Чтение онлайн

– Третья центурия, вперед!

Разбойники бросились врассыпную. Еще через мгновение стройная колонна рассеялась, превратившись в упорядоченный хаос. Центурионы с довольными улыбками наблюдали за своими солдатами. Выбрав себе жертву, те устремлялись за ней вдогонку, словно охотничьи псы. За каждым разбойником мчались не менее дюжины жаждавших крови солдат. Вскоре со всех сторон уже доносились свирепые крики преследователей и вопли преследуемых.

Один из легионеров, вскинув копье, набросился на трех варваров-разведчиков, приняв их в пылу схватки за разбойников. В следующий миг он схватился за лицо и отлетел назад. Как оказалось, это Арминий шагнул вперед и со всего размаха врезал ему в нос пудовым кулаком. Бедолага тунгриец [9] с залитым кровью лицом опрокинулся навзничь.

– Ты сломал мне нос!

Германец презрительно покачал головой и жестом указал на своих товарищей.

– А чья это вина? Считай, что тебе повезло, что ни один из этих двоих не приложил тебя как следует. Мартос выпустил бы тебе кишки, как рыбе, а вот этот верзила одним ударом снес бы тебе башку. Так что ступай прочь и вытирай кровавые сопли в другом месте!

Клодий с поднятым забралом подошел к другим офицерам. Стянув с головы и шлем, и матерчатую подкладку, он подставил седые волосы бодрящему воздуху и принялся наблюдать за тем, как его подчиненные тащат тела жертв через раскисшие грязью поля.

– Мне следовало бы знать, что вы трое непременно найдете на свою голову неприятности, – проворчал он.

– Неприятности сами нашли нас, – парировал Дубн и, вытерев меч о засаленную тунику убитого врага, вернул его в ножны.

Клодий лишь мрачно фыркнул.

– Старая история, – угрюмо проворчал он затем. – Как твоя рана, молодой Дубн? Все еще напоминает о себе, когда ты опускаешься на колени, чтобы… – Краем глаза уловив движение, он обернулся в пол-оборота и рявкнул: – Третья центурия, смирно!

Трибун Скавр вместе с примипилом [10] Секстом Фронтинием подошел к центурионам и, ответив на их приветствия, обманчиво спокойным взглядом серых глаз окинул место недавней схватки.

– Знаю, господа, мы здесь для того, чтобы убивать разбойников, но учитывая, что мы пока не добрались даже до Тунгрорума, все это представляется несколько чрезмерным, даже по вашим меркам. – Он обвел взглядом изрубленные тела и нескольких умирающих, которые все еще издавали стоны. – Думаю, на сегодня хватит. Обычно я придерживаюсь того мнения, что коль мы убили их, то тела следует сжечь или похоронить, однако в данных обстоятельствах… – Он повернулся к Фронтинию и вопросительно посмотрел на него. – Что скажешь, примипил?

Старший центурион перешагнул через бездыханное тело вожака и стащил с него шлем, чтобы взглянуть на убитого. На посеревшем лице ярко алела кровь из сломанного носа.

– Я бы сказал, что шлем он нашел явно на обочине. Смею также предположить, что он лишил жизни не одного хорошего человека, так что его собственная смерть угодна нашим богам. А еще я бы предложил бросить его прямо здесь, чтобы его останки догнивали вместе с телами других бандитов.

Скавр поджал губы и кивнул.

– Согласен. Заберите у них оружие и все, что найдете ценного, а тех, кто еще жив, погрузите на телеги наших обозников. Думается, власти Тунгрорума будут рады заполучить нескольких пленных бандитов, чтобы публично подвергнуть их казни. – Он на миг отвернулся и коротко кивнул Фронтинию. – Думаю, их достаточно, чтобы этим троим героям денек прогуляться пешком впереди когорты. Я не против терять офицеров в сражении, при условии, что они проявляют готовность дорого отдать свою жизнь. Однако памятуя о том, что нам уже не хватает хороших центурионов, я не стану рисковать и ухудшать наше положение, искушая судьбу.

Примипил кивнул и многозначительно посмотрел на трех офицеров.

– А что случилось с этим?

Он имел в виду солдата со сломанным носом, получившего мощный удар Арминия. Сейчас над ним суетился лекарь. Германец шагнул вперед и кивнул Скавру.

– Похоже, он собирался проткнуть меня копьем, но я убедил его этого не делать.

Трибун вопросительно посмотрел на телохранителя.

– Сдается мне, ты проявил излишнее усердие. – Он похлопал злополучного лекаря по плечу, и тот поспешно вскинул в салюте окровавленную руку. – Либо ты сейчас вправишь кость, либо займешься этим в конце дня. У нас нет времени стоять тут в тумане и ждать, пока ты закончишь свою работу.

Лекарь виновато развел руками:

– Прости, трибун, я никак не могу ухватиться за кость.

Бесцеремонно оттолкнув его в сторону, Арминий положил руку на плечо солдата со сломанным носом, не давая ему встать.

– Сиди, это не займет и минуты. – Большим и указательным пальцем он сжал ему нос, нащупывая место перелома. Раненый взвыл от боли. Схватив беднягу за волосы, чтобы тот не дергал головой, германец быстро поставил сломанную кость на место. Раненый громко вскрикнул и потерял сознание, повиснув на руке германца, который по-прежнему держал его за волосы. Покачав головой, Арминий передал его подоспевшему с бинтами санитару.

– Готово. Правда, под глазами неделю еще будут синяки. Это послужит ему хорошим уроком. Будет знать, что надо тщательней выбирать цель.

Примипил Секст Фронтиний кивнул трибуну и язвительно улыбнулся:

– Похоже, твой человек умеет вправлять сломанные кости, трибун. Возможно, жене центуриона Корва стоит взять его помощником в свой лазарет, как ты думаешь?

Глядя вслед уходящему германцу, Скавр покачал головой:

– Вряд ли. Ему не хватает сострадания, которое требуется от медика. Он стал таким с тех пор, как я спас его, когда мы воевали с квадами, и, похоже, не думает меняться. – Он посмотрел на простиравшуюся впереди дорогу, все так же окутанную пологом тумана. – Может, снова двинемся в путь? По моим прикидкам, до города остается еще десять миль. И нам никуда не деться от этого проклятого дождя, пока мы не придем туда.

Когда первые центурии снова выстроились в колонну, Марк Трибул заметил, что Юлий что-то ищет на земле рядом с трупом убитого бандита.

– Что-то потерял? – спросил Марк.

Не сводя глаз с земли, его товарищ кивнул:

– Свисток. Хороший был.

Оглянувшись, Трибул перехватил взгляд Дубна – тот с лукавой усмешкой показывал на торбу у себя на поясе. Поняв бесполезность дальнейших поисков, Юлий вновь обернулся к другим центурионам. Дубн тем временем с преувеличенным интересом что-то искал на земле возле их ног.

– Мне бы тоже не помешал хороший свисток, а то у моего звук, как вопли кастрированного кота, – пояснил он.

По команде Клодия третья центурия, которой надлежало идти во главе растянувшейся колонны из двух когорт, снова пришла в движение. Юлий осуждающе покачал головой.

– Очень смешно, Дубн. Думаю, это цена за то, чтобы быть первыми в бою. Как обычно, будь все оно проклято.

С этими словами он бросился догонять пятую центурию, оставив своих товарищей ждать, пока мимо пройдут их солдаты.