коснулся ее губ легким, почти невесомым поцелуем и привычным движением руки погасил все свечи и факелы. Полина вздрогнула и прижалась к магу, обхватив его за плечи.

— Андрей, ты же не уйдешь?

— Да куда я, в Бездну, денусь? — устало проворчал иерарх ей в макушку. — Не дождешься. Спи, а я линиями реальности займусь, пока время есть. И ради всех Богов, постарайся не ерзать — меня это возбуждает. И мешает работать.

— Извини, — Полина пристыжено замерла. — Демонски паршиво спится. И опять кошмары.

— Кошмары? — серебристо-стальные глаза засветились ярче. Полина снова ощутила холодное, словно скальпель, прикосновение чуждого разума. — Не бойся, больно и страшно больше не будет. Просто слегка развею то, что тебя тревожит, чтобы ты могла отдохнуть. Иначе первым, что ты увидишь в Альвироне, будет больница. Медицина там на уровне, но, согласись, это не лучшее первое впечатление.

— Ладно. Не надо больницу, лучше ты, — Полина закрыла глаза и постаралась расслабиться, открыться его проникновению.

Перед глазами завихрились какие-то серые тени, сменившиеся роем мельтешащих точек, как на экране неисправного телевизора. Точки сложились в изображение так испугавшего ее лабиринта. Кошмар промелькнул в памяти за пару секунд, как при ускоренной перемотке киноленты, и растворился в уютной бархатной тьме, окутавшей девушку, словно одеяло. Вместе с лабиринтом растаяли беспокойство, тревога и осадок, оставшийся после жуткого сна. Тело стало легким и невесомым, а веки наоборот налились тяжестью и против воли начали слипаться. Полина зевнула, не обращая внимания на присутствие внутри себя сознания нелюдя. Иерарх не обманул, это оказалось совсем не больно и не страшно. Даже приятно. Чужой, властный, невероятно сильный разум не пытался подавить, захватить, разрушить ее маленький мир или окончательно сломать его границы. Его присутствие казалось бескрайним, глубоким и настолько полным, что могло бы привести в ужас. Но неизменные осторожность, нежность, забота мага ощущались так остро и целостно, что гасили все страхи в зародыше. Он просто был — как частица ее самой.

— Это был не просто кошмар, — мягко прозвучала на краю сознания чужая мысль. — Сны — отголоски реальности, один из ее тонкоматериальных планов. Во сне совершаются открытия, приходят идеи и решения сложных задач. Там мы иногда способны заглянуть в какие-то из вариантов будущего, встретиться с теми, кого больше нет, и даже летать. Существует целое направление магии, связанное с миром сновидений, некоторые маги на этом вообще специализируются. О вещих снах известно и у вас, о них написано в каждой человеческой священной книге, как о чем-то запредельном и божественном. Хотя каждый в своей жизни хоть раз видит вещие сны. Это просто одна из форм магического зрения.

— Ты думаешь, этот сон был вещий? — так же мысленно ответила Полина, слегка поежившись.

— Нет, Солнышко. Ты увидела срез настоящего. Только не смогла расшифровать увиденное — не хватило знаний.

Мысленная речь иерарха казалась необычно мягкой, убаюкивающей, ласкающей.

— А ты смог? — уловил Андрей расплывающуюся ответную мысль.

— Там и расшифровывать нечего, — в мыслеречи проскользнула явная улыбка. — Безвыходный лабиринт, одиночество и опасность — то, во что превратилась твоя жизнь. Щупальца Тьмы выпустила Печать, чтобы защитить тебя. Я же предупреждал, что могу проникать в сны и действовать на этих планах. А паук — один из моих дублей, так же как скорпион — излюбленная боевая форма госпожи Малкавиэйр. Вампиры создают дубли через древние сакральные символы и магию крови, отсюда красный цвет. А разрушение поганого сооружения — закономерный итог развития линии реальности, которую я вывожу в активные. От чего ты меня настойчиво отвлекаешь своими губками, ерзаньем и вопросами.

О том, что Печать уничтожила чужой дубль, преследующий Полину через сны, маг скромно промолчал.

— Я больше не буду, — донеслась смущенная мысль девушки. — Только больше не хочу таких снов.

— А что бы ты хотела увидеть? — поинтересовалось чужое сознание.

— Море, — подумала Полина прежде, чем что-то поняла. — Корабли, раковины, морские стеклышки. И много света…

— Будет тебе море. Мне несложно, а тебе приятно.

— С чайками? — уже в полусне улыбнулась девушка, слушая шелест волн и ощущая на губах соленые брызги. Под ногами шуршала мокрая галька и блестели разноцветные стеклышки.

— Хоть с водяными драконами… Да с чайками, с чайками, что с тобой делать, — вздохнул Андрей, вплетая в ткань сновидения свежесть морского бриза и крики чаек. — А теперь спи, иначе до портала точно на вампире полетишь.

***

… Базовая реальность с переходами на отражения и боковые стриммеры, загородная резиденция полковника Ивашина. Координаты засекречены

— Проклятие, — выругалась Химера, с отвращением разглядывая шахматную доску. Вариантов обыграть Барсика почти не осталось. А оставшиеся безнадежно таяли, с каждой потерянной фигурой приближая ее к мату.

Что-что, а шахматы оборотень любил и играл в них весьма неплохо. Уж куда лучше Дэма. Да и картишками не брезговал. А сегодня ему еще и везло. С полчаса назад Шестого в «дурака» под орех разделал. И теперь, пока матерящийся и бормочущий под нос проклятия Ермилов собирался заступать в честно выигранный караул, пятнистый гаденыш методично добивал Дягилеву. Видимо, всерьез решил подпортить ликвидатору “Тайфуна” отпуск, оставив ее без последнего коньяка. С десяток спецназовцев, сменившихся с постов, рассредоточились по свободным креслам и дивану, с интересом наблюдая за игрой.

— Лошадью, лошадью ходи! — нетерпеливо прорычал крутящийся вокруг стола Дэм, от волнения подергивающий хвостом.

— И будет мне мат через два хода, — фыркнула Химера, мысленно прощаясь с коньяком. — Везет тебе сегодня, кошачья харя!

— Везет в игре — не везет в любви, — философски заметил Барсик.

— Тогда из нас самый везучий в любви — это Дэм, — хохотнул Девятый.

Мантикор обиженно отвесил ему хвостом подзатыльник и демонстративно отвернулся. По каминному залу разнесся дружный хохот.