Чтение онлайн

– Однако сам он ничем не рискует, не так ли? – гневно возразила Ливак и повернулась ко мне спиной, чтобы снова пересечь двор. – Это не то, что я называю ответственностью.

– Да что ты знаешь об ответственности! Ты, кто никогда не задерживается в одном месте больше чем на полсезона!

Я стиснул зубы, чтобы остановиться. Я мог лишь предположить, что только постоянное недосыпание способно вызвать во мне невоздержанность и спровоцировать гнев. Я вытащил занозу из ладони, пососал царапину и, немного успокоившись, вновь отыскал Ливак – она собирала яйца в высокой траве под ягодными кустами. Поросенок протрусил в свой загон, сопя, обнюхал стену, поднял к нам свой вонючий пятачок и разочарованно захлопал ушами, поняв, что у нас нет еды.

– Я не должна была идти с Шивом в прошлом году, сгнои Дрианон его глаза, – забормотала Ливак себе под нос. – Я ведь знала, что Хэлис больна. Так нет же, поддалась как последняя дура на его уговоры. Шив сказал, что у него есть друг, который о ней позаботится. Отрезать бы ему яйца для рогатки!

– Даже императорский аптекарь в Тормейле ничего бы не смог поделать с таким переломом, – возразил я. – Ты не можешь винить Шива или себя, коли на то пошло.

Ливак подняла голову.

– Помнится, я говорила тебе то же самое об Айтене.

– Это другое дело! – огрызнулся я, не сдержавшись.

– Неужели?

Ливак стала выдергивать первые весенние ростки на ухоженном огородике, и у меня невольно потекли слюнки. Дома я успел вкусить ранней зелени, прежде чем приказы мессира снова отправили меня на север, где холодная земля еще ждала улыбки Ларазион. Однако сейчас не время предаваться мечтам.

– Ты можешь остановиться хоть на минуту? – Во мне пробудилась внезапная ярость.

Ливак подняла глаза – темные, как бурное море зимой. Я едва овладел собой.

– Ты нужна нам, Ливак…

– Ты нужна нам, Ливак! – с издевкой повторила она. – Я нужна тебе? Ты говоришь, Райшед, ну прям как благородный рыцарь из плохой солурской баллады, обхаживающий свою даму!

Этот неожиданный поворот совершенно сбил меня с толку.

– Я-то надеялась, ты сам захочешь найти меня, а не потому, что Планир тебе свистнул. Ну, и каков твой следующий шаг? Приударишь за мной, чтобы уговорить идти с вами, как какой-нибудь солдат, трясущий перед горничной своими причиндалами? Забудь об этом. Хватит того, что мать так попалась!

– О чем ты?

– Я думала, что дорога тебе. Едем, познакомишься с моей семьей, вот что ты говорил в прошлом году.

– Но ты же сама не захотела! – возмутился я. – Я лишь просил тебя поехать со мной в Зьютесселу на Солнцестояние, но ты отказалась!

Ливак покачала головой.

– И сколько бы прошло времени, прежде чем твоя мать начала вышивать ленты для волос, предлагая мне починить белье? Если б я хотела быть чьей-то служанкой, я бы осталась дома!

– Ну, решайся! – Я был сыт по горло этим разговором, что, должно быть, проявилось на моем лице.

– Ладно, забудь. – Ливак покраснела и протиснулась мимо меня обратно в дом.

Я прикусил несколько отборных ругательств и потопал за ней, тяжело дыша от злости.

Когда мы вошли, Хэлис беседовала с магами.

– Нам нужно кое-что сделать до завтрашнего отъезда. – Она захромала к буфету за грифельной доской. – Поросенка мы продадим легко, но, думаю, кур правильнее будет зарезать и приготовить мясо.

– О чем это ты толкуешь? – грозно вопросила Ливак.

