Чтение онлайн

Странный мальчик. Однако я не хотела, чтобы он умирал – из чувства ли благодарности, или жалости или ещё чего – не знаю. Но что сделано, то сделано – я отправила его в Мальтию следующей же ночью. В королевский дворец, как он и просил.

И той же ночью свалилась как снег на голову Амиру – к слову, он не спал, и даже не развлекался с девушками, а засиделся за какой-то писаниной, наверняка снова государственной важности.

Принц так обрадовался мне – я даже пошутила, что ему бы надо расстроиться: я же оружие, страшный соблазн и всё такое… «Элиза-сайе!
– осуждающе качал головой Амир. – Ну что вы говорите!»

Я попросила его увезти меня подальше от столицы. Желательно – в самую глушь и желательно побыть со мной. Так меньше было возможности рассерженному Заку явиться по мою душу – Амира он не любил да и мешать мне выздоравливать в каком-нибудь симпатичном саду или лесу вряд ли стал бы. Да и Ярати с её дворцами и жемчужными улицами мне видеть сейчас не хотелось.

Амир отвёз меня к Висячим садам Атстании. Он не мог оставаться со мной долго, но сделал всё, чтобы меня окружали проверенные слуги. Моё мнение по поводу рабства он целиком разделял – во всём дворце работали только свободные южане. Все они знали Амира ещё с того времени, как он, войдя в возраст, стал наместником Атстании. Все его буквально боготворили – а заодно и меня. Но – меня на втором месте. Это удивительно – в столице было наоборот. Не один Зак считал Амира слабаком. Среди аристократов старший принц тоже не был особенно популярен. Тогда меня это удивляло – хотя ничего странного в этом не было: Амир с его мирными планами развития торговли мешал аристократам получать богатства завоёванных земель и бесплатных рабов – местных жителей. Зато торговцы Амира, естественно, любили – но я вращалась в среде знати, и мало знала о том, что творится в Среднем городе, а уж тем более в Нижнем. Да и не хотела знать.

Я вообще тогда мало оглядывалась вокруг – малышка Лиззетта во мне ещё не умерла. Я жила в достатке, мне прислуживали – я просто не задумывалась, что у кого-то может быть иначе. Я всегда жила так – разве что до встречи Валентина было иначе. Но я этого почти не помнила.

Я не понимала Амира, не понимала, почему его так беспокоит Овидстан – ведь всё же хорошо. Зато я понимала Зака с его королём: воевать в природе людей. Так объяснял мне Зак, и я не находила нужным подвергать его слова сомнению. К тому же война разгоралась с Мальтией, а там – я точно знала – положение отнюдь не радужное. В Овидстане куда лучше – так пусть король Овидий вместе с Заком сделают, чтобы и в Мальтии было так же хорошо, как на Юге.

Да, да я была наивной девочкой. Но люди – и даже чародеи – почему-то не рождаются умудрёнными опытом.

Если бы не каприз – Амира я бы тоже своим господином не выбрала. Но, во-первых, мне не хотелось вечно танцевать под дудку Зака. Я тоже чародейка и уже достаточно умная, чтобы выбирать – хотелось показать мне. А во-вторых, Амир же сказал, что он меня не хочет. Не хочет? Меня?!

И мне просто повезло: любой другой на месте Амира заставил бы меня и убивать, и лгать – я же действительно не взяла с него клятву прежде чем дать свою. Но Амир оказался достаточно порядочным. Я до сих пор кляну себя за то, что не понимала это тогда. Но что имеем редко для нас ценно.

Амир относился ко мне как к наивной девочке. До клятвы я представляла для него лишь помеху. После – я была возможностью помочь. Но он никогда, никогда не обращался со мной как с оружием – и это совершенно не моя заслуга.

