Чтение онлайн

Резко развернувшись, она свирепо посмотрела на него снизу вверх.

– Ты отказываешься? Ну, а я отказываюсь оставаться с тобой, черт побери! Ты мужик-проститутка, а меня мужики-проститутки не интересуют.

Он стиснул зубы.

– С этого момента я не прикоснусь ни к одной другой женщине, кроме тебя. Это – мое предложение тебе, и оно чрезвычайно щедрое, так что ты должна высоко это ценить, Шэнна. У меня очень высокая потребность в сексе, а с тобой я весьма ограничен, потому что не могу покрыть тебя. Я все еще предлагаю тебе это, потому что когда я прикасаюсь к тебе, а ты прикасаешься ко мне – это приносит мне безмерное удовольствие.

Она вскинула голову и, хмурясь, уставилась на него снизу вверх. То, как он это сказал, не очень-то было ей по душе, кое-что в этом вызывало в ней внутреннюю обеспокоенность. И ее осенило.

– Тебе ведь также нельзя покрывать и своих помощниц дома, так отчего указывать мне на это?

Мужчина моргнул, нахмурив брови.

– Я покрываю их.

Глядя на него, она пыталась понять, но запуталась.

– Видимо, мы с тобой неправильно понимаем друг друга. «Покрыть» – означает «трахать», верно? Фактическое действие, при котором засовываешь… – она опустила взгляд на его член, а затем посмотрела на него, – …в женщину, я права? Это и означает «покрывать»? Мне показалось, что ты говорил об этом.

Он кивнул головой, скрестив руки на груди.

– Это и означает покрывать.

Ее пронзил шок.

– Ты покрываешь их, но ты говорил, что не можешь покрыть меня. Я думала, что в этом смысле ты вообще не можешь проникать в женщину, потому что ты уже с кем-то связан.

– Кара Эллюн для меня состоит в том, что я не могу изливать свое семя внутри женщины, с которой не связан, чтобы я навсегда позабыл о том, какое это удовольствие пролить свое семя в женское тело и возродить жизнь из этого тела, произведя на свет еще больше сыновей или дочерей.

«Все ясно».

Берр трахал своих помощниц дома, однако ее он трахать не стал, и это уязвляло. Шэнна развернулась и прошла оставшееся расстояние до постели.

– Уходи, Ивин. Отправляйся покрывать своих помощниц дома и оставь меня в покое, черт побери!

– Сейчас ты снова на меня разозлилась, потому что я не покрывал тебя? – мужчина казался потрясенным.

Она отказывалась даже взглянуть на него, когда откидывала одеяло и ложилась в постель.

– Уходи, Ивин. Я очень устала, а завтра для меня будет знаменательный день. Я выхожу замуж за Овала или какого-нибудь другого инопланетного парня, у которого нет помощниц дома.

Рык громким эхом разнесся по комнате. Шэнна не обращала на него внимания, устраиваясь поудобнее в постели под одеялом. Женщина выучилась этому изящному трюку у своего бывшего мужа, который проделывал его с ней изрядное количество раз. Спорить с кем-то, кто отказывался говорить и просто уходил спать, – практически невозможно. Закрыв глаза, она делала ровные, глубокие вдохи, пытаясь успокоиться.

«Берр не стоит того, чтобы так расстраиваться. Он может забрать шесть женщин своего гарема, трахать их, пока не упадет замертво, а я завтра я уеду».

Она слышала, как открылась дверь, и на нее нахлынуло облегчение от осознания, что он ушел обратно к своим женщинам, но боль также пронзила ее. Шэнну по-настоящему тянуло к Берру, но в глубине души она надеялась, что с Овалом они будут понимать друг друга лучше, и сожалела, что не дала Овалу шанс. Женщина была напугана до смерти и сильно расстроена, она уцепилась за Берра, потому что он защитил ее и помог почувствовать себя в безопасности.

Слезы жгли ее глаза, в то время как боль разрывала на части, и женщина пыталась как-то от нее избавиться.

«А что если я окончательно влюбилась в этого парня? Мужчины – козлы, я это понимаю или, по крайней мере, сейчас уже должна была понять. Я была такой дурочкой, раз даже на секунду ослабила свою осторожность; это было настолько глупо думать, что он «другой», еще глупее – позволить себе испытывать к нему столь сильные чувства», – доказывала она себе.

Дверь открылась, и это удивило Шэнну достаточно сильно, чтобы женщина подняла свою голову и посмотрела в сторону двери. Ивин Берр голым ворвался в спальню, захлопнув за собой дверь, а в руках держал что-то, напоминающее несколько тонких полотняных лент.

Пока мужчина стремительно шествовал прямо к ее постели, Шэнна лишь удивленно смотрела на этого разъяренного инопланетянина.

– Я запретил им сюда входить, а утром велел перебраться в другую комнату, так что с этим покончено, – взобрался на кровать Берр. – Я знаю, ты злишься, но ты перешагнешь через это, как только поймешь, что я могу быть только с тобой, как требует того твоя человеческая женская честь от мужчины, и я стану этим мужчиной. Я намерен проводить каждую ночь только с тобой.

– Черта с два! – Шэнна села. – Если будешь спать в этой постели, тогда я лягу спать на полу. Я отказываюсь...

Шэнна закричала от ярости, когда Берр бросился вперед, схватил ее и повернул на спину, в то время как поднял свою ногу, опустив ее с другой стороны ее бедер. Он сел на нее, наваливаясь не всем своим весом, а лишь настолько, чтобы прижать ее, и захватил одну из ее рук прямо под повязками, которые он ранее намотал на нее.

– Что ты делаешь? Да отцепись ты, черт возьми, и отпусти меня!

Берр, не сжимая ее, поднял руку, открыл рот, прикусив ее на перевязи, и отдернул свою голову, чтобы эта ее рука не мешала. Звук его рычания на нее гремел на всю комнату, тогда как она все ещё продолжала сопротивляться.

Когда Шэнна поняла его намерения, то пыталась ногами отбросить от себя здоровенного паршивца, однако он поймал ее в ловушку: усевшись своей задницей на ее бедра, Берр прижимал ее ноги к постели, поэтому Шэнна не могла их использовать, чтобы сопротивляться ему, пока он продолжал привязывать ее запястья к изголовью постели.