Чтение онлайн

Доев, жду когда «Большой босс» проголодается – когда инстинкт самосохранения перевесит «основной» инстинкт. Его ужин почти не тронут, а ведь за него деньги плачены.

Его деньги, между прочим!

Наконец, «натура» взяла своё и, вновь усевшись на своё место - тот буквально в один присест смёл всё со своей тарелки и вновь умчался к своей «белокурой бесовке».

Ну, что? Дело сделано и, пора идти баиньки…

***

Проснувшись утром, зевая и потягиваясь выхожу, нахожу Прасолова и поздоровавшись, спрашиваю:

– Мне привилось или ночью действительно был какой-то шум?

– Ну и сон у Вас, Серафим Фёдорович - я прямо завидую! Я Вас уж и тормошил, и…

– И, всё же?

– Представляете, ваш жидовчик…

– Фи, Александр Александрович! Не уподобляйтесь старорежимного околоточному надзирателю с Крещатика.

– Ну, а как ещё назвать вашего знакомого? Зверски изнасиловавшего официантку? Великодержавным русским шовинистом, что ли?

Напрягаю извилины, морщу лоб:

– Это он ту – беленькую?

– Да, её!

– Одобряю выбор! А почему сразу «изнасиловал»? А может, у них… ЛЮБОВЬ!!!

– Вот именно, что изнасиловал, - того трясёт как при лихоманке, - причём - зверски! Привыкли у нас, понимаешь к вседозволенности…

– Зачем сразу думать о самом плохом? Может это - провокация германской военщины? Британской разведки? Эмигрантских белогвардейских организаций? Масонов, наконец?!

Психует:

– Серафим Фёдорович! Вы – умный человек, но иногда… Как будто бредите!

По его словам, преступление было совершенно - чуть ли не на глазах у почтенной публики.

Сперва, более-менее адекватно ухаживающий за девушкой постоялец - казалось бы, в один момент сошёл с ума!

Затащив жертву в подсобное помещение, он сорвал с неё одежды и рыча принялся за своё «чёрное» дело. На крики прибежали люди – которым с большим трудов оторвать насильника, до последнего пытавшегося продолжить коитус:

– Его так и увезли в полицию – рычащего, голого… С эрегированным пенисом! Представляете, Серафим Фёдорович?

Мотаю головой, протестуя:

– Нет, не представляю. И даже не хочу этого представлять!

«Разве что с Кисой разок так попробовать, в нашей «ролёвке»? Всего пару ложек из пузырька и, пока у меня - «в ноль» не «сточится», а у неё – пополам не треснет… Бугагага!».

– Девушку увезли на «карете скорой помощи»… Совершенно голую… Окровавленную… Боже ж, ты мой… Он её чуть не порвал - зверь, истинный зверь!

«Блин… Определённо передоз!

Однако, попробуй рассчитай правильно дозу «Пролетарской стойкости» для такого бугая - не имея нужных навыков ни в химии, ни в фармацевтике!».

– Мда… Нехорошо получилось.

– Так, ваш знакомый ещё и немца искалечил.

Ну, а это – вообще хорошо и, даже - очень прекрасно!

– Того, со шрамами? И насколько сильно? Часом не убил – с него станется…

– Челюсть сломал и четыре зуба одним ударом выбил.

Пилять, от Давидки я ожидал большего…

Слабак!

– Ничего страшного! До Второй мировой - как на собаке заживёт.

– Что Вы сказали? До «Второй мировой…»? Войны?!

– Да, так – мысли вслух. Не берите в голову, Александр Александрович.

Этот день прошёл на удивление бестолково – полиция, работники советского посольства, уйма назойливых журналистов… Расспросы, опросы, попытки взятия интервью. Я от всего этого ловко уклонялся, а вот Прасолов…

Блин, вот что значит – язык без костей!

Забавно, конечно, но уже под вечер конкретно задолбало.

***

На следующий день с утра почитал успевшую выйти свежую эмигрантскую прессу, попросил Александр Александрович перевести немецкоязычные газеты – которые постояльцы отеля буквально рвали из рук и, досадливо поморщился:

«Блин, эти газетчики в погоне за рейтингом - вечно смакуют все «пикантные» подробности и преувеличивают их в несколько раз… Поубивав бы!».

Сам не видел, но навряд ли у этого Давида-Голиафа «Penis» - размером с «бейсбольную биту». Ведь, как любила повторять одна моя хорошо знакомая, «там»:

– Чем крупнее «шкаф», тем меньше торчащий из него «ключик».

А она в таких делах отлично шурупила!

Прасолов, со вчерашнего дня не прекращает бухтеть:

– Прославились на века! Теперь из-за этого жида, нас в Германии вечно будут помнить… Вон король английский Эдуард I приказал депортировать всех евреев в Польшу и четыреста лет их в Великобританию вообще не пускали. А у нас… После раздела Польши Екатерина II притащила евреев в виде слуг, надо полагать. Теперь же слуги захотели сами стать господами.

– Поздно пить боржоми, когда печень отвалилась!

Почитав прессу под ворчание своего главного архитектора, поразмышляв недолго, стал собираться в дорогу.

– Куда Вы, Серафим Фёдорович? На улицах неспокойно, толпы народа собираются – а Вы ни слова по-немецки. Побить могут!

– Иду собрать камни, Александр Александрович.

– Какие «камни»?

– Какие были разбросаны вчера. Кстати, напомните мне: как будет по-немецки «не бейте меня»?

***

В назначенное время, по письменной рекомендации представителя «Межрабпома» при Коминтерне Франца Юнга - состоялась моя встреча и довольно продолжительная беседа с Вилли Мюнценбергом - Председателем этой организации.

Хотя и через переводчика: он - ни слова по-русски, я – только «Гитлер капут»… Но ничего – переговоры прошли в конструктивном формате.

Конечно, основной темой тёрок были нюансы с киностудией «Красная Русь – Межрабром», которую я буквально увёл из-под его носа. Это обстоятельство Вилли изрядно напрягало - но уже полученное от «Совкино» разрешение на заграничный прокат «Аэлиты», всё же настроило его на более позитивный лад.

Закончив с делами творческими, перешли к производственным.