– Я еду с этими магами. – Видно, Хэлис служила в тех корпусах, что специализируются на штурме укреплений. – Если им нужен вор, а ты не желаешь помочь, то в Релшазе найдутся охотники за подходящую плату.

Миска с яйцами упала на чистые плиты и разлетелась вдребезги. Не обратив на это внимания, Ливак яростно напустилась на подругу.

– Чего ради ты вздумала связаться с чародеями? Ты же знаешь, что случилось! Из-за них я оказалась на другом конце океана, на островах, о которых никто никогда не слышал, со злобным мерзавцем, который чуть не вытолкнул мои мозги через нос своей магией, о которой никому ничего не известно. Спроси-ка Райшеда, как ему это понравилось? Разве Шив знает, как они это делали? Бьюсь об заклад, Планир со всеми его бесполезными магами до сих пор не нашли разгадку. Беднягу Джериса замучили до смерти, ты забыла, что я тебе рассказывала? Я вышла живой только потому, что Дрианон подарила мне трехсезонное везение! С тех пор я делаю пожертвования у всех ее усыпальниц, а ты знаешь, что я не набожна…

У Ливак кончились слова, а может, дыхание, и наступила долгая пауза, пока Хэлис не заговорила спокойным, как будто заученным тоном, хоть и не поднимала глаз, дабы не встретиться взглядом с Ливак.

– Все, что я помню, так это твой рассказ о том, как Шиву сломали руку. Удар меча начисто перерубил кость, говорила ты. – Под тихими словами голос наемницы был жестким. – Большинство лекарей отрезали бы ее у плеча, пока рана не загнила. Все равно такой рукой нельзя было бы пользоваться, даже если б удалось ее спасти. Но те маги ее спасли, не так ли? Он только что держал в ней топор и колол дрова, Ливак, да не какие-то сухие чурочки, а здоровенные поленья. Я помогу им выследить воров, а за это они починят мне ногу.

Оба мага и я сидели не шевелясь, ибо понимали, как опасно встревать между двумя ссорящимися женщинами.

– Две здоровые ноги не стоят такого риска, Хэлис! Поверь мне, я знаю. Эти Ледяные Люди – убийцы, палачи…

Голос Ливак задрожал от бешеной злобы, и я услышал ответный гнев, нарастающий в тоне Хэлис.

– Ты понятия не имеешь, на что я готова пойти ради двух здоровых ног, Ливак, вообще никакого понятия! Ты хоть представляешь, как я ненавижу здесь торчать? С козой и то нашлось бы больше о чем говорить, чем с нашей шлюхой-соседкой, а она – самая смышленая на лиги вокруг. Попробуй-ка заикнись кому-нибудь в деревне о любом местечке, до которого дольше одного дня пути, и они вылупятся на тебя, будто ты поющая свинья. Вы с братьями уходите и развлекаетесь вовсю, отделяя идиотов от их кошельков, а я должна сидеть в собственной моче как увечная старая бабка и просто брать у вас четвертую долю. Это я взяла тебя на твою первую игру в лагерь наемников, а теперь должна слушать, как ты рассказываешь о последних планах в лагерях, кто из командиров корпусов заключает контракты, кто собирает отряд для набегов, и все это время я знаю, что никогда не смогу вернуться к этой жизни со своей проклятой ногой, которая скручена сильнее, чем притязания на лескарский трон! Да лучше бы зеленая гниль купила мне проезд с Полдрионом!

Ливак круто повернулась, вся алая от ярости и боли, и выбежала вон из кухни. На сей раз я не видел смысла идти за ней, а потому остался сидеть, разглядывая бронзовый амулет, сверкающий на полотне моей рубахи. Шив со скрежетом отодвинул стул и направился к вину, брезгливо обходя месиво из разбитых яиц и зелени. Я двинулся следом к буфету и достал глиняные кубки, думая о бесспорной справедливости выступления Хэлис. Подобных увечий мы, присягнувшие, страшимся больше смерти и быстрой переправы в Иной мир.