Чтение онлайн

– Груздь, на позиции, цель вижу ясно.

– Дрон, на позиции, цель вижу ясно.

– Хват, на позиции, цель вижу ясно.

– Начинаю отсчет. Три. Два. Один. Ноль.

Заброда ничего не услышал, так как стрелки, вооруженные бесшумными винторезами, были распределены по огневым позициям. Но зато он четко увидел, как практически разом попадали фигурки часовых. Итак, снайперы сработали на раз. Кстати, часового у барака держали сразу два стрелка – с основной и запасной позиций: мало ли куда ему захочется пойти.

Одновременно со стрелками начали работать и двойки, в задачу которых входила зачистка. Тени разом метнулись к забору и, мгновенно преодолев его, тут же устремились к своим целям. Роману было все прекрасно видно, не нужен даже прибор ночного видения. Территория освещалась несколькими фонарями, экономить на электричестве здесь никто не собирался. А зачем, собственно говоря, если имеется турбина, погруженная в довольно бурный ручей. Дешево и сердито.

– Бурый, чисто.

– Кабан, чисто.

– Репа, чисто.

Посыпались доклады один за другим. За этим безликими и штампованными фразами были три жизни, оборванные в одночасье либо снайперской пулей, либо контрольным ударом ножа. Первое правило: никогда не оставляй за своей спиной живого врага. Даже если он не сумеет тебе навредить явно, он может поднять нежелательный шум, а тогда неприятности пойдут косяками.

Заброда не чувствовал ни жалости, ни сожаления. Плевать, что эти парни не причастны к гибели их товарища. Плевать, что лично ему и даже России, которой он присягал, они не сделали ничего плохого. Не русские начали задирать соседей, и не они захотели распространить свой порядок даже на новый мир. Происходящее здесь – всего лишь адекватный ответ на действия зарвавшихся и уверовавших в свою исключительность американцев.

Бойцы быстро распределились вокруг казармы, беря ее под контроль, так чтобы никто не смог вырваться и уйти в лес. В принципе они не собирались убивать всех, но если придется, не остановятся и перед этим. На войне как на войне. И потом, трое или два десятка – тут уж разницы никакой, они уже пролили кровь на чужой земле.

Не забыли о трех домиках, в которых проживало руководящее звено. И в первую очередь домике сержанта. Хорошо хоть они стояли в рядок и заселены подряд. Так что хватило двух двоек, взявших постройки в клещи с фасада и тыла.

Как ни странно, но последующие полчаса для Заброды пролетели довольно быстро. Обычно в таких ситуациях ты словно попадаешь в патоку, где время тянется бесконечно. Но случается и вот так, когда с начала операции и до ее завершения оно прямо-таки несется вскачь.

Дверь барака распахнулась, выпуская на улицу троих позевывающих и зябко передергивающих на ходу плечами солдат. Особо не оглядываясь, каждый из них направился к своему посту. Бойцы Заброды контролировали каждого из них, но пока ничего не предпринимали. Рано. Нужно еще убедиться, что именно сегодня сержант решил предаться лени и не контролировать смену часовых.

А, нет, не поленился. Вот он появился на крыльце домика, прикрывая рукой разинутый в широком зевке рот. Крепкого сложения, в годах, как видно, после выхода на пенсию устроился в спокойное место, с приличным окладом. Не повезло. Не он все это начал, но отвечать придется ему.

– Начали, – тихо произнес в гарнитуру Роман.

Тут же послышались хлопки винторезов. На этот раз до ребят недалеко, а потому капитан отчетливо слышал выстрелы. Солдаты повалились снопами. Сержанта отбросило на дверь, и он сполз по ней на крыльцо. Он все еще был жив, но поднять сигнал тревоги уже не мог. Девятимиллиметровая пуля пробила легкое и сердце.

На крыльцо тенью скользнул один из бойцов, с позывным Кабан, и без затей сунул нож в ямку между ключицами. После этого он просто скинул сержанта на землю и, взяв на изготовку «стечкин» с глушителем, открыл дверь в освещенную прихожую. Затем исчез из виду, и через несколько секунд в гарнитуре послышался его доклад:

– Кабан, чисто.

– Бурый, чисто.

– Репа, чисто.

– Злой, чисто.

Еще четверо прекратили свой бренный путь по матушке-Земле. Кто-то скажет, что можно было бы попытаться обойтись без убийств и взять их живыми. Может, и так. Навыки у ребят имеются. Вот только подобной роскоши они себе позволить не могли. Здесь и сейчас они поставили на кон все. Поэтому любой риск должен быть сведен к минимуму, а значит, все лишние должны быть ликвидированы, и никак иначе.

Что же касается чувств, то их попросту не было. В сознании словно щелкнул какой-то предохранитель. Солдат не может себе позволить думать о противнике как о человеке. Хотя бы потому, что тогда вместо нажатия на спусковой крючок он задумается о матери, жене и детях стоящего перед ним. А в бою доля секунды может стоить жизни. И вообще, если все это держать в голове, то можно попросту свихнуться.

– Пока все по плану, ребята. Работаем.

Шестеро бойцов направились к домам, занимаемым гражданскими. По двое на одного, более чем достаточно. Двенадцать скользнули в освещенный коридор казармы. Тут тоже перевес более чем солидный. Двое заняли позиции позади барака, чтобы никто не сумел выскользнуть в лес.

В коридор выходило с пару дюжин дверей. Однако вычислить жилые комнаты оказалось очень просто. Достаточно было посмотреть на выкрашенный пол. Там, где краска не тронута, те комнаты необитаемы, оставшиеся же подлежат обследованию. Впрочем, и этих было только четыре. Как видно, на каждую смену приходилось по одной комнате. Что же, очень удобно, на дежурство уходят сразу все обитатели.

Свет в коридоре погас, на глаза опустились приборы ночного видения, и мир преобразился. Из многоцветного он превратился в двуцветный – в зеленых и черных тонах.

– Начали, парни.

Зачистка помещений прошла без трудностей. Даже никого не пришлось убивать. Сумели всех связать, даже не подняв шума. И это в щитовом бараке, где звуки распространяются с поразительной легкостью.

Заброда даже ущипнул себя, не веря в то, что все прошло строго по плану. Вот от начала и до конца, без сучка без задоринки. Так не бывает. Это все равно что поставить все на «зеро» и сорвать банк. На его практике такого не случалось еще ни разу.

Продолжало им везти и дальше. Как оказалось, в охраняемом бараке находилось различное имущество, доставленное сюда с целью переброски на Колонию еще шесть лет назад. Вот уж чего не ожидал от американцев, так это бардака. Как выяснилось, бюрократическая машина способна дать сбой в любой стране. Имущество продолжало поступать сюда по уже утвержденным заявкам и после гибели «ключа» этот процесс не был остановлен. Руководителю проекта ничего не оставалось, кроме как принимать весь этот груз и складировать в бараке. А потом свернули и сам проект.