Клятва
Шрифт:
— Нас тоже прижали! — пыхтел голос на той стороне, пытаясь переорать крики и автоматные выстрелы. — У нас тут лешие! И ходаков не всраться просто!
Булат выругался, сплюнул. На лице вспучились красные, пульсирующие вены.
— Мы отходим к колхозному гаражу, на северо-востоке! Он вдали ото всех домов, увидишь!
Булат вспомнил строения, смутные очертания которых видел по приезду.
— Понял! Держись, Крастер!
В рации не ответили — она захлебнулась в криках и нескончаемой стрельбе.
— Всем быстро к гаражу! — он ткнул на большой ангар, стоящий вдалеке от остальных домов. Благо, отсюда, до него было несложно добраться. Они прорывались сквозь тварей, решетили их свинцом, били прикладами, прокладывая себе путь. Булат осаждал толпы пулеметом, дробовики не подпускали уродов ближе, автоматы стрекотали, не останавливаясь. Ситуация все больше походила на кошмарный сон, воплощенный в жизнь.
Даня старался глубже дышать, успокаивая клокочущее сердце, Саша лил слезы и, стараясь не попасть по своим, лупил автоматом в разные стороны, Миша дергался, не мог толком прицелиться, но стрелял, помогая товарищам.
Ветер раздувал снег все сильнее, закручивая его в страстном танце. Скоро поднялась такая метель, что дальше пяти-шести метров ничего не было видно.
— Крюк, сзади! Сзади!
Сталкер обернулся, успел пробить мозги появившемуся из-за снежной пыли монстру.
— Где этот чертов гараж? — кричал Ильин, прикрывшись руками от режущего лицо снега. — Сколько здесь ещё тварей?
— Мать вашу! — орал Булат, чья тень еле виднелась где-то впереди. — Получите!
В снегу заблестели десятки пулеметных вспышек.
— Мама! Мамочка! — визжал Саша, увидев лицо ходака вплотную. — А-а-а!
Вовремя подоспел Даня, разрядив в уродца дробью. Тот взвизгнул, растворившись во вьюге.
Наконец, впереди показались очертания гаража, проглядывающие сквозь снежную насыпь. Рядом послышались автоматные очереди и отборные русские маты.
— Быстро! Быстро в ангар!
— Крастер! — гаркнул изо всех сил Булат. — Мы здесь!
Вьюга разразилась нешуточная.
— Где? А, чёрт, Булат, я нихрена не вижу!
Где-то рядом раздался сдавленный крик, а за ним хруст костей.
— Урод! — зарокотал автомат. — Диса! Диса, ты жив?
— Оставь его! — гаркнул другой голос. — Пошли, идиот, пошли в гараж!
Снова рокот оружий, глушимый вьюгой.
Даня слезящимися глазами взглянул сквозь снежный покров. Прочертились и ворота колхоза. Булат вместе с остальными мужиками встали за юнцов, приказывая последним бежать внутрь. Они сомкнулись полукольцом и держали оборону. Твари выскакивали из снега, мелькали то тут, то там. Патроны брызгами тонули в снегу, под визг умирающих тварей. Позади раздался рык РПК Крастера.
— Булат, ко мне! Оставшиеся — закрыть ворота! Мы вас прикроем!
Крюк, Ожог, Шувер и Ильин разбились по двое и налегли на створки, пока пулеметчики травили мразей свинцом. Косые, сгнившие ворота, нехотя поползли по снегу.
— Уходим, уходим! — заорал Булат, видя как ворота закрываются.
Крастер, несмотря на свои не самые маленькие габариты, свесил пулемет и быстро помчался вслед за бугаем. Как некстати, за ними увязался ходак, почти нырнувший внутрь зернохранилища. Ворота скрипнули, тварь наполовину протиснулась.
— Получи, сука! — рявкнул Крастер.
Череп мрази лопнул, вспенившись сгнившими мозгами. Все позволили себе несколько секунд отдыху.
— Крастер, — кряхтел Булат, глядя во тьму, — сколько вас?
Сталкер закашлялся, сплюнул, зажёг налобный фонарик. Блёклое пятнышко света забегало по тёмным уголкам ангара.
— Девять… Зябла сожрали.
— Восемь, — прошипел кто-то из темноты. — Денчика тоже…
Крастер выматерился.
Тьму разбило ещё несколько фонариков, хороводом расплывшимся по тьме. Все огляделись.
Гараж внутри был полупуст. Где-попало были разбросаны деревянные коробки, железные, рухнувшие с потолка, конструкции. По углам виднелись насыпи зерна, видимо, давно промерзшего и прогнившего. Недалеко в углу ютился старый-добрый трактор «Беларус», грустно взирающий на людей разбитым лобовым стеклом. На его морду насадили паллетные вилы, которые за долгие годы успели проржаветь и покрыться приличным слоем пыли. Два больших, широких проема на стенах пропускали тусклый свет в эту обитель мрака. В общем-то говоря, гараж был не таким уж и большим, как показалось многим сначала. Всего тридцать метров в длину и пятнадцать в ширину.
За воротами было тихо, только ветер зло насвистывал и скрипел гнилыми досками.
— Отойти всем дальше, сделать себе укрытия и ждать! — рявкнул Крастер, перезаряжая пулемет. — Кто знает, что будет дальше…
Все послушались приказа, разворошили коробки, подтащили металлические блоки и прочий хлам, соорудив небольшие укрытия. Крастер сел за вентиляционным каркасом, установив на него РПК.
— Ты пробовал связаться с другими? — крикнул Крюк, не отводя мушки с двери.
— Пробовал, — ответил Крастер, — но нихрена. Видимо, у них тоже весело.
— Твою мать, — ругнулся Ильин, — и что нам теперь делать?
— Ждать, — процедил Булат, что сидел с противоположной от командира четвертого, стороне, — Что нам еще остается.
— И где эти суки? — спросил Ожог, — Только лезла куча…
Как назло, после этих слов в дверь что-то врезалось. Гнилые доски зашатались, бешеными ударами их стало выламывать. Отвалилась одна, вторая, третья… Из расщелин выглянули кривые руки, обезображенные морды, тела ходоков и леших.
— Стреляй по головам! — крикнул Крюк автоматчикам, — Будут ближе, мы встретим!