В Атстании он пробыл со мной три дня. Гулял по садам, возил в горы, ни на мгновение не оставлял одну. И не надоедал со своими государственными проектами – думаю, к тому моменту он уже понял, что они вызывают у меня только зевоту. Амир напоминал мне Алэра своей заботой, но в нём не было постоянной обречённости последнего. Амир, например, умел смеяться как никто – и шутить. Иной раз я не могла съесть даже кусок за обедом, слушая его байки. Потрясающий оратор, потрясающий выдумщик. С ним было удивительно легко – как я до клятвы этого не понимала? Те три дня его прикосновения без подтекста, его слова, его взгляды – будь у нас побольше времени, я бы обязательно влюбилась.

Но у него никогда не находилось «побольше» времени на свою чародейку. Впрочем, на себя тоже. Страна важнее. Как-то я пыталась выяснить, есть ли у него возлюбленная. И выяснила – попробуй скрой что-то от любопытной чародейки. Возлюбленной не было, только девушки-служанки, причём из борделя Нижнего города. Заинтересовавшись, я его даже посетила. Это был полезный опыт – но о нём как-нибудь потом.

После отъезда Амира я осталась в Атстании одна – если можно так сказать, ведь меня всегда окружали слуги. Я почти не общалась с ними – большинство из них меня сторонилось. К этому я давно привыкла. Мне нравилось сидеть в беседке в саду или выезжать в паланкине в горы. В те дни я даже не чувствовала себя особенно одинокой. У меня не возникло желания позвать Волка – я знала, что он сейчас в Мальтии, с Лансом. Часто, во сне я смотрела его глазами – как Ланс сидит за заваленным письмами столом и трёт красные от усталости глаза. Как засыпает прямо в кресле. Как скачет верхом по сельской дороге – кажется, от Пчелиной Заводи к столице.

Всё это странно меня успокаивало.

К тому же, мальчик-целитель, думаю, что-то сделал со мной – кроме лечения. Я не впала в чёрную отчаянную грусть и, хоть и тосковала по неудавшейся беременности, я всегда знала, что да, у меня будет ещё сын. Всё ещё будет хорошо, обязательно.

Но мне действительно было очень жаль мальчика, ставшего бы напоминанием той настоящей любви, которую один глупый рыцарь когда-то испытывал ко мне. Жаль – но и только. Точно, целитель Арий всё-таки поработал и с моим сознанием. Ну что ж, положа руку на сердце, я ему за это только благодарна.

Так прошла седмица в прекрасных жасминовых садах Атстании. И в полном, совершенном покое. Я даже понятия не имела, что где-то гремит война – в моей беседке всегда пели птицы и обворожительно пахло жасмином.

А на закате седьмого дня, как обычно неожиданно, передо мной появился Зак. Грязный, усталый – хорошая ванная ему бы не помешала. Я собиралась распорядиться – но он жестом остановил меня. Я ожидала: снова будет ругать. За Ария хотя бы. До того как я слегла мы постоянно ссорились – Зак только и делал что кричал на меня. Из-за ребёнка, из-за моей наивной глупости – и по сотне других мелких причин. Я ожидала того же и сейчас.

Но Зак, подойдя, вдруг опустился на колени – и порывисто обнял мои ноги.

– Прости меня. Элиза, пожалуйста, прости! – неразборчиво бормотал он, не поднимая глаз.

Первым, что я подумала: целитель поработал и с его сознанием. И что-то там неправильно «повернул».

– Зак? В чём дело? – я попыталась освободиться, но в итоге смогла лишь сесть рядом с ним – и он тут же вцепился в мои руки.

– Я так боялся, что ты умрёшь.

Неужели? Я не сдержала смех.

– Я жива.

Он, наконец, поднял на меня глаза – не Зака, у него таких отчаянных глаз быть не могло.

Что происходит?

– Ты простишь меня?

– За что?

Он только смотрел, а тишину вечера заполняло пение птиц, очень сладкое, в тон запаху жасмина, и журчание фонтана где-то в стороне.

– Элиза, выходи за меня, - выдохнул вдруг Зак.

Мы пристально смотрели друг на друга. Я не понимала, что происходит. А он, похоже, не собирался меня отпускать, пока не отвечу.

– Хорошо, - действительно, а почему бы и нет?